Чтение онлайн

— И вы согласились, — догадалась Петелина.

— Школьная форма у меня сохранилась, мне было интересно — влезу или нет. Влезла и даже купила белые гольфы… В общем, его жутко заводил мой школьный вид. Ну а я что, мне не трудно, многие мужики с прибабахом, кому медсестру, кому стюардессу подавай, а этому школьницу с двумя хвостиками. Вот ваш муж, никогда ничего такого не просил?

Медсестра с прищуром посмотрела на нарядно одетую собеседницу. Елена задумалась, вспомнила, как Марат возбуждался от черных чулок на подвязках, и туманно ответила:

— Бывало.

Ответ Ершову обрадовал.

— Тогда вы знаете, что мужикам быстро наскучивает однообразие. И мой Панин через год охладел к такому наряду.

— Образ школьницы… — Петелина задумалась. — Вы тогда ничего не заподозрили?

— Тогда нет. Но когда подросла дочка… — Надежда помрачнела и остановилась, отшвырнув ногой камешек с дорожки.

— Что произошло?

— Я, дура, не нарадовалась, что Панин любит Полину, играет с ней, обнимает, как собственную дочку. Любил ее мыть в ванной, когда она совсем крохой была. Но однажды я заметила похоть в его глазах. Настоящую мужскую похоть к маленькой девочке! Он отшутился, что видит меня в ней, и утащил в постель.

Ершова с досадой махнула рукой и замолчала. Петелина вывела ее из задумчивости:

— И вы продолжили жить как ни в чем не бывало?

— С тех пор я насторожилась. Но за всем не уследишь, у меня же ночные дежурства бывают. И вот я прихожу утром домой уставшая, рухнуть бы в постель на часок. В такие дни Панин сам отводил Полину в школу, но дочка выглядела больной, осталась. Как только Панин ушел, Полина захныкала: не хочу с ним играть в больницу, не буду.

— Панин играл с девочкой во врача и пациента? — заинтерсовалась следователь.

— Придумал, сволочь! Сказал, мама в больнице так работает.

— Что произошло?

— Я стала расспрашивать Полину и убедилась, что он раздевал и лапал девочку, а она первоклашка, ей семи лет еще не было.

В уголовном деле Панина этот случай не был зафиксирован и Петелина уточнила:

— Как именно лапал?

— Как хотел! Он разрядился от прикосновений к моей дочке, представляете! Я нашла его мокрые трусы в стирке.

— И что вы сделали?

— Прибить была готова, растерзать, но…

Ершова вздохнула и отвернулась. Говорить стала тихо:

— Я не стала устраивать скандал. Выпроводила Панина вечером вместе с вещами, ведь это была моя квартира. Он ушел к матери, потом несколько раз пытался вернуться, извинялся, клялся, что все произошло случайно. Дочь вроде бы отошла, позабыла грязную игру, и я чуть не дрогнула, но…

— Панин опять проявил свои наклонности? — прервала затянувшуюся паузу следователь.

— Он раньше тренировал юношей в бассейне, мечтал воспитать чемпиона, стремился в большой спорт. И, вдруг, я узнаю, что Панин стал обучать плаванию маленьких девочек. Совсем маленьких. Это бесперспективно для тренера, а он сам напросился. Сам! Понимаете?

— Понимаю.

— Вот и я поняла, что Панин неисправим. Его тянуло к маленьким девочкам, не к моей дочери, так к другим.

— Почему вы не предупредили руководство бассейна?

— Как? Пришлось бы рассказать подробности про дочку, а я хотела оградить Полину от грязных слухов.

— Дочку вы оградили, а остальных…

Ершова порывисто обернулась:

— Вы поймите, я надеялась, что Панину достаточно видеть раздетых девочек, они же в бассейне полуголые.

— Оказалось, что недостаточно.

Женщины с минуту шли молча. Затем следователь спросила:

— Надежда Олеговна, когда вы видели Бориса Панина в последний раз?

— Ну… — Ершова замялась. — После колонии Панин вернулся жить к своей матери, ее квартира на одной улице с моей. Столкнулись с ним у магазина дней десять назад, он попытался заговорить, предложил поднести сумку, но я отшила его и быстро ушла.

— И больше не встречались?

— Да пошел он!

Петелина решила сменить тему:

— Вы внимательно смотрели сайт? Узнали место, где держат Панина? Возможно, это знакомый гараж или что-то подобное.

— Понятия не имею.

— По вашему мнению, кто может ему мстить?

Ершова пожала плечами:

— Вы следователь, не я. Я бы на месте государства вообще не выпускала педофилов из тюрьмы. И не было бы с ними проблем.

— То, что Панин на свободе, для вас проблема?

— Да хватит об этом мерзавце! Знать его не хочу! Я сама проголосовала за кастрацию! И если бы было можно — еще десять раз! — Ершова взглянула на часы. — Все, мне пора помогать нормальным людям.

— Еще минутка. — Следователь остановила медсестру и задала обязательный вопрос: — Где вы были сегодня утром?

— Вы на что намекаете? — прищурилась медсестра.

— Это обычный вопрос для всех, кто пострадал от Панина.

— Здесь, в больнице. Моя смена с восьми до шестнадцати, я не опаздываю.

— Значит, в восемь вы были на рабочем месте. Как я могу это проверить? — настаивала следователь.

— Вот и поговорили тета-тет, большое спасибо, — обиделась Ершова и бросила через плечо: — Спросите у коллег. Мне уже все равно.

Медсестра ушла, а следователь продолжила выполнять свои обязанности. Она поднялась в отделение онкологии и убедилась, что в восемь утра Надежда Ершова уже переодетая в медицинскую форму приняла смену от ночной дежурной по отделению. Из числа подозреваемых в похищении Панина ее можно было исключить.

К больнице следователя подвез патрульный экипаж, а на обратном пути ее сопровождал Валеев. Марат примчался по вызову Елены вместе с новой напарницей, старшим лейтенантом полиции Татьяной Токаревой.

Елена впервые увидела оперативницу, с которой муж проводит больше времени, чем с ней. Молодая, невысокая, в обтягивающей одежде, подчеркивающей тренированное, подвижное тело без грамма лишнего веса — можно позавидовать. Взгляд дерзкий, самоуверенный, черные волосы забраны в хвостик, на макияж не тратится, зато на поясе красуется кобура с выдавленными буквами ТТ. Видимо, хозяйка гордится своим служебным прозвищем — ТТ.

Токарева заговорила первой, спокойно реагируя на оценивающий взгляд Петелиной. Она продемонстрировала смартфон с подключенным сайтом Sud Naroda и спросила:

— Товарищ следователь, я не врубаюсь, почему сайт не отключат?

— Наверное, есть юридические формальности и технические сложности, — пожала плечами Петелина. — Сайт зарегистрирован в Эквадоре.

— Ничего себе! А этот хмырь где-то рядом сидит или тоже в Эквадоре?

— Когда найдете, доложите, — холодно ответила Петелина.