Чтение онлайн

– Я имею в виду вовсе не Рене!

– Я отлично знаю, что королева-мать…

– Королевы-матери следует опасаться, но дело не в ней!

– Как? Значит, ты опасаешься не Рене или Екатерины Медичи, а кого-то другого? Но кого же?

– Государь, – ответил Ноэ, – в настоящее время я боюсь гасконского дворянина, давшего в любовном угаре клятву убить вас!

– Да ты с ума сошел! – ответил Генрих покатываясь со смеху.

– Не смейтесь, Анри, а лучше выслушайте! – сказал Ноэ и в кратких словах передал наваррскому королю все случившееся с Лагиром.

Генрих, спокойно выслушав его рассказ, пожал плечами, а затем спросил:

– Кто же эта язвительная пташка?

– Но я уже сказал вашему величеству: это хрупкая, красивая блондинка с голубыми глазами.

– Постой, ты скажи мне сначала: у меня было с нею чтонибудь?

– Нет, здесь дело не в ревности.

– Так в чем же?

– Тут, главным образом, играют роль старые личные счеты, а кроме того, нежная преданность человеку, которому ваша смерть может пойти на пользу.

– Именно?

– Герцогу Гизу!

– Да полно тебе! Герцог спокойно сидит у себя в Нанси и даже не думает обо мне!

– Нет, ваше величество, герцог очень беспокойно сидит в Париже у Ла-Шенея, мнимого суконщика, а на самом деле банкира и агента лотарингских принцев!

– Вот если бы это знала королева-мать!

– Она отлично знает, так как Рене спасли приверженцы герцога Гиза. Ну, а что касается голубоглазой блондинки…

– Это, конечно, герцогиня Монпансье?

– Ну конечно.

– Ну а что это за неосторожный гасконец? Ноэ открыл дверь соседней комнаты и крикнул:

– Лагир!

Лагир вошел и бросился к ногам Генриха.

– Так вот как! – добродушно сказал наваррский король. – Вы дали клятву убить меня?

– Нет, ваше высочество, я лишь дал клятву убить человека, которого мне укажут, а так как Ноэ доказал мне, что этим человеком можете быть только вы, ваше величество, то по данному моей красавицей знаку мне придется проткнуть ваше величество шпагой!

– Ну, – заметил Генрих, – в данный момент вам незачем торопиться. К чему вы будете платить долг до срока? Погодите, пока опять увидитесь с герцогиней! А потом, вообще будет недурно, если сначала вы придете ко мне посоветоваться. Знаете ли, мне приходят иногда в голову совсем недурные мысли! Кстати, расскажите-ка мне все это происшествие пообстоятельнее!

Добродушие короля так успокоительно подействовало на Лагира, что он вскоре совершенно оправился и с истинным гасконским юмором передал королю подробности своих забавных приключений.

– Ну-с, – сказал король, обращаясь к Ноэ. – Что ты думаешь об этом, мой ворчун?

– Ваше величество, – ответил Ноэ, – я возвращаюсь к тому, что уже неоднократно повторял: король чувствует себя лучше всего только в своем государстве, а никак не в чужом!

– Полно, другой мой! – ответил Генрих. – Неужели ты до такой степени не веришь в предопределение? Нет, а вот я так твердо верю в свою звезду, а вследствие этого и в то, что никакие ухищрения всей этой низкой клики не смогут устранить меня! – Он повернулся к выходу и, закрывая за собой дверь, сказал: – Я в Париже, и останусь здесь, пока это будет возможно!

Когда король ушел, Ноэ сказал:

– Ну что же, раз король не желает принимать никаких мер к ограждению своей безопасности, то этим должны заняться мы! Нашим первым шагом на этом пути должно быть следующее: раз герцог Гиз скрывается у Ла-Шенея, то надо узнать, что он там делает!

– Ну что же, узнаем! – ответил Лагир.

Вечером того же самого дня Лев д'Арнембург, выходивший из маленького домика на улице Ренар-Сен-Савер, где у него, очевидно, было какое-то таинственное дело, столкнулся нос с носом с каким-то дворянином, который приветствовал его:

– Здравствуйте, господин Лев!

Арнембург был так поражен, что отступил на шаг и схватился за эфес шпаги.

– Как, вы меня знаете? – спросил он.

– О да, – вежливо, но с явной насмешкой ответил незнакомец, – я имел честь дважды видеть вас. Во второй раз…

– Позвольте, вы начинаете с конца!

– Я имею для этого свои основания. Итак, во второй раз я видел вас в Медонском лесу, в маленьком белом домике, выстроенном на лесной полянке и обитаемом…

– Довольно! – раздраженным голосом крикнул Арнембург. – Вы знаете такие вещи, которые не доведут вас до добра!

– Полно! – ответил Лагир (потому что это был, конечно, он). – Сначала я расскажу вам, где я вас видел в первый раз.

С этими словами он подошел к фонарю и показал Арнембургу свое лицо.

– Черт! – пробормотал тот, узнав лицо гасконца, которого он благословил ударом приклада. – Я готов был бы поклясться, что убил вас!

– Да нет же, – ответил Лагир. – Хозяйка белого дома приняла все меры к тому, чтобы выходить меня!

От изумления Лев д'Арнембург вторично отступил на шаг. Можно было бы сказать, что его поразила молния, – так он был растерян и удивлен.

Несколько оправившись от волнения, Арнембург сказал:

– Меня удивляет спокойствие, с которым вы нагло лжете!

– Полно! – ответил Лагир. – Согласитесь, что мы сошлись с вами не для обмена словами, а потому позвольте не отвечать вам в данный момент так, как вы того заслуживаете. Лучше соблаговолите выслушать те детали, которые я сообщу вам относительно белокурой особы, являющейся хозяйкой белого домика! Вчера ночью вы были там. Вы долго ждали на полянке, пока паж Амори не передал вам позволения войти в дом, а вскоре после того, как вы вошли туда, вы уже мчались обратно в сопровождении самой герцогини!

– Так вы, значит, просто шпион! – крикнул Лев.

– Ну вот еще! Просто я иногда люблю подсмотреть в щелку, что делается в таком таинственном доме!

– И вы, дворянин, хвастаетесь тем, что тайком забрались в чужой дом?

– Тайком? Ну вот еще! Меня доставили туда с помпой, в носилках, с пажами и конюшими. Часть дороги я даже пролежал в обмороке, потому что, надо признаться, вы наградили меня здоровенным ударом!

– Кто же доставил вас туда?

– Слуги герцогини, по ее приказанию!

– Вы лжете! Почему ей пришло в голову…

– Почему? Но это очень просто! Накануне я имел счастье провести там с вечера до утра несколько восхитительных часов… Знаете ли, когда человек молод, хорошо сложен и не урод с лица, то понравиться женщине вовсе не такая уж хитрая история!

– Это слишком! – крикнул Арнембург, задыхаясь от ревнивого бешенства. – Вы лжец!

Он обнажил шпагу, Лагир последовал его примеру и произнес:

– Ну что же, здесь так здесь! Фонарь светит премило, и я, по крайней мере, убью вас при полном освещении! Ну, а пока мы занимаемся фехтованием, не хотите ли, чтобы я для развлеченья рассказал вам о всех приятностях, испытанных мною в беленьком домике?