Чужие-4: Контакт
Шрифт:
Соня повернулся и бегом помчался подальше от этого страшного места…
Обрушившийся на голову Варковски поток холодной воды быстро привел его в чувство.
– Спасибо, – буркнул Эдвард бесцветно, подавая руку наклонившемуся над ним Алану.
В голове трещало. Горло продолжало болеть.
– До взрыва остается четыре минуты. Просьба…
– Заткнись, – прошептал Алан.
– Скорее. У нас мало времени.
Эдвард подошел к реактору и указал на вынутые стержни.
– Поставить их на место?
– Да. И – быстро…
Варковски покосился в сторону трещащего прибора и поежился. Впрочем, он пробыл тут уже слишком долго, чтобы придавать значения такой мелочи.
Минутой больше, минутой меньше…
57
Голос смолк. Паркинс подошел к стене и приложил к ней ухо.
Тишина. Только где-то в глубине комнаты продолжали звучать голоса.
Быстрой походкой из спальни Крейга вышла Цецилия.
– Ну, что с ним? – машинально спросил Паркинс.
Ответом ему был невидящий взгляд.
Еще секунду Кларенс продолжал прислушиваться, не раздастся ли новое: «До взрыва осталось четыре… три… две… одна минута…», но динамик молчал, и постепенно у директор начал немного успокаиваться.
Все складывалось не так уж плохо. Двух человек вполне достаточно, чтобы заделать дыру в «садке» и поймать существо. Значит, не все еще потеряно. Дальше: раз Цецилия не в себе – с Крейгом совсем скверно. С другой стороны, умерла и Марта, и если уговорить Цецилию на новый брак, а она женщина достаточно практичная, чтобы понять свою выгоду…
Мысль об этом поразила Паркинса. У Крейга было на восемь процентов меньше акций, чем у босса. У него, Паркинса – на девять.
Простая арифметическая задачка говорила о том, что если дело выгорит
– контрольный пакет окажется у него.
«И она еще переживает, дура, – покосился в сторону поникшей женщины Паркинс. – А то еще ей может взбрести в голову купить себе молодого хахаля… Ей все же не двадцать… Тогда почему она так раскисла? Или – наоборот, Крейгу лучше? Тогда я могу ее понять…»
После мысли о возможной блестящей перспективе думать о том, что это только мираж, оказалось невыносимо.
«Да хоть бы он сдох поскорее! – уже через несколько минут думал он. – Или ему надо в этом помочь? А что, удобный момент… Монстр «все спишет»…
– Так вашему мужу лучше?
– Нет, – Цецилия всхлипнула. Она чувствовала себя в западне: в кабинете лежала Роса; назад, в спальню, путь был закрыт.
– Я вам очень сочувствую.
Паркинсу с трудом удалось скрыть свое ликование. Смущало его только одно: Цецилия не играла. Поверить в это было трудно, но это было так.
«Неужели эта курица действительно любила своего мужа? – удивился он.
– Да быть не может! Она не из тех женщин, которые вообще способны испытывать глубокие чувства к кому-либо кроме себя… Тогда что же с ней? Уж не ссора ли с секретаршей на нее так повлияла?»
– Да, кстати, а что вы не поделили с Росой?
При этом невинном, казалось бы, вопросе лицо Цецилии вытянулось, и Паркинс понял, что попал в точку. «Уж не признался ли Крейг в своих мелких грешках?» – усмехнулся он про себя.
«Он знает все!» – зажмурилась Цецилия. Ей стало страшно: неужели ей придется отвечать?
Но почему? Это же был несчастный случай… Роса просто без сознания, она скоро встанет, и…
Цецилия застонала и прикусила губу.
«Вот это да! – поразился Паркинс. – С чего бы это ее так пробрало? Даже любопытно!»
– И все же, что у вас там произошло? – выдержав паузу, продолжал он.
– Ну что ж, не хочешь говорить – я спрошу у Росы…
– Нет! – взвилась Цецилия. Голубые глаза расширились. Сейчас он войдет, увидит…
– Тогда скажи, – поддразнил ее Паркинс.
«Нет! – взмолилась про себя Цецилия. – Лучше я умру, чем он узнает… Нет, еще лучше – пусть умрет он!»
– Стой! – и угроза, и страх, отчаянный, беспредельный страх слились в ее восклицании.
«Надо же… – ухмыльнулся Кларенс, направляясь к кабинету. – Вот уж эти женщины… Из какой-нибудь мелкой ссоры готовы раздуть целое дело».
«Нет… – кусала себе губы Цецилия. – Пусть лучше умрет он!..»
Отчаянье и необходимость защищаться заставили ее взять себя в руки. В конце концов, до этой многолетней игры ей уже приходилось бороться за свою жизнь, едва ли не на четвереньках ползя наверх. Изо всех сил, как угодно – только бы выбиться в люди. Так неужели она потеряет все это сейчас? С Росой произошел несчастный случай… только несчастный случай… А с Паркинсом может случиться вообще что угодно. Здесь уже было слишком много смертей, чтобы кто-то обратил внимание еще на одну.
«Ну, берегись», – Цецилия почувствовала неожиданный прилив решительности.
Так, где-то здесь должно быть оружие…
Цецилия подошла к столу. Его, кажется, клали именно на стол…
Быстро убедившись, что самоделки Тома здесь нет, она принялась соображать, куда же могли спрятать огнемет… Мест было немного, и со второй попытки женщина обнаружила его в ящике и встала напротив двери.
«Стоп. Так не годится, – вооруженность придала ей спокойствия и рассудительности. – Надо будет сперва узнать, что он скажет… Может, Роса и впрямь жива. Тогда это лишнее. Мало ли что могло с ней произойти – поскользнулась, упала…»
Цецилия спрятала огнемет под стол. Она была готова к любому разговору.
58
– Ну что ж, кажется, все, – перевел дух Алан.
– Да, – сухо подтвердил Варковски. – Нам повезло, что реактор ломал ученый – даже это он сделал аккуратно. Другой на его месте мог просто спалить все огнеметом или разломать похуже…
– Алан вздохнул. Стержни стояли на месте. Невредимые. И даже треск начинал смолкать. Радостные надежды вновь ожили в голове Мейера.
Реактор починен, взрыва не будет, а там, глядишь, и помощь подоспеет… С Синтией удастся помириться: она неглупая девушка и все поймет… Правда, еще бродит по станции страшный монстр, но это уже пустяк. И с ним справятся…
«Улыбайся, улыбайся», – покосился в его сторону Варковски.
– Пошли. Думаю, задерживаться нам тут особо нечего.
– А хорошо все же, что все позади, – весело проговорил Алан, минуя дверь.
– Ну-ну, – Варковски усмехнулся.
– А что? – насторожился Алан.