Чтение онлайн

— Как невежливо, — издевательски произнёс масочник, — впрочем, чего ещё ожидать от столь грубого мужлана. Начни мы разговор, и твоя дочурка точно бы пережила эту ночь, ведь нам нужен только ты.

Слушая его бред, я использовал одно заклинание за другим, лишь бы быстрее привести себя в порядок. Фрэки низко выл от боли в боку, с которого медленно слезала шерсть, а Азгерос хотел было ринуться в атаку, но я его притормозил.

— Видишь ли, Эрик, ты весьма странная личность, — масочник начал медленно приближаться ко мне, пока его спутницы, две женщины хоть и без шуб, но во вполне узнаваемой одежде, начали подходить к прикованной к пыточному столу Хельге, — доставил нам столько проблем, что сразу и не описать. Разрушил один из храмов нашего владыки, убил посла Иррисена с братом, потом много раз мешал нашим планам. Вот скажи, что мне с тобой делать?

Очередной разряд молний, пусть и частично погашенный магией доспехов, заставил меня биться в конвульсиях. Азгерос, следуя моей команде, отполз подальше, ожидая удобного момента. В это же время отец всё же уничтожил одного из теневых демонов, масочник призвал сразу двух ему на смену.

— А потом, эта твоя возня со змейками, — театрально взмахнул руками он, — ладно бы вы просто друг друга поубивали, так нет, надо было сжигать склады. Знаешь, сколько сил я потратил, чтобы узнать, кто во всём виноват? — мгновенно сменив дружелюбный тон на яростное шипение, масочник почти бросился на меня, — А поймать эту девку? — указал он на Хельгу, — Она три года водила моих людей за нос! Если бы не помощь столь обиженных на тебя лично, этих прекрасных дам, мы бы ещё долго не увиделись.

Посчитав, что момент идеальный, я попытался одновременно отправить телекинезом копьё, ударить огнём и приказать Азгеросу напасть, но масочник без особых проблем отразил все атаки, а дрейка почти убил ударом ладони.

— Какие жалкие попытки, — брезгливо ответил он, ещё раз приложив меня молнией, — но тебе повезло, владыка Зон-Кутон любит чужие страдания, а потому, дамы.

Ледяные суки, насколько я видел своим помутнённым зрением, достали из ножен длинные кинжалы и склонились над Хельгой.

— Последние слова дочери? Поверь, мы искренне не хотели убивать её так быстро, но ты спутал все наши планы, — с жалостью в голосе произнёс он, — ну так что?

Почувствовав лёгкое касание холодной как арктический лёд ладони, я понял, что надо делать.

— Хельга, — как можно громче попытался сказать я, — почувствуй холод внутри тебя, он есть в твоей крови, твоём естестве…

— Как интересно, — захлопал в ладоши масочник, — продолжай, мне дико интересно, чем это всё закончится.

— Ощути его, ощути холод и следующую за ним смерть, — сглотнув натёкшую кровь от прокусанного языка, я продолжил, — а за ней возрождение, новую жизнь. Почувствуй то, что тебя окружает, и позови её…

— Нет! — прокричал отец, но тут же был оттеснён одним из демонов.

— Мара, — тихо произнёс я.

— Мара, — повторила за мной дочь.

Волна холода, обжигающего, заставляющего трескаться и ломаться даже самый прочный металл, превращающего деревья в прах, разнеслась по всему помещению. Тотем с духом мороза на поясе разлетелся на мелкие осколки, поставив мне ещё несколько синяков. Дикий крик боли раздался со стороны стола, где одна из ведьм успела отскочить и потеряла лишь руку, тут же разбившуюся о пол. Её товарка даже не разбилась, а распалась на тысячи снежинок, развеянная арктическим ветром.

Досталось и масочнику, который явно не ожидал такого развития событий. Заминка стоила ему дорого, немного очнувшийся от боли Фрэки, быстрее молнии рванул всем телом и зажал голову масочника в зубах, сжимая их изо всех сил. Я видел, как острые клыки волка пробили кожу изверга, а из-под крошащейся маски начинает проглядываться изуродованное лицо с глазами без век.

— Я уничтож… — собирался что-то сделать разгневанный масочник, но моё копьё брошенное телекинезом, уже вошло ему точно в горло, начисто перебив позвоночник.

Мотнувший головой Фрэки окончательно отделил голову масочника от тела и спустя мгновение раздавил её. Теневые демоны на миг застыли, чтобы после этого распасться, а отец, замер на миг. Хельга всё ещё лежала скованная на покрытым изморозью ложе, но ей уже ничего не угрожало, а потому, он бросился на меня.

— Что ты наделал! — прокричал он мне в лицо, приставив клинок к горлу.

Сглотнув и почувствовав, как острая сталь сбривает часть бороды, я спокойно посмотрел ему в глаза.

— Спас её, и нас, — говорить было сложно, как и двигаться, но я над этим работал.

— У неё была другая судьба, она должна была стать одной из нас! А ты обрёк её на…

— На жизнь, — коротко ответил я, аккуратно пошевелив правой рукой.

— Нет, ты обрёк её на вечное служение тьме! Она теперь никогда не сможет насладиться музыкой Элизиума вновь! Ты!

— Что я? — равнодушно посмотрел я на него, — Или так, или и меня и её принесли бы в жертву Зон-Кутону, пока ты возрождался в своём сраном Элизиуме, слушая песенки. Неужели ты решил, что вечные муки лучше, чем это.

Воспользовавшись тем, что осталось от первых встреченных мной ведьм, я полыхнул холодом, заставив его отпрянуть. Не смотря на застывшего в боевой стойке азату, я с трудом встал с пола, после чего сначала подошёл к Фрэки, спрятав его в татуировку, а потом и к Азгеросу, поступив с ним аналогично. Потом, когда появится время, надо будет заняться ими.

Нащупав в поясной сумке зелья лечения, я сначала выпил несколько штук сам, а потом, шатаясь из стороны в сторону, приблизился к Хельге. Отец в это время продолжал изображать готовность к бою, но мне было плевать, хотел бы убить — уже убил.

Хельга была плоха: куча синяков и порезов по всему телу, сейчас прикрытых ледяной коркой, на месте глаз провалы, скальп снят. Бедная моя девочка. Аккуратно приподняв её голову, я начал поить её зельями, не давая подавиться, заодно тратя последние силы на дополнительное исцеление.

Бросив взгляд на ещё живую женщину, что выла на одной ноте, сжимая то, что раньше было её правой рукой, я дал команду ближайшему голему прийти ко мне. В полной тишине, я наблюдал за тем, как раны Хельги понемногу затягиваются, и пусть ей придётся ещё долго восстанавливаться, но главное — она жива, на остальное — плевать.

Голема пришлось ждать недолго, однорукий железный гигант, где-то потерявший булаву, застыл на месте, ожидая следующей команды. Команда был простой и спустя миг железные пальцы сомкнулись на роскошной гриве волос женщины, и мы пошли наверх. Я нёс дочь на руках, стараясь не трясти её, голем тащил за собой воющую тварь, пытавшуюся лишить меня Хельги, а замыкал наше шествие папаша, не проронивший больше ни слова.

Оглядев картину наверху, я внутренне усмехнулся: от презентабельного поместья почти ничего не осталось: не считающиеся с потерями големы и элементали постарались на славу. Завершал пейзаж кровавый натюрморт, организованный азатами, что бы о них не говорили, но резню они умеют устраивать знатную, не зря же некоторые из этих детей Элизиума служат Владыке в Железе.