Чтение онлайн

Брат был хорошим пловцом. Он выбрался на камни уже через несколько мгновений, превратившись из утопающего в спасателя сестры. Но трусихой с тех пор он ее не дразнил, и старался прикрывать перед мамой и дядей.

Девушка улыбнулась воспоминаниям.

Ролло отдал бы полкорабля за то, чтобы узнать причину грустной улыбки, но вторгаться в личное пространство не пожелал.

А сирена продолжала бродить по страницам памяти. Фидель, мама, Эльза… вспыхнули картинки-видения, как любимые ею женщины доставали с полок книги, вертели их в руках, читали описания, а затем относили в свои комнаты, чтобы положить на прикроватный столик. И Зеленовласке захотелось хоть чем-то быть на них похожей.

– Романы о любви, – ответила девушка.

– Это там, где мужчина бегает за женщиной?

– Это там, где мужчина ради женщины совершает подвиги.

– И как, успешно?

Зеленовласка пожала плечами.

– Да, они целуются, женятся, у них появляются дети.

– Короче, сказка.

А ведь когда-то, в прошлой жизни, она точно также ответила Фидель, а тетя возразила: «Ну почему? В жизни так бывает!»

Только теперь это был ее ответ капитану.

– Серьезно? – усомнился Ролло. – Не видел и не слышал. Я знаю историю, в которой мужчина похищает женщину, отрывает от родного дома, земли, близких, чтобы сделать из нее пожизненную любовницу. Без шанса освободиться и обрести свой путь, даже после его «официальной» свадьбы с представительницей высшей аристократии, во время которой «возлюбленная» должна была стоять в толпе придворных с цветами и улыбаться. А еще я знаю историю о том, как мужчина достал звезду для любимой, а потом ему изменили.

Такого ответа сирена не ожидала. Можно сказать, он был «не по плану». Девушка оторвалась от созерцания серого марева за окном.

– Ролло, ты достал для Лорелейн звезду? – Слова сами вырвались. Она вздрогнула от неожиданности и поспешила закрыть ладонью рот.

– Откуда? – просипел капитан, приподнимаясь на локтях.

– Ты, когда бредил, постоянно шептал ее имя.

Ролло откинулся на подушки и закрыл глаза. Морской бог! Что же надо сделать, чтобы это наваждение спало? Что надо сделать, чтобы забыть, выкинуть из головы предательницу-сирин? Способ под названием «мысленно поливать грязью» не помогал. Он еще раз посмотрел на девушку. И как она переживает свое прошлое? Судя по крикам во сне, оно не отпускает ее ни на мгновение, но ведь сирене гораздо тяжелее – ее любовь умерла. Она не может назвать бывшего парня «гадом», «уродом» – «доктор» ушел, так и не успев разочаровать Зеленовласку.

И кому легче начать новую жизнь – девушке, не утратившей свой идеал, или мужчине, потерявшему веру во всех, – вопрос трудный.

Капитан не видел смысла отрицать поиски звезды, а потому кивнул.

– Хорошо, если трактат не заходит, давай почитаем дневник Рыжего Эрика? У черта недавно раздобыл. Он, оказывается, еще и историческими текстами занимается! Представляешь?

Сирену новость не впечатлила. Исторические, философские – разве это не одно и то же? Но на лице у Ролло играла такая довольная улыбка, что она не решилась отказаться.

– Отлично! – Хлопнул в ладоши капитан и достал из-под подушки знакомую тетрадь в кожаном переплете с латунными уголками. – Интереснейшее чтиво! – говорил Ролло, перелистывая страницы. – Тебе понравится, обещаю! Очень забавные там традиции. Вот, послушай…

…Когда шторм закончился, мы обнаружили, что оказались где-то посреди океана. Компасная стрелка словно сошла с ума. Она вращалась без остановки весь день, а когда наступила ночь – мы увидели, что небо усыпано незнакомыми звездами. Доверив наши жизни Морскому богу и течению, мы повели судно на произвол судьбы.

Спустя несколько дней и ночей показалась земля, не похожая на наш материк.

Оставив корабль в бухте, я и четверо матросов сели в лодку и отправились на берег. В бухту, воды которой были насыщенного голубого цвета, впадала река – коричнево-зеленая. Все устье заросло деревьями с желтыми листьями, корни которых прятались в морской воде. Один из матросов ради шутки решил пожевать лист – на вкус он оказался соленым.

Мы отправились вверх по реке. Над нами порхали красные птицы с изогнутыми клювами – попугаи.

– Кто? – переспросила Зеленовласка.

– Птицы такие, – пояснил Ролло. – Так вот, попугаи и бабочки размером с голубя…

– Голубя? Разве так бывает?

– Сирена, – прошипел мужчина, отрывая взгляд от книги, – что за отвратительная привычка перебивать?

– Извини.

Ролло закатил глаза и покачал головой.

–…Мы увидели дымок и направили лодку в ту сторону, а вскоре заметили деревню. Я и еще один моряк отправились на разведку. Незаметно мы наблюдали за местными, у которых кожа была насыщенного красного цвета. Из одежды на мужчинах имелись лишь набедренные повязки. Женщины же ходили абсолютно голые… – Ролло замолчал – картинка, нарисовавшаяся в воображении, казалась интригующей. Он бы сейчас с удовольствием очутился на месте моряков. – М-да. Так вот… в черные волосы были вставлены красные, зеленые, синие перья. Нам не повезло – нас все-таки заметили часовые и притащили в деревню. Оказалось, в этот день местные жители отмечали праздник, посвященный жизни. Нас и еще нескольких туземцев ждал обряд жертвоприношения. Вначале эта участь постигла краснокожую девушку, у которой жрец вырвал сердце и еще трепыхающимся положил на алтарь, по желобкам которого потекли ручейки…

Со стороны тахты послышался стон. Ролло прервался – девушка с лицом белее, чем его рубашка, сжимала в руках уголок пледа и кусала губу.

– Зеленовласка, ты чего? – удивился капитан.

Сирена подняла на него перепуганные серые глаза.

– Ролло, это неинтересное чтиво! Извини, оно ужасное! И я не люблю кровь, – выдавила она из себя признание.

«И почему с женщинами так трудно?» – подумал Ролло и хотел было пошутить над девушкой, но вспомнил, как она нашла его раненым на ступенях лестницы острова сирин, перепачканного месивом из грязи и крови. То есть, сирена переборола свой страх? Ради чего? Вернее, кого? Раненого незнакомца? В благодарность за то, что он ее не выдал? По всей видимости, ей тогда пришлось несладко.

– Спасибо, – сказал он.

– За что?

– Неважно, – Ролло встал с кровати, пересел к девушке и приобнял ее за плечи. – Иди сюда, трусиха. Обещаю никаких больше страшных легенд. В следующий раз выбирать книгу будешь ты. Только умоляю – не плачь!

Девушка вытерла лицо простыней, но слезы, как назло, продолжали катиться по щекам.

Ролло приложил большой и указательные пальцы правой руки к закрытым векам, затем свел их к переносице.

– Ладно, – сказал он. – Уговорила! Я даю тебе несколько мгновений! А потом мое терпение лопнет, и я заставлю тебя платить за мое великодушие.

Девушка сразу перестала плакать и уставилась на капитана.

– Да шучу, я шучу, – проговорил Ролло. – Ты совсем шуток не понимаешь?

– Понимаю, если они не плоские.

Ролло улыбнулся. Он оторвал от себя девушку, вернулся к кровати, чтобы взять свой единственный плед и укутать в него сирену.

– А ты? – спросила она.

– А я шелки, мне северные моря нипочем, что уж говорить про обычную каюту.

– А что, если…

– Спи.

– Но, Ролло, я не могу…

– Приказы капитана не обсуждаются! Когда ты это поймешь и усвоишь?

– Ролло…

– Так, Зеленовласка, если ты сейчас не заснешь – скормлю тебя акулам, – сказал капитан, откидываясь на спинку тахты, скрещивая руки и делая самое страшное лицо, на которое он был способен.

Девушка вздохнула и наклонила голову.

– Мне жаль тебя разочаровывать, но я спрашивала у сирен. Ролло, здесь не водятся акулы.

И как только удержалась, чтобы не постучать по лбу?

Ролло не выдержал и рассмеялся, признавая свое поражение.

– Хорошо! Тогда я сейчас разденусь. Затем раздену тебя, уложу на бок, а после… Мне продолжать?