Чтение онлайн

А ветер крепчал, и корабли из разных уголков гильдии и Мира, стоявшие на приколе и ожидавшие своей очереди на ремонт, начали покачиваться. Что ж, наверное, не стоило переживать за них, ведь бухта была закрытой, а якоря надежными.

Внизу, в долине между сопками и бухтой, раскинулся портовый город Виладий – столица Приморской гильдии. Он был маленьким, преимущественно каменным, ведь строить деревянные дома в их климате – только зря доски переводить: без должной обработки в условиях частого тумана древесина быстро начинала гнить.

Другое дело корабли – достойное продолжение жизни дуба и сосны. Днище просмаливали, покрывали специальной краской, от которой стояла просто нестерпимая вонь. Поэтому по закону гильдии ближайшая верфь находилась через бухту от города. Ветер иногда приносил слабые запахи дыма и серы, но к ним горожане давно привыкли.

Оказавшись в порту, Диана, опустив голову и прикрывая лицо капюшоном, пробралась к старой гостинице почти у самого моря.

Ее возлюбленный ждал ее у входа. Без лишних приветствий парень взял девушку под руку и повел в комнату, где Диана скинула плащ и бросилась в желанные объятия Даниила.

– Ди, – слегка смутился парень, – ты уверена, что нам стоило здесь встречаться?

Девушка кивнула, весело и беззаботно заглядывая ему в глаза.

– Ты правда уверена в этом? – еще раз повторил он, но уже более чувственно.

Лицо Дианы стало серьезным.

– Да, – ответила она, ослабляя хватку и слегка отстраняясь.

По мнению девушки, игра немного затягивалась. Диана стянула с головы платок, позволяя длинным шелковистым волосам рассыпаться по спине. Кончиками пальцев дотронулась до губ Дани.

Он улыбнулся. Его нежные руки скользили по ее шее и плечам, аккуратно стягивая рукава. Идиотская шнуровка не хотела поддаваться. Он выругался, когда в очередной раз на ленте появился узел.

Диана рассмеялась и поспешила помочь.

И вот ткань нижней рубашки плавно соскользнула, обнажая маленькую белую грудь. Диана поспешила снять с парня камзол и прижаться к гладкому горячему телу. Мурашки пробежали по коже, когда руки Дани коснулись ее бедер. Диана охнула и прижалась к парню сильнее.

Его поцелуи покрывали ее плечи, а губы медленно скользили к животу. Диана прогнулась навстречу этим ласкам, запуская тонкие пальцы в густую рыжую шевелюру.

Дверь скрипнула. Дани резко отстранился, заслоняя собой полуобнаженную девушку.

Сердце Дианы готово было выскочить от испуга, но потом она увидела Антония – и внутри нее закипел гнев.

– Диана? Как ты могла? Быстро одевайся! – приказал младший брат, кидая ей плащ. А потом резко крикнул уже Даниилу: – Убирайся отсюда!

– Слушай, – попытался возразить ему парень, – я люблю твою сестру!

– Уходи! – оборвал его Антоний. – Тебя ищет отец – началась война. Объявили мобилизацию. Те мужчины, которые не придут в течение трех часов на городскую площадь – объявляются дезертирами. У тебя час в запасе!

Влюбленные стояли, словно громом пораженные.

– Война? – переспросила Диана, не веря своим ушам.

Антоний кивнул.

– Нашу тетку вчера нашли мертвой. Говорят, убийца Яримир.

Диана прикрыла рот ладонями, стараясь сдержать крик. Фидель? Их прекрасная Фидель… Да, конечно, она натворила дел, да, она была виновата, что сбежала от мужа, что влюбилась. Но она была такой доброй, такой отзывчивой и всегда такой внимательной к Диане…

Слезы навернулись на глаза. Диана поспешно натянула нижнюю рубашку. Дани помог зашнуровать корсет. Не обращая внимания на возмущение Антония, влюбленные поцеловались.

Первым ушел Даниил. Брат и сестра какое-то время оставались в комнате.

– Как давно вы встречаетесь? – решил нарушить неловкую паузу юноша.

– Давно, – отмахнулась девушка.

– Хорошо, уточню вопрос: как давно вы спите вместе?

– Не твоего ума дело! – огрызнулась Диана.

Она любила своего брата, но сегодня была готова повыдергивать его черно-синие космы. Шестнадцатилетний сопляк, а туда же – жаждет распоряжаться чужими жизнями.

– Мое! – начал выходить из себя Антоний. – Может, ты забыла, но я несу за тебя, Эльзу и маму ответственность! Я должен знать!

Диана хотела было соврать, но заглянув в голубые глаза, полные тревоги, ответила:

– Полгода.

Антоний тихо завыл.

– Диана! Ты дура! Безмозглая дура!

– Прекрати истерику! – прошипела девушка. – Если уж все сводится к выгодной партии, то не смотри, что у него нет титула. Ты прекрасно знаешь, его семья богаче нашей раза так в три.

Брат провел рукой по лицу, шумно выдохнул, а затем развернулся и направился к выходу.

Диана пошла за ним.

Только сейчас девушка осознала, что, когда торопилась в гостиницу, не встретила никого на окраинах и набережной. Диана слегка смутилась, ведь около моря жизнь всегда кипела: шли погрузка и выгрузка, матросы наводили порядки на палубах, проверяющие сновали между кораблями. Да и таверны – это таверны. Но сегодня даже около них было пусто. Все отправились в центр.

А здесь городок бурлил. У Дианы сложилось ощущение, что на улицу высыпали все – от мала до велика.

Женщины маленькими группками стояли около магазинов, тревожно переглядываясь. Они мяли платки и говорили без умолку. Все слова сливались в один неразборчивый гул, в котором можно было разобрать только страх.

Старики собрались своими компаниями, но молчали. На их лицах – выжженных солнцем, обветренных, испещренных глубокими морщинами, точно прибрежные рифы, – царило выражение глубокой задумчивости. Деды курили трубки и бесслезно плакали. Бабы бились в истерике.

Словно уловив всеобщее настроение, ветер пригнал туман. Сырая колючая хмарь наполнила город, готовая разразиться дождем.

Диане показалось, что даже цветы на витрине ее любимого магазина поникли и повяли, хотя этого не могло быть: она лично вчера помогала Наталье высаживать кусты здоровой яркой петунии в горшки. А за помощь хозяйка отблагодарила ее шоколадом с морской капустой.

Девушка представляла, как поделится сладостью с сестрой, как они ночью в комнате будут пить чай и втихаря от всех дегустировать шоколад. Но на обратном пути она залюбовалась морем. Диана подошла к самому краю скалы, села и свесила ноги. Соленый ветер нежно дотрагивался до ее кожи, совсем как руки Даниила. Диана замечталась и не заметила, как съела всю плитку, а возвращаться за второй было лень.