Чтение онлайн

— Точнее, доснимаем, — продолжил Карлтон, словно прочитав мысли Мары. — Мы уже отсняли картину почти полностью, осталось лишь два дня в Занзибаре. Затем большая часть команды отправится восвояси. Последние эпизоды мы снимем здесь. Для них понадобится двенадцать человек — основная команда и двое ключевых персонажей.

Он говорил очень быстро, размахивая руками, чтобы подчеркнуть сказанное:

— Сперва мы остановились в «Маньяле». Потом перебрались в деревенскую хижину неподалеку, планируя переоборудовать ее, чтобы она могла сойти за охотничий домик вроде того, в котором мог бы поселиться Хемингуэй в тридцатых годах. — Карлтон огляделся по сторонам, словно все еще не мог поверить своим глазам. — Такого, как этот! На фотографиях хижина выглядела неплохо, но когда я увидел ее, оказалось, что она никуда не годится. Слишком многое пришлось бы переделывать. Времени на это у нас нет, не говоря уже о деньгах…

Карлтон покачал головой, на его лицо вновь легла печать беспокойства.

— У нас столько проблем. Не одно, так другое. Вы и представить себе не можете…

— Вот видите, — умиротворяюще вмешался Доди, — теперь все наладится. Мы нашли то, что нужно.

Казалось, Карлтон уже собрался с мыслями.

— Да, вы правы. Нашли. Придется немного изменить сценарий, но, в общем, лучшего места нам не отыскать.

Мара настороженно кивнула:

— Что именно может вам понадобиться?

— Мы обойдемся тем, что есть, это не проблема. Возможно, придется добавить пару палаток. Когда съемки будут проходить в помещении, нужно будет, конечно, поставить палатку, в которой все будут обедать. Но все это выполнимо. — Он вздохнул с облегчением, закрыв на мгновение глаза. — Слава тебе Господи, мы спасены!

Мара посмотрела на него с любопытством — он говорил таким тоном, будто это действительно был вопрос жизни и смерти.

— Нам, конечно, все равно понадобится помощь вашего мужа, — продолжал Карлтон, возвращаясь к прежнему тону. — Мы будем делать несколько масштабных панорамных съемок, и то, что мы не охотимся, не означает, что никто не захочет поохотиться на нас!

Он усмехнулся своей шутке. Доди растянул губы в вежливой улыбке.

— Но есть еще один ключевой момент, — не унимался Карлтон.

Он на шаг приблизился к Маре. На этот раз американец был совершенно серьезен.

— Я должен у вас спросить: можете ли вы гарантировать секретность?

— Не думаю, что с этим возникнут проблемы, — ответила Мара. — У нас даже рация не работает.

— Великолепно. И не пытайтесь ее чинить. Все равно съемки подходят к концу. Да уж, выпало приключений на нашу долю. Зной Занзибара. Массовка. Толпа. Съемки на «железке» — огнедышащая духота. Сплошное преодоление препятствий. Осталось снять несколько сцен, но на них держится весь фильм. Мы выбрали «Маньялу», потому что сюда никому не добраться. — Тут он запнулся. — То есть, разумеется, не считая тех, кто занят в съемке. В любом случае, суть в том, что огласка нам пока не нужна. Слишком уж известны главные герои — Лилиан Лэйн и Питер Хит.

От удивления у Мары перехватило дыхание. Имя Питер Хит ей ничего не говорило, а вот имя Лилиан Лэйн было у всех на слуху даже в далекой Австралии. Фильмы с ее участием всегда собирали полный зал, а в журнале «Вименс викли» нередко публиковали истории о ее гламурной жизни.

Мара попыталась представить себе Лилиан Лэйн, такую элегантную и прекрасную, сидящей здесь, в Рейнор-Лодж, в одном из старых плетеных кресел, прихлебывающей чай из щербатой чашки с надписью «Tanganyika Railways» (за неимением ничего лучшего). Только сейчас до Мары дошел весь комизм ситуации. Что там звезды кино, когда даже не самые притязательные домохозяйки из Калифорнии, случалось, закатывали здесь истерику. Душ все время оказывался то обжигающе горячим, то ледяным, в любом случае под ним долго не постоишь. Из-за жесткой воды волосы слипались, о прическах приходилось забыть, а рис нужно было есть с осторожностью — в любое мгновение мог попасться камешек, который мог ненароком оставить вас без зубов.

— Послушайте, мистер Карлтон, я, конечно, польщена, что вы остановили свой выбор на Рейнор-Лодж, но вынуждена признать, что это не самое лучшее место для того, чтобы разместить здесь кинокомпанию. Тут Африка, и мы этого не скрываем.

— Именно это и подкупает, — в ответ на ее сомнения усмехнулся Карлтон. — Так или иначе, это всего лишь какие-то две недели. До сих пор все жили в роскошных отелях, уж две недельки как-нибудь перебьются и по-походному.

Веселое выражение сошло с его лица, уступив место упрямой суровости.

— Вы должны понять, что съемочная группа полна энтузиазма, все выразили готовность довести проект до конца. Те же Лилиан Лэйн и Питер Хит согласились сами заботиться о своем гриме и гардеробе. Все верят в творческий гений Леонарда. — Карлтон понизил голос до шепота, в нем послышались почтительные нотки. — Леонард — наш режиссер. И мой брат. Так что, как видите, мы все здесь заодно.

Мара в сомнении нахмурилась:

— Даже не знаю, как вы себе это представляете.

Доди резко отставил свой стакан — жестом, рассчитанным на то, чтобы привлечь всеобщее внимание.

— Позвольте я поясню. Я представляю Министерство информации. Министр лично выразил поддержку проекту. Правительство заинтересовано в том, чтобы весь мир узнал о Танзании как о стране, где бизнесу помогают развиваться. Поэтому мы не желаем слышать ни о проволочках, ни о внезапно возникших трудностях. Мы все будем рады узнать, что проблемы наших друзей успешно разрешились. Президент будет доволен, когда фильм выйдет на экран. — Он наклонился к Маре. — Мистер Кабея сможет оценить вашу готовность к сотрудничеству.

Маре не нужно было объяснять дважды. После провозглашения независимости президент Джулиус Ньерере [6] выразил готовность поддержать белых танзанийцев, которые остались — таких, как Джон. Мистер Кабея лично предоставил Джону разрешение на охоту при новом режиме. Теперь пришло время вернуть долг.

Мара медленно кивнула. Не успела она и слова сказать, как Карлтон пересек комнату и пожал ей руку:

— Договорились. Вы не пожалеете, обещаю! Мы переедем в течение трех дней и начнем съемки еще через день. Времени на проволочки у нас нет.

Он принялся обсуждать с Доди подготовку к переезду. Мара же, делая вид, что вслушивается в разговор, мыслями витала где-то далеко. Представив себе, как она на кухне выдает персоналу давно задерживаемую зарплату и говорит им, что они могут привести своих детей для временной работы, Мара почувствовала радостное возбуждение. Затем она свяжется с оруженосцем Джона, который уже два месяца прозябал без работы. Потом поедет в Кикуйю и расплатится со всеми долгами… а затем устроит грандиозный поход по магазинам. Мысли ее летели, опережая одна другую. Столько всего нужно было сделать, и все это задолго до того, как вернется Джон.

Карлтон направился к дверям. Это привлекло внимание Мары, и она вскочила.

— Погодите минутку! — сказала она. Затем остановилась, пытаясь облечь свои мысли в слова. Она никогда не обсуждала материальную сторону с клиентами. Никогда этого не делал и Джон. Со счетами всегда разбирался их агент в Дар-эс-Саламе. Существовала, конечно, такая вещь, как чаевые для охотника; они зависели от размеров и количества трофеев, но их давали негласно, в качестве признательности джентльмена джентльмену. Мара заставила себя забыть о сантиментах и представить, что она — одна из жен богатых клиентов. Казалось, те всегда знали, как попросить о том, что им хотелось. Она вздернула подбородок, как, она не раз это замечала, делали они, и распахнула глаза пошире. Ей удалось убедиться, что такое сочетание беспомощности и властности неизменно срабатывало.