Чужими руками
Шрифт:
Противник неожиданно атаковал боевые порядки Великой Армии Истинного Бога. Огневая мощь первых ударов была так велика, что ошеломила войска. Солдаты бросали позиции и в ужасе разбегались кто куда. Попытавшиеся остановить их офицеры были сметены. Вскоре на линии фронта остались только самые преданные послушники. Остались, чтобы умереть… Значит, Карантин все-таки сбросил десант на Бочасту. И Плащ Мамбуту не помог.
Глайдер ударился днищем о камень, его подбросило вверх. Первый Жрец снова ударился – макушкой о фонарь кабины. Зубы клацнули. Позади грохотало все сильнее, хотя машина быстро удалялась от передовой. «Неужели огненный вал идет следом?!» – пронеслась паническая мысль в голове Дерибаса.
Вал не дошел… Глайдер вырвался-таки на простор из тесноты горящих улиц и помчался в тыл. Следуя твердой руке и интуиции водителя, он виртуозно огибал сгоревшие остовы самоходок и вырванные с корнем деревья.
«Прекрасный малый, этот Пекар, – с сожалением подумал Первый Жрец о своем водителе. – Жаль расставаться». – Но делобыло решенное.
…Навстречу глайдеру попалась колонна из пяти счетверенных лазерных пушек на воздушной подушке. Сквозь густое облако пыли Дерибас разглядел грубо намалеванные на броне лики Великого Мамбуту и по рации приказал колонне остановиться. Турау Яксеру пришлось стрелять в воздух, чтобы командир колонны понял, чего от него хотят.
Чистенький, отутюженный офицерик – видно, недавно из училища – строевым шагом подошел к вылезшему из машины Первому Жрецу, отдал честь и представился. Дерибас увлек его на обочину. Из открытых люков самоходок стали высовываться головы солдат.
– Послушай, мальчик…– тихо проговорил Первый Жрец. – Там, на передовой, от тебя пользы не будет. Сопроводи меня до Святилища Четырех Клыков.
– Но как же приказ? Там ведь идет бой…
– Им уже не поможешь, – ответил Дерибас. – Будем создавать новую линию обороны по Желтой реке.
– Так далеко?!
Это означало потерять почти все завоевания священной войны.
– Тебе никогда не приходилось отступать? – Первый Жрец притянул офицерика к себе и пристально посмотрел ему в глаза.
– Нет, Святейший!
– Этому тоже следует научиться…
Пыльная колонна развернулась, пропустив глайдер в центр. Командир огневой центурии сидел рядом с Дерибасом. Первый Жрец не отпустил офицерика в командирскую самоходку и стал учить его уму-разуму.
– Пойми: победным маршем нам не удастся пройти по галактике. Враг слишком силен – предстоит трудная борьба. Сладость побед на время может смениться горечью поражений. Надо быть готовыми к этому – не паниковать, не думать о капитуляции, а твердо верить в святость нашей цели и идти до конца. Если не мы, то наши дети разгромят Лигу Миров, исполнив волю Истинного Бога.
В колонне слишком поздно засекли орбитальный истребитель Лиги Миров. Впрочем, все равно укрыться было негде – кругом незасеянные, окаменевшие от зноя поля. Истребитель летел из столицы. Счетверенные лазеры открыли огонь, но без толку. Гроздь умных ракет оторвалась от брюха орбиталки и стремительно понеслась к земле.
…Дерибас вылез из подбитого глайдера и едва не упал, наткнувшись на оторванную взрывом башню самоходки. Сзади копошился командир центурии, помогая Доверенному Секретарю выбраться из кабины. В борту ближайшей самоходки зияла здоровенная дыра.
Из нее раздавалось странное шипение. Первый Жрец не сразу понял, что такие звуки может издавать человек. От двух головных самоходок не осталось ничего. В хвостовой взорвались боеприпасы, оттуда при порывах ветра долетал запах жареного мяса. Желудок Дерибаса не сдюжил, и его вывернуло. Четвертая машина получила десятки пробоин и потеряла ход. И только одна осталась цела, хоть и перевернулась. С ней предстояло повозиться.
Орбитальный истребитель был уже над океаном. Трудно поверить, что еще минуту назад колонна стремительно неслась над стратегическим шоссе номер два.
– Командуй, центурион! – прокричал Дерибас в ухо офицеру. – Чтоб через пять минут машина была в порядке!
Офицерик отшатнулся – так ведь недолго и перепонкам лопнуть. Он кинулся выполнять приказ, а Первый Жрец уселся в придорожную пыль. Поглядел на свой глайдер: развороченные плоскости, изрешеченный нос, смятый колпак кабины, на переднем сидении неподвижное тело водителя. Хоть одна проблема решилась сама собой.
«Надо будет причислить его к лику мучеников за веру, – вдруг решил Дерибас, – ведь он погиб вместо меня…» А потом глайдер взорвался.
ГЛАВА 18
НЕМНОГО ЩЕКОТКИ
Строго секретно
Командующему Пятой Ойроцатской бригады карантинных войск Департамента здравоохранения Лиги Миров лейб-перангу Ушох-Цатому
ДИРЕКТИВА
Приказываю:
1. Безоговорочно выполнять распоряжения Командующего карантинной группировкой лейб-коммодора
Токанаги.
2. Координировать свои действия с командирами других карантинных соединений.
3. Безжалостно пресекать любые карательные акции против аборигенов.
4. Свести потери личного состава к минимуму.
5. Как зеницу ока беречь носителей невосполнимых генов.
6. Вернуться на Ойроцат с победой.
Командующий карантинными войсками
Департамента здравоохранения
Лиги Миров лейб-адмирал Хоръх-Цатый
«У каждой галактической расы непременно есть ахиллесова пята. Строжайше засекреченная, вымаранная из всех письменных и аудиовизуальных источников. Но один из законов мироздания гласит: если имеется тайна, непременно будет и утечка. Бороться с утечками информации – первейшая задача спецслужб. Бороться с засекречиванием – первейшая задача прессы. А также черных архивистов и – в меньшей степени – черных археологов. Тайны минувших дней, как правило, безобиднее секретов настоящего момента.
Всякая разумная-раса хочет уцелеть и размножиться, причем – любой ценой. А потому она мечтает свести под корень всех своих потенциальных противников. Это не так-то легко сделать, играя по правилам, навязанным Лигой Миров. Гораздо легче и дешевле сделать упор на оборону. Нарыть подземных убежищ, ощетиниться стволами аннигиляционных батарей, сделать прививки от всех болезней, подстраховаться от любых случайностей – и споткнуться на каком-нибудь пустяке, вроде аллергии на арбузные корки или синдрома черной кошки… Чертовски обидно.
А потому кое-гто принял на вооружение испытанную временем тактику ложных целей. По галактике носится чертова уйма слухов о слабостях разных цивилизаций. Известны имена конкретных журналистов, оторые с невероятным трудом добыли эти бесценные сведения. Или гнусных предателей, что за тридцать сребреников продали главный секрет своей расы.
И многие верят в эти байки. Например, на Непале всерьез считают, что земляне пуще смерти боятся увидеть обнаженного хилицефала. Так что не удивляйтесь, если загнанный в угол чепалец вдруг начнет стаскивать с себя штаны. Подобного рода «утечку», конечно, организуют те же самые спецслужбы…»
Раскопки продолжались, несмотря на войну. Платон не любил отвлекаться по пустякам. Пять из шести заказанных артефактов уже найдены и помещены в стазис. Сейчас обиднее всего отступить. Нелепо надеяться, что боевые действия вскоре утихнут. Ожидание может затянуться – партизанские войны идут десятилетиями, то едва тлея, то ярко вспыхивая. А с контролируемых Карантином небес в След Моргенахта в любую минуту могут посыпаться аннигиляционные бомбы или ударить лазерный залп – наверняка Карантин захочет отнять у врага Оружие Возмездия. Тогда и от артефактов, и от лагеря даже запаха не останется.
«Еще денек-другой – и золотой ключик наш», – уговаривал себя археолог, с тревогой вслушиваясь в гул канонады. Поначалу линия фронта быстро удалялась на восток. За день она могла скакнуть на сто километров, и, казалось, не сегодня-завтра Сияющий-В-Кущах будет взят штурмом. Теперь все переменилось: партизаны бегут, и каратели у них на плечах вот-вот докатятся к Следу.
Нанятые в столице шоферы пересилили свой страх перед охранниками-андроидами и потребовали добавки к жалованию. Они с первого дня войны вынашивали эту идею, но долго не решались пойти к Платону. И вот их час настал.