Чтение онлайн

На улицах города его встретили тяжелые враждебные взгляды, но никто не проронил ни слова, лишь позже, около княжеских ворот он услышал за спиной тонкий детский голос: "Мам, это и есть колдун?". Ребенка мгновенно одернули, и всадник буквально почувствовал вновь опалившие спину потоки ненависти. Возникло неодолимое желание пошарить рукой по лопаткам – нет ли там огня. Настолько сильно казалось, что еще чуть-чуть – и он заполыхает как факел.

Двор перед княжеским дворцом был пуст, и воин, спешившись, свободно вошел, поднялся по крутым ступенькам и ступил в продолговатый зал. На миг замер в нерешительности – огромное помещение оказалось забито до отказа. Неяркий свет отражался от множества кольчуг, на суровых лицах дружинников горели гордые глаза. Он шагнул вперед, и воины расступились, освобождая дорогу к князю, и как бы невзначай их руки легли на рукояти мечей.

Он медленно шел вперед и чувствовал, как смыкается за ним людская волна. Он был в окружении, одно неверное движение, резкое или недостаточно учтивое слово – и он отсюда не выйдет.

– Владий?! – ахнул кто-то из дружинников и тут же замолчал.

Он остановился перед Довианом, чуть откинув голову назад, с прямой, как стрела спиной. Глаза стали непроницаемыми.

"Как у Шериана", – усмехнулся про себя Владий.

Словно ветер пронесся по залу, у входа раздался шум, покатился по направлению к нему, и рядом возник иноземец.

Надо же, стоит только помянуть.

– Да вот, решил поприсутствовать при редком событии, – негромко ответил он на молчаливый вопрос Владия и устремил на Довиана холодные глаза. Только его магия, чужая для Роуна, осталась нетронутой пронесшимся хаосом.

Князь невольно отвел взгляд, за плечом услышал хриплый голос белого мага:

– С этим поаккуратней.

Довиан поднялся, легко сошел по ступенькам вниз.

– Ну вот и снова свиделись, Владий. Вижу, ты обзавелся новыми друзьями. А со старыми что, дорогами разошлись? – в его голосе прозвучало подчеркнутое презрение.

– Разошлись, – мрачно ответил воин. – Смерть развела. Да не об том речь, князь. Миры соединились, и на той стороне оказалось четыре княжества. Их вполне устраивает перемирие, пусть даже временное, и если ты действительно таков, каким тебя считают, ответь им согласием. Но если хочешь войны, отговаривать никто не станет. Делай выбор, князь. Делай сейчас.

– Что ж, – медленно произнес Довиан, слегка приглушая жестокий блеск глаз. – Мир так мир, а там, что называется, посмотрим. – За плечом раздалось довольное сопение Раошена. Он провел в уговорах несколько часов подряд и до последнего момента не был уверен в успехе. – Только вот скажи, Владий, кому ты верен? Мне или чужому князю?

– Я верен своим друзьям, – твердо ответил тот.

– С кем ты, Владий? – скривил губы Довиан.

– С князем Родомиром. Извини.

– Тогда отныне ты чужой здесь. Запомни это, и не пытайся вернуться, наемник. – Он помолчал и вдруг вспомнил об иноземце. Недобро прищурился. – А что молчит твой спутник? Не желаешь ли и ты высказаться, воин?

Пронзительные глаза Шериана метнулись к лицу князя. Взгляды скрестились и Довиан ощутил неприятный холодок, пробежавший по спине.

– Ты желаешь безграничной власти, – предостерегающе сказал воин-тень. – Но лучше заглуши в себе это стремление, князь, иначе погубишь целый мир.

Довиан застыл, не в силах отвести взгляд. Шериан удерживал его против воли несколько долгих секунд. Потом расслабился и совершенно другим, чуть скучающим тоном произнес:

– Князь Родомир желает говорить с тобой лично, назначь место и время. И не бери с собой больше десяти воинов, иначе мы воспримем это, как угрозу.

Воины резко повернулись и княжеские дружинники расступились, освобождая проход. Так же, в полной тишине, посланники Власка покинули дворец.

– Спасибо за поддержку, Шериан, – благодарно улыбнулся Владий, направляя коня к городским воротам. В светлых глазах вновь появилась заглушенная на время тоска. – Это действительно было трудно. Видеть знакомые лица, ловить удивление, быстро сменяющееся презрением или ненавистью. Я ожидал нечто подобное, и все же растерялся.

– Я говорил, что тебе не следует ехать, – спокойно ответил иноземец. – Это могли сделать Регвой, Витко или Хват. Да кто угодно, мало ли нашлось желающих.

– Возможно ты и прав, Шериан, – с болью произнес понурый воин. – Но мне так хотелось вновь увидеть Веалон, проехать по знакомой дороге. Жаль, что уже одному. Что же делает с нами жизнь?! Думал ли я, что может случиться такое? Да никогда! Всегда казалось, что жизнь – вот она, бери и иди тем путем, который выберешь. И трудности оказывалось нипочем, потому что рядом находились те, кому я привык верить, с кем прошел, казалось бы, все. А теперь… Ты не подумай, Шериан, вы тоже мои друзья, просто…

– Я понимаю, – мягко прервал его иноземец. – Старая дружба всегда будет казаться тебе крепче новой, плохое быстро сотрется и ты будешь вспоминать ее, как идеал, к сожалению, уже недостижимый. – Он чуть помолчал. – Скажи, ты уверен, что поступил правильно? У тебя был шанс остаться там, вновь стать своим.

– Я уже не тот, что раньше, – мотнул головой Владий. – Сам поражаюсь, как много изменилось за столь малый срок. Знаешь, иногда даже начинаю чувствовать себя стариком, – произнес он с улыбкой. – Странно как-то. Что же касается выбора, то я его сделал и дороги назад нет.

– Жалеть не станешь? – Шериан решил идти до конца.

– Разве что в глубине души, – задумался Владий. – Но этого не избежать в любом случае. Думаю, они бы меня одобрили, – тише добавил он.

Шериан молчаливым кивком выразил согласие и задумался про себя, про свой выбор. Когда-то он с нетерпением ожидал момента встречи с Тиэлом, готовый не раздумывая уйти с ним в мир теней. Теперь – он горько усмехнулся – силком не затащишь. Да, странно сплетается жизнь, вечно не так, как хотелось.

Люди Власка встретили возвращение посланников взглядами, полными надежды. Сейчас у них была одна мечта на всех – увидеть свой мир прежним.

Шериан отвернулся, понимая, что до этой вести еще далеко. Закрывшиеся ворота словно отрезали город, вобравший всех людей княжества, от чуждых земель. Лишь далекая мертвая граница напоминала о случившемся.

Родомир вышел встречать их лично, держался спокойно и собрано, словно и не было никакой опасности.

– Итак?

Подумать только, одно слово, а сколько в нем намешано: едва сдерживаемая тревога, печаль, затаенный страх перед неизвестным и просьба не сообщать, хотя бы прилюдно, плохие новости. Но все обошлось… пока что. Глубокие морщины на лице князя разгладились, тревога осталась лишь в глубине усталых глаз.

Мгновенно послышались крики, лица роунцев осветились надеждой, не далекой, как вначале, а вполне осязаемой, близкой. Недолгий всплеск счастья, пусть и преждевременного. Жаль, что эта радость годилась лишь для простых людей. Тот же Родомир прекрасно понимал значение короткой передышки, предвещавшей большую беду.

Они встретились в месте, странном, как нескончаемый день слияния, где одна заброшенная дорога, принадлежащая этому миру, легла поверх чужой, образуя перекресток миров. Две горстки воинов медленно сближались, уже издалека начиная меряться взглядами.