Чтение онлайн

– Тебе тоже пора задуматься о продолжении рода, Тал.

– Да неужели? Смотря на нее ты прямо только об этом и думаешь?

– Нууу...
– Бартас замялся и переступил с ноги на ногу.

– Да ладно, ладно. Я знаю, у неё доброе сердце, за это ты её и полюбил. И то, что над ним тоже.
– усмехнулся Талиб.

– Да пошел ты! Тебе лишь бы опошлить.
– ответил Барт серьёзно. Но Талиб, улыбнулся заметив улыбку в уголках его рта. Они ба рассмеялись.

– Да ничего плохого в этом нету, Тал. Вот ты...

– Милорд Талиб, Милор Бартас, прошу прощения.
– Прервал их подошедший. Это был лейтенант Шейн Юртер, правая рука Талиба.
– Вернулись разведчики, они докладывают о вражеской армии к югу в дне пути отсюда.

– Сколько?

– Около четырех тысяч.

На тысячу меньше, чем отряд отца.

– Пополните запасы, затем отравите колодцы и подожгите постройки. Пойдем Бартас, тебе нужно облачиться в доспехи.

– Ты говоришь, прям как отец.

Талиб и Бартас разошлись по палаткам.

***

Ко времени, когда сам капитан при помощи слуг надел доспехи и вышел из шатра, соломенные крыши построек уже пылали. Отравить воду в колодце было минутным делом. Несколько пузырьков странной жидкости, которую Талиб получил от главного дейрадского лекаря сделали свое дело. Через несколько дней зараза, что занесли в колодец размножится и воду будет очень трудно очистить. Для варваров - почти невозможно. Как объяснил лекарь, в воде содержится что-то живое, но оно так мало, что обычному человеку, не знающему нужных признаков, незаметно. Испивший эту воду навлечет на себя кровавую рвоту, жуткую диарею и умрет в течении нескольких суток от страшных спазмов.

Бартас, тоже облаченный в доспехи, стоял около колодца и вглядывался в воду. Суета вокруг постепенно стихала, и большая часть войска была готова выступить. Услышав шаги Талиба, Бартас оглянулся.

– Знаешь, сегодня мы отплатили им той же монетой. Люди, что живут поблизости умрут, так и не добравшись до ближайшего чистого источника. Мне не хорошо от этого на душе, Тал. Они этого не заслужили. Это не их вина. Они просто пасут овец и коз, а не разоряют наши деревни. Трудно поверить, что они с кочевниками один народ.

– Завтра они придут сюда с вилами, умрут, но попытаются нас выгнать, Барт. Такова война. Всегда кто-то умирает и лучше бы, если на это раз это будет кто-то не из наших.

Бартас снова отвернулся к колодцу. К Талибу подошел лейтинант и двое солдат, ведущих под узды лошадей.

– Отряд построен, милорд.
– Юртер поклонился и ушел.

Бартас подошел и принял лошадь.

– Давай Барт, поехали. Если все пройдет хорошо, завтра в это время мы будем уже на пути домой.

Они оседлали лошадей и направились на север во главе отряда.

Сутки отряд Талиба скакал по тракту на север. Два километра рысью, пятьсот метров шагом. Бесконечный цикл заканчивался только на время кормёжки. И все равно кочевники настигали его. Их более быстрые и выносливые пустынные лошади сокращали разрыв. Когда отряд достиг холмов, фора составляла всего четыре часа.

Талиб был изрядно вымотан, как и все всадники отряда. У всех красовались мешки под глазами. Им бы сейчас лечь и выспаться, но этого не будет. Талиб приказал не распускать боевой порядок.

Въехав в лагерь, он соскочил с лошади и направился к отцу. Лагерь был установлен в небольшой ложбинке, с трех сторон окруженной скалами, которая скрывала его от проезжавших по тракту. Если что-то пойдет не так, отступать будет некуда и это место превратится в заподню. Палатки располагались ровными рядами. Люди собирались в кучки и явно были напряжены. Ирибин кивал на приветствия и поклоны. Шатер отца располагался в центре. Стража поприветствовала его. Он откинул полог и вошел. Около небольшого складного столика в молчаливом ожидании сидели Оверус и Элинар.

– Талиб.

– Отец.

Конечно, разведчики уже доложили о надвигающейся армии.

Двухнедельное пребывание Оливера на корабле подходило к концу. Он только и делал, что драил палубу, ел, спал в гамаке и думал о прошлом. Во время своего последнего плавания он был старшим помощником, но об этом не распространялся, чтобы не привлекать к себе внимания. Экипаж был неразговорчивым, азартные игры капитан Удача запретил, а выпивка строго нормировалась. Судно, как Оливер и предполагал, оказалось контрабандисским. Поэтому капитан и не разглашал пассажирам своего настоящего имени. Любой мог сдать его в порту, особенно если бы за голову капитана была назначена награда. Пассажиров, кстати было трое. Все угрюмого вида наёмники. Он счел за лучшее не заводить с ними беседу. Из примечательного ему запомнился разве что шторм вечером третьего дня плавания. Но Малый океан не шел в никакое сравнение с Суровым морем, каждый выход в которое мог стать последним. Редкие охотники за сокровищами отваживались проплывать теми путями. Но если везло и экипаж живым добирался до драконьих островов, награда простого матроса с вырученной добычи равнялась его годовому жалованию. Однако и путь обратно представлял не меньшую опасность. Редко кто отваживался на такую экспедицию. Оливер отправлялся дважды.

Так он и жил в Урастаре, от одного опасного предприятия к другому. И считал себя мастер по выживанию и ускользанию из передряг. До последнего раза. Что именно такого он мог украсть у того чиновника? Оливер помнил различные фигурки диковинных животных из кости, прозрачный шар, удобно лежащий в ладони и пульсирующий в такт сердцебиению и какую-то булавку, стилизованную под шип розы. Могли ли эти предметы быть магическими? Он искал такие на драконьих остовах. Если да, то тогда он ещё легко спасся. Такие предметы стоили целое состояние и их нельзя было брать голыми руками. Большинство торговцев предпочитали вообще с ними не связываться, стараясь поскорее их сбыть властям, церкви или послам Кастарана. Иногда даже разгорались нештучные торги.

К полудню пятнадцатого дня судно причалило в гавани Истинии, самой маленькой страны Старого Света. Сойдя с трапа на пристань, Оливер огляделся.

Новая жизнь на новой земле. От гавани шла широкая чистая улица. Старинные высокие дома с тремя и четырьмя этажами ровным рядом возвышались по её сторонам. Единственный большой город, он же и столица, был намного красивее Авериора и даже столицы Урастара, Оруи.

Кали шла по саду королевского дворца Ман-Джубероса. Она была юна, среднего роста, с густыми каштановыми волосами, прекрасным лицом и голубыми глазами. Шлейф ее голубого шелкового платья тянулся за ней. Платье было украшено кружевами и богатой вышивкой. Ожерелье на шее, как и серьги принцессы сверкали сапфирами.

Сад был прекрасен под стать ей. Но сейчас его красота не привлекала Кали. Её голова была полна других мыслей. Девушка сильно волновалась за отца. С недавних пор его одержимость стала сильнее и на душе у Кали росла тревога.