Чужой, родной, любимый
Шрифт:
– Какое счастье, ты бредишь...
– произнесла, избегая смотреть Дэну в глаза.
– Макс убьет, если узнает. И будет прав.
С глухим рычанием Дэн притянул к себе. Обнял так крепко, что у меня перехватило дыхание.
– Не бойся, я не дам тебя в обиду, - проговорил полым нежности и силы голосом.
– Хочешь, увезу тебя в другой город и спрячу? Прямо сейчас, этой же ночью?..
Как у него все просто. Как только я пропаду, подозрение тут же падет на Дэна. Может быть, мне и удастся скрыться, но как быть с глупым мальчишкой? До тех пор пока не осуществит свой коварный план, он полностью зависит от Макса. Так же, как и я.
– Ты же понимаешь, что это невозможно, - обреченно произнесла я.
– Нам обоим придется вернуться и делать вид, что между нами ничего нет и быть не может.
– Не хочу!
– заявил Дэн.
– Не вынесу, если ты сейчас заберешься к нему в постель.
– Ты знал, кто я, с самого начала, - пришлось напомнить.
– Жена твоего отца, а не игрушка, которую можно спрятать на дне чемодана и вывезти за границу.
Оказалось, Дэн умеет краснеть. Властный босс, требовавший от служащих полного подчинения и отчета о каждом шаге, не вынес, когда ему напомнили об увлечении игрушками.
– Ты видела?
– спросил он. Немного отстранился, взял за руку.
– Видела, - призналась я.
– Милая вещица. Мне кажется, ты мог бы заняться этим всерьез.
– Глупости, - смутился Дэн.
– На этом денег не заработать. Людям нужны дорогие игрушки, шикарные. Как часы Макса. А это так, юношеское увлечение, пора с ним завязывать.
Интересно, когда он поймет, что и я всего лишь юношеское увлечение? Как скоро спадет с глаз розовая пелена, и Дэн осознает, что хотел меня лишь потому, что я принадлежу Максу? Лично я в этом ни капли не сомневалась.
– Нам пора возвращаться, - напомнила тихо.
Только что возникшая атмосфера доверительности тут же лопнула, как мыльный пузырь. Дэн подал мне платье, а сам вышел из машины. Отвернулся, прислонившись к спиной к дверце.
И я была благодарна. Одеваться под пристальным взглядом молодого любовника все равно, что перед фотокамерой - непременно станет заметен каждый изъян и недостаток.
Да, я еще красива и достаточно молода. Но одиннадцать лет разницы - это вам не шутки. Если сравнивать меня и молодых девушек, хоть ту же фотомодель Улю, разница станет очевидной. Одно дело ласкать в порыве страсти, и совсем другое - рассматривать, когда шквал эмоций поутих.
Переодевшись, вышла из машины, чтобы перебраться на переднее сиденье. Нагнулась, чтобы рассмотреть отражение в зеркале заднего вида. Поправила макияж, пригладила прическу.
Поймала раздраженный и в то же время восхищенный взгляд Дэна.
– Почему ты на меня так смотришь?
– не удержалась от вопроса.
– Как?
– уточнил Дэн.
– Будто хочешь убить, - призналась я.
– Или привязать к одной из лип и оставить тут навсегда.
Дэн горько усмехнулся. Обошел машину и сел за руль.
– У тебя чересчур буйное воображение, - сказал спустя минуту.
– Но идея с липой мне нравиться. Надо как-нибудь попробовать.
После этих слов я испугалась еще больше. Он что же, надеется, что станет моим постоянным любовником? Неужели одного раза недостаточно, чтобы отомстить Максу? Или это будет продолжаться до тех пор, пока мальчик не наиграется в чужую игрушку. А что сделает потом? Вернет законному владельцу или попросту выбросит?..
– Не ломай меня, пожалуйста, - попросила вслух. Села в машину и громко хлопнула дверью.
– Не делай хуже, чем есть. Ты добился, чего хотел, давай остановимся на этом.
В одном была уверена: мне никогда уже не стать прежней. Я и раньше избегала близости с Максом, а теперь и вовсе готова наглотаться снотворного или алкоголя, только бы не чувствовать его прикосновений. Это выше моих сил - любить одного, но принадлежать другому.
Дэн резко обернулся, глаза его полыхнули голубым пламенем.
– Да когда ты, наконец, поймешь, что я тебя люблю?
– вопрос прозвучал как выстрел. Контрольный - в голову.
– Думаешь, мне доставляет удовольствие наставлять Максу рога? Или видеть, как ты упорно продолжаешь хранить ему верность, несмотря на то, как он с тобой обращается?
Таким разъяренным я видела Дэна впервые. Он, как лесной пожар, готов был снести все на своем пути, позабыв о рамках и границах.
– Макс не дает мне развод, я просила много раз, - проговорила и плотно сжала кулаки.
– Да, очень хочу стать свободной и сама отвечать за свою жизнь. И помогу тебе в осуществлении плана. Но пока остаюсь замужней женщиной, не стану заводить любовников. Никаких отношений на стороне, это подло и грязно.
– Хочешь сказать, что все то, что произошло между нами - грязь?
– опешил Дэн.
– Или мнение окружающих для тебя важнее моих чувств?
А еще говорят, будто женщины любят выяснять отношения. Ничего подобного, мужчины не меньше хотят узнать, что о них думают их возлюбленные. Только не каждый готов заявить об этом вслух.
Я не могла разочаровать Дэна, да и не хотела ему врать. Протянула руку и тыльной стороной ладони коснулась гладко выбритой щеки.
– Нет, это было волшебно. И мне плевать, что думают обо мне люди. Но я не хочу подставлять тебя еще сильнее. Если продолжим встречаться, правда непременно выплывет наружу. Сотрудники отдела, знакомые, да хоть та же баба Катя - они непременно заметят. Расскажут Максу. После этого ты ни за что не заполучишь фирму, а я - свободу. Макс скорее засадит за решетку, чем отпустит. Не простит...
Дэн глубоко вздохнул. Перехватил мою ладонь и прижал к губам.
– Никто ничего не заметит. Вот увидишь...
До дома ехали молча. Всю дорогу я старалась не думать о произошедшем и готовилась к встрече с Максом. Пусть муж считал меня слишком серьезной и обязанной ему, чтобы заводить романы на стороне. Но необычное поведение может натолкнуть на определенные мысли.
Мне казалось, будто вся я, с больших пальцев ног до макушки, пропиталась запахом Дэна. Мое тело полностью принадлежало ему и сопротивлялось одной мысли о том, что придется вернуться в супружескую постель. Не смогу притвориться, не выдержу...
– Дорой ночи!
– Только в лифте Дэн нарушил молчание и, пользуясь случаем, сорвал поцелуй. Быстрый и пронизывающий, точно разряд тока. От него вновь подкосились ноги и затуманился разум.
– Сладких снов, - пожелала в ответ, уклоняясь от настойчивых рук.
Едва войдя в квартиру, Дэн заперся в комнате, но назвать ее детской у меня уже не поворачивался язык. Как бы мне хотелось думать, что сын Макса - всего лишь мальчик, который дорвался до власти и запутался в собственных желаниях, это не было правдой. Меньше всего Дэн походил на представителя золотой молодежи или заядлого бабника.