Чтение онлайн

– Вот, видите, как я тогда была молода?

– Так это вы?! Как вы оказались у немцев?

– Вот так и оказалась, вместе с сестрой! Мы жили на Украине и, когда туда пришли германские войска, мы явились в городскую комендатуру и предложили свои услуги.

– Но ведь это были враги! Они пришли убивать…

– Кого убивать? Мы ненавидели коммунистов – они обобрали нас. Мы готовы были сотрудничать хоть с чёртом, только бы он расправился с ненавистным нам режимом. Вот так с сестрой стали служить при комендатуре. Нам выдали полагающиеся пайки и жалованье. В обязанность вменили доводить до сведения населения все распоряжения немецких властей, а также, быть переводчицами. А ещё мы вели различную документацию на оккупированной территории. В общем, всё складывалось благоприятно до той поры, пока Красная Армия не стала наступать. Мы с сестрой последовали за немецкими войсками.

– А как вы оказались в Чили?

– О! Это потом. А сначала пришлось пережить такой кошмар! В самом конце войны, когда Советские войска вошли в Германию, там творилась такая неразбериха… кругом бомбят, артиллерия обстреливает, внезапно прорываются русские танки…Ужас! То американцы, то французы с англичанами… Но страшнее всего были русские… Кругом паника!.. Мы с сестрой в тот момент находились в каком-то маленьком немецком городишке, когда начался массированный обстрел его. Мы, как раз, шли к месту службы, когда начали рваться первые снаряды. Нам пришлось поспешно укрыться в первом попавшемся подвале какого-то дома. Там пряталось гражданское население и только мы двое оказались в военной униформе. Обстрел продолжался долго, потом слышался грохот проходящих танков. В городе начались уличные бои, которые продолжались трое суток. Всё это время никто не покидал укрытие и было неизвестно в чьих руках населённый пункт. Больше всего мы боялись, что им овладеют русские. Нам с сестрой поблажек ждать от сталинского режима было нереально.

– Да, я понимаю ваше состояние…

– Конечно, нас бы расценили как предателей Родины. А это по законам военного времени грозило неминуемой смертной казнью. Но, к счастью, как выяснилось вскоре, город заняли американцы. Нашему ликованию не было предела. Мы оказались в американской оккупационной зоне и сдались на милость победителей. Так обе попали в лагерь для военнопленных. Ну, а дальше всё было просто. Мы изъявили желание перебраться на американский континент. Уехать в Штаты желающих оказалось много и попасть туда быстро просто не было возможности. Нам предложили Латинскую Америку – как раз в тот момент формировался пароход на Чили. Мы решили, что это наш шанс, а там недалеко и до Штатов. Если что, со временем переберёмся туда. Так, в сорок шестом мы очутились здесь. Ну и получилось, что остались навсегда. Моя сестра пятнадцать лет назад покинула этот мир. И мне приходится доживать свой век в этой стране. Вот такая она моя судьба…

Я тоже вкратце рассказал о себе, делая упор на то, что не являюсь сторонником коммунистических идей, что, как и собеседница, немало натерпелся от варварского режима. Это, как мне казалось, должно было идейно объединить меня с госпожой Львовой. И, кажется, на этой почве имело место понимание моей ситуации. Старушка пообещала постараться ради меня в поисках рабочего места. Мы расстались друзьями. Только Екатерина Андреевна предупредила, что сюда к ней приходить больше не следует – легче всего нам будет общаться в церкви.

– Ну, что же, это как вам будет угодно, – согласился безропотно я.

Забегая вперёд, скажу, что несколько раз ещё мне довелось поговорить в церковном дворе с сеньорой Львовой. При последней нашей встрече она была предельно откровенна. Буквально ошарашила широтой и открытостью своей русской натуры… Неожиданно она вдруг с нескрываемой ненавистью выплеснула мне в лицо всю гадость, какую накопила в себе за годы отчуждения:

– И что вы навязываетесь ко мне? Пусть вам помогают ваши коммунисты, а меня увольте от подобного шага. И, вообще, мне неприятно с вами разговаривать. Вы погубили Россию. Вы несёте угрозу всему миру. Вас ненавидит всё цивилизованное человечество. И нечего вам здесь делать, убирайтесь в свою проклятую страну!..

Дискутировать в этой ситуации не имело смысла, и я оставил свои надежды, связанные с этой озлобленной старушенцией. Придётся искать другие варианты. Но как всё же люди переменчивы и непостоянны, им присуще рядиться в беспрестанно меняющиеся маски, участвуя в жестоком спектакле жизни!.. Я сосредоточил своё сознание на этой мысли подобно выпавшему за борт человеку, сомкнувшему судорожно пальцы на конце сброшенной кем-то верёвки.

Мне кажется, что жизнь сгущает краски!

Гораздо проще дело обстоит.

Природа просто наряжает в маски,

поскольку карнавал нам предстоит.

И никаких не нужно апелляций

по поводу трагических картин:

пред нашим взором смена декораций, -

сюжетом заправляет Алладин.

Мелькают незнакомые нам лица

и ряженых меняется поток, -

и нужно представленьем насладиться,

расслабившись пред вечностью чуток.

Давайте будем вместе веселиться,

пока в бокале плещется вино,

неведомо ведь сколь судьба продлится, -

конец найдёт когда-то – всё одно!

И маски,.. переменчивые маски…

пред взором, словно сонмище гримас

мелькают, и загадочные краски

невольно

завораживают

нас.

Как-то в субботу я отправился в монастырь навестить моих друзей: Кочерыжкину Галину и Черёмушкиных Юру с Юлией.

Собрались мы, как всегда, у Гали за столом под виноградником. Я прихватил с собой бутылку красного чилийского вина «Канепа», у хозяев тоже нашлось кое-что. В доброй компании время протекало весело. Мы потихоньку пели русские песни, шутили, смеялись. В соседнем доме кто-то копошился, оттуда доносились приглушённые звуки, хлопала дверь.

Юра вдруг спохватился:

– Сегодня же Ярослав здесь. Надо его позвать. Заодно и с Владом познакомим.

– Давай его сюда. Как это мы о нём забыли? – тут же подхватили женщины.

И Юра пошёл звать соседа присоединиться к нашей компании. Тем временем Галина с Юлей заочно познакомили меня с обитателями соседнего дома.

– Ярослав из Львова. Он интеллигентный человек, из профессорской семьи, сам работал геологом, – начала Юля.

– А здесь он живёт и работает у богатой семьи из Австралии. Это его какие-то дальние родственники, – продолжила Галина. – Глава семьи Рональд Модра – австралийский миллионер, а супруга его Вера имеет русские корни. Её отец был донским казаком и во время Гражданской войны воевал на стороне белых, а после поражения бежал из России в Австралию. Рональд, в прошлом известный штангист, а сейчас здесь возглавляет филиал американской фирмы «Аминас», производящей витамины и пищевые добавки, входящие в рацион спортсменов. Что они забыли в Чили – нам не понять.

– Да, у миллионеров свои причуды. С жиру бесятся, – пояснила Юля.

– А вот и мы! – объявил неожиданно появившийся Юрий. Его сопровождал невысокий, худощавый, с аккуратной стриженой бородкой пятидесятилетний мужчина. Лицом он очень походил на легендарного партизанского предводителя Сидора Ковпака.

– Ярослав, – представился мне незнакомец. – Разрешите примкнуть к вашему шалашу?

– Всегда рады тебя видеть, Ярослав, – радушно отозвалась хозяйка стола. – Давай присаживайся сюда. Как твои дела?

– Как обычно. Всё работаю. Сегодня приехал сюда, чтобы в доме уборку сделать. Завтра Вера со своими здесь будут. Хотят от города на природе отдохнуть.

– Только для того дом в монастыре арендуют, чтоб иногда побывать на природе? – спросил я.

– Иногда я здесь ночую, – уточнил Ярослав.

– Ничего себе! – изумился Юрий. – Снимать такой дом, чтоб пару раз в месяц побывать в нём. Нам этого не понять! Променять такую замечательную страну, как Австралия, на какое-то Чили.

– Говорят, там у них было большое фермерское хозяйство? – поинтересовалась Юля.