Чтение онлайн

Так в отупляющем своей беспомощностью ожидании прошёл час, а потом и второй. Несколько раз на связь с Сагданом выходил Акмолл, но о чём они разговаривали, земляне могли лишь гадать. Потом Сагдана сменил Митралл, который долго разговаривал с Кин, также отключив функцию перевода в шлеме. Девушка, насколько можно было судить по мимике, отвечала уклончиво, часто сердилась. Митралл же только усмехался и методично продолжал свой допрос, но, как понял Валентин, не слишком результативно.

Вдруг люк распахнулся, и в него просунулось перекошённое лицо Сагдана.

– Уходите! – завизжал агент, вращая глазами. – Уходите! Гравилёт вот-вот взорвётся!!! Критическое состояние двигателя!

Хруст ботинок по гравию дал понять, что Сагдан бросился бежать прочь от гравилёта.

– О, чёрт! – воскликнул Митралл и тоже бросился к выходу.

– Стой, стой! – закричал Валентин. – Ты что, сука, а мы?!

Тарланин с растерянным видом оглянулся, и его взгляд заметался по отсеку.

– Освободи нас! – зарычал Николай. – Ну же, скорее!

– Да пошли вы!.. – Агент приготовился выпрыгнуть из отсека.

– Коулл тебе этого не простит! – снова заорал Валентин. – Мы важные свидетели! Если мы погибнем, он вам задницу порвёт. А первым тебе её порвёт Акмолл – вон он возвращается, что ты ему скажешь, придурок?!

– Где… Акмолл?.. – Митралл в испуге принялся вглядываться вдаль. От волнения он перебирал ногами на месте, как стреноженный конь.

– Да не тяни время, давай! – Остапенко с трудом удавалось сдерживать себя, чтобы не извиваться в бесполезных попытках порвать крепчайшие путы.

Агент чёртыхнулся и, вытащив из кармана цилиндрик, кинулся к связанным людям.

– Сейчас, сейчас – бормотал тарланин, прикасаясь цилиндром к наручникам – на глазах Валентина путы рассыпались, словно пыль.

Таким же образом Митралл освободил Кинату и Николая.

– Синг’саха тоже освободи! – крикнул капитан.

Мгновение помедлив, Митралл дезактивировал и наручники раба.

Все выскочили из гравилёта и побежали прочь. Кината сразу же умудрилась растянуться на гальке, поэтому Остапенко подхватил её и потащил за собой. Девушка что-то взволнованно говорила, но капитан ничего не понимал, да и не до этого было сейчас.

Быстрее всех бежал Митралл, сразу оторвавшись от остальных шагов на тридцать, а далеко вперёди, уже на подходе к пальмовой роще, виднелась фигурка Сагдана.

Ноги пленников затекли от долгого сидения, и Валентин с трудом ими двигал. Шорин, хотя у него дела были и не лучше, подскочил к ним, и напарники, подхватив девушку буквально на руки, из последних сил припустили прочь.

Почти в тот же момент позади грохнуло, и над останками гравилёта взвился столб пламени, несмотря на солнечный день на мгновение осветивший всё вокруг странно-мертвенным светом. Слабая ударная волна толкнула в спины людей, словно пройдя насквозь, и Валентин машинально бросился на землю, увлекая за собой Кин и Николая. Закрывая головы руками, они пролежали пару секунд, но больше ничего не происходило, и тогда Валентин оглянулся.

Взрыв гравилёта представлял собой явно необычное явление. Позади уже в полной тишине и без всяких вспышек взметнулась туча песка и завертелась смерчами, даже закрыв собою встающее из-за леса солнце. Песок и разный травяной мусор полетел и накрыл людей. Потом всё прекратилось.

– Все живы? – просипел Шорин, отряхиваясь, словно пёс, вылезший из воды.

– Надеюсь, все, – ответил Остапенко, разлепив веки и осторожно нащупав рукой девушку. – Кин! – тихо позвал он.

Зажмурившись, тарланка тяжело дышала, а её губы заметно дрожали.

– Кин!

Девушка что-то сказала и открыла глаза.

– Ага, всё в порядке! – улыбнулся Валентин. – Коля, выгляни, пожалуйста, где там наши «друзья»?

Старшина приподнялся и пошарил глазами в направлении, куда убежали агенты.

– Вроде никого не видать… – сообщил он.

– Как никого? – удивился Остапенко. – А где этот… как его… Митралл?

– Вопрос не ко мне, – заметил Шорин.

– Чёрт с ним. Видишь слева лес?

– Само собой, Валя, вижу. Только бы этот Митралл на мушке нас не держал. Но где наша ни пропадала, а? И от маратов уходили, и от баори. Ну, так что – двинули?

Они поднялись и, пригибаясь, кинулись к зарослям, ожидая каждую секунду обстрела. Когда спасительная сень пальм была уже рядом, справа в песок ударил красно-фиолетовый жгут, брызнув расплавленным силикатом. Беглецы одновременно упали на землю.

– Откуда стреляют? – задыхаясь, спросил Николай.

– Да пока наплевать, не теряйте время! – Валентин, подавая пример, тут же пополз вперёд. – Они нас просто стараются от леса отсечь. Мы же нужны живыми.

Над их головами снова сверкнуло. Сзади кто-то закричал, но слов с такого расстояния было не разобрать. Стараясь не думать о худшем, троица всё ползла и ползла, пока не достигла первых деревьев. Тогда они вскочили и что есть духу побежали в глубь леса, петляя между пальмами, лианами и раскидистыми кустами, ветви которых так и норовили хлестнуть по лицу.

Следов оставалось предостаточно, и о шансах скрыться Валентин даже не хотел думать. Однако то, что больше ситуации сбежать у них не возникнет, он не сомневался – нужно идти ва-банк прямо сейчас.

Они пробежали с полкилометра по пальмовой роще, проскочили большую светлую поляну, заросшую огромными зонтичными растениями, где спугнули пасущееся животное, напоминавшее небольшого кабана с белёсой гривкой, и принялись карабкаться на холм. Кин выбивалась из сил, но Остапенко упрямо тащил девушку за собой – он не мог её бросить.

Беглецы взобрались на верхушку холма и упали за кучу камней, чтобы оглядеться, отдышаться и выбрать дальнейший маршрут. Было понятно, что для агентов, имеющих рации, ничего не стоит скоординировать свои действия и окружить троицу.

Валентин выглянул из-за валуна и внимательно оглядел виднеющуюся внизу поляну и линию леса. Далеко вперёди синела бескрайняя гладь моря или, возможно, даже океана, озарённая всё выше поднимающимся солнцем. Ему показалось, что на горизонте чернеет пятачок земли, но уверенно он это сказать не мог.