Чтение онлайн

– Жену.

На мгновение меня охватывают сомнения. Стоит ли обрушивать на Анну эту информацию, что она полная её копия? Но в следующую секунду принимаю решение, что ей это сейчас ни к чему. У неё и так хватает забот.

– Сочувствую, - участливо говорит девушка, - но в данный момент вас ведь беспокоит что-то другое?

Другая. Усмехаюсь про себя.

– Давайте как-нибудь в другой раз это обсудим. Покажете эскизы? – перевожу тему.

Анна понимающе кивает и протягивает мне папку с работами. Это помогает мне отвлечься от назойливых мыслей, которые точно с ума сведут.

Не хочу даже думать, что между Софией и Ковалем действительно может что-то быть, но всё равно подсознательно допускаю такую возможность.

Женщины часто идут на поводу у своих эмоций, от того сначала делают, а потом думают. София была сильно обижена на меня, я себя нисколько не оправдываю, и тут рядом очень удачно оказался Коваль, весь такой добренький и готовый её утешить в любой момент. А я то уж не понаслышке знаю, как он умеет обрабатывать юных девушек. И как здесь не свихнешься?

Следующим утром паркую машину и направляюсь в офис, как обычно, раздраженный и не выспавшийся. Сухо здороваюсь с сотрудниками, встретившимися по пути в кабинет, и натыкаюсь взглядом на Анну, которая трясущимися руками пытается налить в одноразовый стаканчик воды из кулера.

– Анна Владимировна, - окликаю её, - у вас все в порядке?

Девушка оборачивается и отрицательно мотает головой. По припухшим и красным векам понимаю, что она точно проплакала всю ночь, и сейчас еле стоит на ногах.

У меня в голове сразу появляется нехорошая догадка – что-то случилось с матерью…

Я подхватываю ее под руку и завожу в кабинет. Помогаю ей сесть, вручив полный стакан с водой, и сам опускаюсь в своё кресло.

Она делает один маленький глоток и ставит стакан на стол. Пытается держаться и хочет что-то сказать, но тут же прячет лицо в ладонях.

– Ань, что случилось? – подаюсь вперед и внимательно смотрю на неё.

– Я… я не знаю, как о таком рассказать, - захлебывается слезами и всхлипывает. – Господи, я даже не имела представления, что в моей жизни такое может произойти.

– Может, успокоительного?

– Не нужно.

Несколько минут она собирается с духом и начинает рассказывать:

– Я приехала с работы домой и застала маму за просмотром старых фотоальбомов. Она перебирала снимки и плакала, всё прося у кого-то прощение. Сашка как раз осталась ночевать у одноклассницы. Я попыталась успокоить маму, забрала альбомы, думая, что это всё из-за болезни, но она сказала, что должна рассказать мне какую-то правду перед тем, как уйдет… Вы вчера спрашивали про сестер, помните? Я ведь ничего не знала. Оказывается, когда отца посадили, мама уже была беременна. Времена были тяжелые. Многие концы с концами еле сводили. Чтобы вытащить отца с тюрьмы она все деньги отдавала адвокату. Ей самой жить не на что, еще и ребёнок… В общем, она родила девочку и отдала ее в дом малютки, потому что понимала, что одна не потянет. А отцу сказала, что ребенок родился мёртвым…

Я прикрыл глаза, сглотнув плотный ком в горле. Ослабил галстук, потому что воздуха стало не хватать.

Паззл в голове наконец-то сложился. Аня продолжает что-то говорить, а я уже не слышу ничего. Понимаю, что должен ей всё рассказать. Лучше сейчас, пока она не стала тешить себя ложными надеждами отыскать сестру, но как?

Пытаюсь прийти в себя после полученной информации, обдумываю всё и говорю:

– Поехали.

– Куда? – она непонимающе смотрит на меня.

– Увидишь.

Дорогой в салоне царит давящая тишина. Мне на самом деле тяжело это дается. Но Анна имеет право знать правду, как и её мать.

По пути сворачиваю к цветочному магазину и покупаю охапку белых роз. Её любимых.

Когда мы свернули к кладбищу, Аня побледнела еще сильнее и вся сжалась, будто предчувствуя, что очередная правда окажется очень жестокой.

Пусть она лучше всё увидит своими глазами.

Паркую машину возле нужной аллеи, которую без труда найду даже с закрытыми глазами. Эту дорогу я знаю, как свои пять пальцев.

Забираю цветы и помогаю Анне выбраться из салона авто. Она ёжится, оглядываясь по сторонам, и смотрит на меня с немым вопросом в глазах.

– Пойдем, - киваю в сторону узкой дорожки, вымощенной плиткой.

Памятник из белого мрамора заметно возвышается среди других могил. Сверху на нем стоит фигура девушки-ангела, а на самой плите выгравирован Алёнкин улыбчивый портрет.

Я давно к ней не приезжал, хотя раньше ездил сюда каждый день, в любую погоду.

Наверное, просто боялся признаться, что в моей жизни появилась другая женщина, которую я безумно люблю и хочу остаток жизни провести с ней.

Еще каких-то пару месяцев назад и мечтать об этом не мог. Был уверен, что больше не способен на такие сильные чувства, а сейчас места себе не могу найти, потому что её нет рядом по моей же вине.

Когда подходим к могиле с кованой оградкой, Анна застывает в нескольких шагах от неё. Даю ей время собраться с мыслями. А сам вхожу первым и говорю:

– Здравствуй, Аленка. Я тебе кое-кого привез.

Прошлый букет цветов уже успел высохнуть и облететь, засыпав лепестками всё вокруг. Убираю его в сторону и ставлю в вазон свежие розы.

Анна несмело ступает внутрь, несколько секунд безмолвно смотрит на фотографию, а потом вслух читает надпись.

– Боже… - выдыхает она и закрывает рот рукой, когда понимает, что это её родная сестра.

По неестественно белым щекам катятся слёзы. Девушка пошатывается, прикрыв глаза, но я успеваю её перехватить и усадить на скамью, что стоит позади нас.

У нее шок. Она не думала, что за один день узнает о существовании сестры и о том, что её уже как два года нет в живых. Если бы мать призналась ей раньше… но что теперь поделать. Сделанного не воротишь. Ей хотя бы есть, куда прийти.

– Как это случилось? – тихо спрашивает Аня сквозь всхлипывания.

– У Алёны была опухоль мозга. Мы узнали об этом слишком поздно…

– Какой ужас… - она качает головой, не сводя глаз с фотографии.
– Мы с ней так похожи. Просто поразительно.

– Мне жаль, что ты узнала об этом только сейчас.

Аня кивает и говорит надломлено:

– Можно мне побыть наедине?

– Да, конечно. Я подожду тебя в конце аллеи.

Когда Аня возвращается назад, обнимая себя за плечи, накрапывает дождь. Кладбище и так не самое приятное место, а осенью царящая здесь атмосфера кажется еще мрачнее.