Чтение онлайн

– Я знаю, но сейчас это будет слишком рискованно. Да и не каждый караван возьмёт меня с собой, так как ехать долго, а это лишние и непредвиденные затраты на еду. Поэтому я и думал про Веринг – город рядом, хватит еды, что я возьму с собой, а там глядишь я и обоснуюсь где-нибудь. Может даже вспомню что-нибудь из своей прежней жизни.

Сарина скрестила руки на груди.

– И где же ты собираешься жить? Чем зарабатывать на жизнь? – решив больше не пытаться отговорить Анеро, она перешла к конструктиву.

– Я откладывал понемногу с заработанного у вас, снять комнату на неделю-другую должно хватить, а там и работу найду, - пожал плечами мужчина. На самом деле он надеялся, что у него получится устроиться в портняжную лавку к брату Сарины, но просить о подобном её саму он считал наглостью.

– Вот оно как, - задумчиво произнесла женщина, - возможно, мы сможем помочь.

– Я бы не хотел доставлять вам с Ярриком лишних неудобств, - начал было отнекиваться Анеро. Всё же ему было крайне неудобно получать помощь от Сарины, так как после их разговора ему казалось, что он её сильно обидел.

– Не доставишь, не переживай, - отмахнулась женщина. – Я поговорю с Ярриком, а ты пока пообещай мне одно – что никуда не уедешь, пока я с ним не поговорю.

Сарина была уверена, что он никуда не сбежит, поэтому последнее произнесла больше на всякий случай.

– Хорошо.

– Так, а теперь давай займёмся посудой, а то провозимся здесь до глубокой ночи.

Анеро облегчённо кивнул и с радостью продолжил мыть посуду.

…………………………………………

Сарина не стала откладывать разговор с мужем в долгий ящик, и уже следующим же вечером они всё обсудили. Как и для жены, для Яррика подобные намерения Анеро не стали неожиданностью. Как добрые и порядочные люди, силой никто удерживать его не собирался, тем более, что его отъезд мог принести им пользу: их старший сын Итос, недавно достиг возраста вступления в армию и теперь собирался последовать по стопам отца. Но отправлять сына в город Яррик пока не спешил. Во-первых – он хотел получше его подготовить, а во-вторых, прекрасно помня свой нрав в юношестве, он был точно уверен, что так похожий на него старший сын, обязательно наживёт себе проблем в городе. Тем не менее, Яррик прекрасно понимал, что, не отпуская сына он только откладывает неизбежное. И в этой ситуации они с Анеро могли помочь друг другу: может он ничего и не помнит, но по характеру он, очевидно, был спокойным и рассудительным, да и юношеская дурь давно его покинула, а значит он может приглядеть за Итосом с его бойким характером и горячим нравом. В то время, как Итос, намного лучше знакомый с местными обычаями, законами и людьми, мог бы приглядывать за Анеро и помогать ему не совершить от незнания какую-нибудь глупость. На то с Сариной они и порешили.

Возражений со стороны Итоса и Анеро не было. И хоть каждый из них рассматривал это как необходимую плату за разрешение и помощь со стороны Яррика с Сариной, в глубине души они были рады наличию спутника – впереди их ждал новый большой мир, который, значительно проще исследовать не в одиночку. Помощи же там было немало – помимо внушительного запаса еды, одежды, в дорогу им дали приличную сумму денег, а так же три рекомендательных письма – два для Итоса и одно для Анеро. Два из них были написаны Сариной её брату, с просьбой принять тех под своё крыло. Яррик же написал, для сына отдельное письмо, которое тот должен был отдать начальнику городской стражи. Анеро в очередной раз поразился доброте и заботе этих людей, и ещё раз пообещал, что поможет Итосу, чего бы это ему не стоило.

Примерно через неделю после начала сборов, в постоялом дворе, наконец, остановился караван, который согласился взять с собой пару лишних пассажиров.

Так, запрыгнув в телегу с какими-то мешками с товаром, Анеро с Итосом отправились в Веринг.

Одинокий путник ехал по лесной дороге, насвистывая какую-то мелодию. Его грубое лицо было покрыто шрамами, а черные волосы - коротко стрижены. Он был облачён в простенькую на вид, но очень качественную кожаную броню, которая хорошо на нём сидела, не сковывая движения и не напрягая своим весом.

Его лёгкие доспехи были не свидетельством беспечности, а, скорее, наоборот – прекрасным понимаем того, где и зачем он находится.

Поскольку от нападения эльфов, его, в любом случае, никакие доспехи не защитят, путник прекрасно понимал их бессмысленность и то, что они могут только усложнить и замедлить его путешествие.

По правую руку от него тянулся Великий Лес Алун-Тора-Ле, прибежище эльфов и им подобной нечисти, по левую руку же от него был такой же лес, но уже принадлежащий королевству людей, так что можно сказать, что дорога являлась своеобразной границей, отделяющей одних от других.

Не самая очевидная граница для большинства людей, но, так как остроухие крайне агрессивно относились, когда рядом с их землями возводили какие-то заставы или блокпосты, такое неочевидное разграничение было единственным вариантом для мирного существования.

Строить дорогу чуть в отдалении, означало удлинять и без того крайне длинный маршрут, огибающий эльфийский лес, что было признано нецелесообразным. В конце концов, если не заходить на их земли, остроухие вели себя даже миролюбиво, редко когда переходя границы. Ну, а если парочка-другая крестьян перейдут случайно границу, то им на тот свет и дорога.

В своё время, тысячи лет назад, во времена Великих Войн, такие странные и неудобные для людей условия были большим достижением человеческой дипломатии. С тех пор много воды утекло, а значительно окрепшее и разросшееся человечество заселило все свободные земли.

Великий лес Алун-Тора-Ле, был зелёным отвратительным пятном на карте людских королевств. Располагаясь в самом его центре и занимая колоссальную территорию, он делал всю логистику людей крайне затратной и неэффективной.

Шутка ли, путь между Эмиратом Сальдарой и, находящимся на северо-востоке от него Царством Харикт, по прямой был в районе недели, максимум двух, но, из-за растущего на пути леса, человеческим караванам приходилось совершать огромный круг вокруг этого леса, вдоль его западной границы, что увеличивало время в пути вплоть до полугода! А находящийся с юго-востока от леса Хребет Тунгер Болден, который тянулся вплоть до самого океана и на многие, многие километры вдоль него, плавно переходя в Горы Погибели, надёжно отсекал любую возможность, объехать лес с востока.

В самом же Хребте человеческие чародеи земли могли бы легко проделать удобный туннель, если бы в самих гора не проживали другие соседи человеческого рода – дворфы. И если, как противостоять эльфам в их лесу, у людей хоть какие-то представления были, то, как воевать против булыжнико-образных недомерков внутри их гор, находясь под огромными толщами камня, у человеческий правителей не было ни малейшего представления. Это даже без учёта магии, которая по сохранившимся трактатам мало чем уступала людской!

Всё это обостряло отношения между и без того не сильно любящими друг друга расами.

……………………………….

Путник неторопливо скакал по дороге, размышляя о том, что же ждёт его на месте назначения. Когда в десятке метром перед ним на дорогу выскочило четверо бандитов с небольшими кинжалами и щитами в руках.

– Стоять! – громко крикнул один из них, выводя путника из задумчивости.

Он остановил свою лошадь и с любопытством начал осматривать решившихся напасть на него людей. Судя по простой, местами рваной одежде, почти полным отсутствием какой-то брони, отвратительного качества щитам и кинжалам – перед ним местные крестьяне. Которые, может, из-за жестокости и самодурства местного барина, может, из-за проблем с урожаем, а, может, из-за простой тупости и жажды быстрой наживы, решили промышлять грабежом.

В паре метров от коня в землю, свистя, вонзилась стрела, демонстрируя серьёзность намерений нападающих, а также то, что их может быть значительно больше, чем те, что вышли на дорогу.

Путник приметил для себя сторону, откуда прилетела стрела. Какая бы она не была паршивая, стрела есть стрела, а на нём не одета его броня.

Он наклонил голову и, вздохнув, начал вспоминать слова:

– Чего хотеть? – спросил он, подняв густую бровь, на сильно ломаном мекальтском языке.

Господин заставил его несколько месяцев учить этот язык, который он искренне презирал, под предлогом того, что ему придется работать в этих землях и знание языка необходимо. Что, естественно, не нравилось путнику: он был воином и искренне считал, что провёл бы с куда большей пользой это время тренируясь с мечом, а для общения с местными можно было и послать с ним переводчика.