Чтение онлайн

Он вдруг замолчал, уставившись на Маргарет так, словно только сейчас понял, что и кому говорит. Девушка оцепенела, похолодев с головы до ног. Энджел отвел глаза и сказал:

– Простите.

– Но это… как же так? – выдавила Маргарет. – Это же нельзя! Как… как он так…

– Это не то, что хочется рассказывать о своей семейке, верно? Не то, что вы готовы узнать, сидя вечерком у камина и слушая семейные байки. У меня были племянники, приходившиеся мне единокровными братьями, и братья, которых рожали от отца мои сестры.

– О… ох, господи… – пролепетала Маргарет. – Энджел… простите меня, пожалуйста, я… я не знала…

– Я тоже не хотел, чтобы вы знали. – Он угрюмо взглянул на девушку. – Остались бы вы со мной, если бы знали?

– Да! Какое отношение вы имеете к тому, что ваш отец… – Она не могла закончить.

– Да бросьте. Я на своей шкуре ощутил, как наш фамильный норов, – он ядовито выделил это слово, – передается по наследству моим братьям. Вы бы задумались непременно, что я унаследовал от такого… – Энджел потер руками лицо и устало закончил: – Идите одевайтесь. Напишите дяде. Пора заняться кораблем.

Маргарет безмолвно вышла. Она впервые видела такое выражение у Энджела – смесь гнева, досады и стыда. И поняла, что он не хочет делиться этими чувствами с кем бы то ни было.

Орудуя бритвой, комиссар размышлял, к кому в ОРБ следует обратиться. После крепкого сна голова прояснилась, и во время бритья он прикидывал, что можно рассказать и в каком ключе преподнести. Цель – выудить из следователей ОРБ как можно больше сведений о фрегате, кайзерских посланцах и ходе расследования. К тому же в глубине души Натан еще надеялся, что хотя бы часть моряков и пассажиров уцелела. А чтобы их спасти, нужно поторапливаться, пока хозяин нежити не скормил людей своим питомцам.

Бреннон вытер бритву и взялся за ножницы, чтобы подровнять усы и бородку, как вдруг зеркало помутнело. Комиссар отшвырнул ножницы, схватил одной рукой бритву, другой – акрам и отскочил к двери. Он уже привык к тому, что гнусные твари могут полезть из любой щели в любой момент, и пожалел, что оставил револьвер, заряженный архангелами, под подушкой. Однако из зеркала ничего не поперло. Стекло стало неестественно прозрачным, и в нем появилась миссис ван Аллен.

– О, Натан, хорошо, что вы наконец здесь! – с облегчением воскликнула она. – Консультант оставил Джен номера ваших комнат, но мы никак не могли вас застать!

Комиссар уронил акрам на полотенца, затолкал бритву туда же и торопливо пригладил волосы, постаравшись придать своей роже более-менее пристойное выражение.

– Доброе утро, мэм. Нам пришлось поработать ночью. Что-то случилось?

– Да. Ночью в городе были беспорядки, – ответила вдова. – Кто-то проклял горожан, и они…

– Проклял?!

– Да. Они напали на мое кафе, департамент и… и дом вашей сестры, – поколебавшись, добавила она. – К счастью, мистер Редферн позаботился о надежной защите…

– Напали?! – взревел Натан.

– Семья мисс Шеридан не пострадала, хотя им пришлось пережить несколько весьма неприятных…

– Я немедленно возвращаюсь!

– Нет! – вскричала Валентина. – Натан, ни в коем случае! Уверена, что проклятие – дело рук этого хозяина нежити, о котором вы говорили!

– А чье же еще, – пришипел комиссар. – Значит, мы подобрались к его зад… простите, мэм, достаточно близко, чтобы он немедленно выложил новый козырь.

– Тем более вам нужно остаться в Бресвейн и продолжать поиски. Вдруг он заманивает вас в ловушку, которую устроил здесь, в Блэкуите?

– Так вы, черт возьми, думаете, что я стану отсиживаться в безопасности, пока ополоумевшие горожане громят ваш дом, дом Марты и… сколько жертв?

– Среди нападавших – довольно много, – вздохнула Валентина. – Джен защищала кафе и департамент, и, как вы понимаете, она не слишком ценит человеческие жизни, чтобы заботиться о том, выживут ли проклятые. Семья Шеридан отделалась сильным испугом, но проломить защитный барьер мистера Редферна толпа не смогла. Полицейские… кажется, из них никто не пострадал, кроме мистера Бирна. Он сейчас в больнице Святого Якова с сотрясением мозга.

– Я вернусь через час или два, – сказал Бреннон. – Валентина, надеюсь, вы и ваши дети тоже в порядке?

– Да. В отличие от меерзандских фанатиков, эти люди были под действием проклятия, которое я сумела разрушить.

– Как вы себя чувствуете? – спросил Натан, с тревогой и нежностью оглядывая вдову. С виду она была здорова и невредима.

– О, мне ничего не грозит. Я сейчас отправлюсь в больницу, там много пострадавших, которым еще можно помочь. Виктор и Джен встретят вас здесь.

– А Виктор – он…

Валентина только вздохнула и покачала головой. Бреннон хмыкнул: юному ван Аллену правда давалась тяжело.

– Ладно, скоро прибуду. Может, со мной вернется Лонгсдейл. В Бресвейн, похоже, больше ничего не найти. Мы напали на след. – Комиссар коротко описал вдове ход расследования. – Если мы правы, то корабль, набитый нежитью, шастает вокруг берегов Риады, но мы не знаем, где именно. Поисками занимается Редферн.

– Вы ему доверяете?

– Как будто у меня есть выбор, – буркнул Бреннон.

Натан обвел Роксвилл-стрит тяжелым взглядом. Везде он снова видел те же следы, что и двадцать лет назад: разбитые фонари, витрины и окна, поваленные ограды и ворота, оставленные камнями и пулями выбоины на стенах, пятна крови на булыжнике… Разве что пожаров и болтающихся на фонарях дейрцев не хватает. Хотя Бреннон чуял запах дыма и горелой плоти. Пес сочувственно ткнулся мокрым носом ему в руку. Лонгсдейл принюхался, мазнул пальцем по крови на мостовой и облизал.

– Миссис ван Аллен права. Это проклятие, отравляющее разум, пробуждающее самые низменные инстинкты и животную агрессию.

Видал Натан таких отравленных – пьяных от вседозволенности и революционной свободы. Мародеров, насильников, грабителей – всех, кого «первый закон Республики» позволял комиссару расстреливать и вешать без суда и следствия, не отходя от места преступления.

«Чертов пироман прав! – в бессильной ярости подумал Бреннон. – Любая гнида может затеять кровавую баню лишь ради забавы – и никто ничего не докажет! Даже не поймает выродка, применяющего эти проклятия, чары, заклинания!»