Цикл Мир
Шрифт:
– Ты давно их не видел?
– Очень давно. Последний раз я навещал Иону – мою бабушку, которая живет в стороне от дворца.
Он заметил, что Зеленовласка ждет продолжения.
– Я узнал, что все они живы, но видеть никого не захотел, – пояснил Ролло.
– Почему?
– Мы никогда не были близки с отцом – он охранял маяки на голландце, а меня воспитывал дядя. Когда умер дедушка, мой дядя должен был стать королем. Мой отец бросил вызов брату. Короче, дядя погиб, а я отказался приносить присягу Эстебану и отправился на корабль, но моя команда отказалась служить мне. Видишь ли, призраки давали клятву верности трону, но и мне тоже присягнули. Поэтому они до сих пор на корабле – заперлись в трюме, мерзавцы… Духи не дадут «Свободе» затонуть, но выйдут из своей темницы только тогда, когда я соглашусь принести присягу отцу.
– Ты говоришь об Эстебане с презрением, – заметила Зеленовласка. – Разве он незаконно выиграл поединок?
– Сирена, давай договоримся, ты не лезешь в мою семью…
Что-то разорвалось снаружи корабля. Если бы все на камбузе не было прибито к полу, они бы оказались раздавленными мебелью.
Ролло помог девушке подняться. В который раз он с удивлением обнаружил, что ее призрачность обманчива – на лбу проклятой появился кровоподтек.
Вновь раздался выстрел, и что-то очень тяжелое упало в воду, заставляя корабль раскачиваться, и Зеленовласка испугалась, что «Свобода» ляжет на бок.
– Ролло, что происходит? – прошептала сирена.
Капитан пожал плечами. Судя по звуку – это были пушечные ядра, но откуда? И главное – почему? Мишенью был «голландец»? Но зачем? И кто их вычислил в этом тумане?
– Иди в каюту! – бросил он, кидаясь в сторону палубы.
Ролло выскочил наверх.
Туман не клубился – он замер ватным облаком. С серых парусов и канатов падали одиночные капли. Нигде не было видно никаких кораблей. Да и пройти сквозь завесу невозможно. Можно только укрыться…
«Но зачем кому-то скрываться в тумане? – размышлял капитан. – И тем более, зачем кому-то обстреливать незнакомый корабль? Пираты?»
Ролло развернул «Свободу», желая увести ее как можно дальше. Это было бы безумием – сражаться с отрядом вооруженных людей, пока сирены спят. Да, туман – его преимущество, но смысла в риске жизнью он не видел.
Когда показалось, что он оторвался, капитан спустился в каюту.
– Подозреваю, это были пираты или контрабандисты, – сказал Ролло девушке. – Возможно, хотели попытать удачу с завесой, а тут подвернулись мы. Или, наоборот, приняли нас за пиратов.
Зеленовласка сидела на тахте, поджав ноги. В руках у нее был листок, опрометчиво оставленный капитаном на столе. Лицо ее было серее тумана.
– Откуда ты знаешь моего брата? – спросила девушка.
Ролло не видел смысла врать.
– Антоний нашел меня и попросил присмотреть за тобой.
– А что ты попросил взамен?
– Слезы ягуара.
Она вопросительно приподняла бровь.
– Они были нужны мне. Раньше, – пояснил Ролло. – Но сейчас было бы неплохо, чтобы Антоний их нашел и снял твое проклятие.
– Мое проклятие меня не тревожит! А вот мой брат, который собрался отправиться непонятно куда… Когда было написано письмо?
– Давно, сирена, мне жаль.
– Древо, почему мы не отправились в гильдию? Наверняка он именно там приводил корабль в порядок! Почему мы не попытались его найти, догнать?
– Потому что я тоже проклят! Теперь, оказавшись на солнце, «Свобода» превратится в лед вместе с сиренами!
Девушка некоторое время молчала, наблюдая за бегом песчинок в стеклянной колбе на столе у Ролло.
– Ролло, я никогда не понимала твоего выражения «оказаться в заднице», но… это, кажется, и есть «задница»?
Мужчине оставалось только кивнуть.
С наступлением ночи они осторожно вышли из тумана. Вернее, «Свобода» подошла к самой грани. Видимость была плохой, а потому Ролло отправил на разведку пару сирен.
Скоро парни вернулись и, низко склонившись перед капитаном, доложили, что около Крайнего маяка замер парусник. Признаков жизни корабль не подавал.
«Странно, – подумал Ролло. – Засада? Ждут нас?»
Но с кораблем стоило разобраться, выяснить причину нападения. Мужчина мысленно прикинул силы своей команды, количество пушек, ядер, другого оружия и магических артефактов – на случай, если это пираты. Однако осторожностью не стоило пренебрегать, поэтому из тумана выходили медленно, пристально вглядываясь в черный силуэт, покачивавшийся на лунной дорожке.
– Напоминает призрак, – сказала Зеленовласка.
Корабль действительно был погружен во тьму. Ни одного огонька. Только лунные лучи озаряли темные контуры мачт.
«Свобода» приблизилась, но парусник не подавал признаков жизни.
– Капитан, подойти еще ближе? – спросил один из сирен.
– Не стоит, – ответил Ролло. – Нас не так давно обстреливали. Держи корабль рядом с туманом. Я пойду туда, чтобы узнать, в чем дело, может, действительно ошибка. Если я кину в воздух красный камень, уводи «Свободу».
– Я пойду с тобой? – попросила Зеленовласка, наблюдая, как сирены спускают шлюпку на воду, а капитан прячет за пояс кинжал и кладет в карманы красные и черные камни с дырками в центре.
Ролло усмехнулся.
– Хорошо, сирена, как пожелаешь. Только ответь на один вопрос: что ты будешь делать?
– В смысле? – удивилась девушка. – Буду с тобой в лодке, поднимусь на палубу и…
– Постоишь рядышком? Песенку споешь? – подсказал Ролло. – Усложню задачу…
Едва заметным движением руки он выхватил из-за пояса нож, притянул девушку, не успевшую даже крикнуть, к себе и приставил лезвие к ее горлу.
– Повторяю: что ты будешь делать?
Сирена попыталась дернуть руками, ударить ногой по колену, но острие ножа надавило ей на кожу.
– Если бы это было взаправду – ты бы уже умерла. А так… – Ролло срезал пару волосков и вручил девушке: – На память. Не глупи, Зеленовласка!
– Но…
Ролло перекинул ее, невесомую, через плечо и унес в каюту. Кидая девушку на кровать, он сказал:
– Забываешься, сирена! Еще раз. Напоминаю. Никогда. Не смей. Подвергать сомнению. Мой авторитет перед командой!
Внутри нее взметнулась лава – смесь из злости, обиды и разочарования, подогретая лунным светом, от которой бросило в жар и появилось желание кусаться. Девушка подалась вперед и оскалилась, точно дикая кошка.