Чтение онлайн

— Да я-то готова, — спокойно отреагировала на колкость ТТ и опустила взгляд на голые икры Елены. — А вы хорошо загорели и платье классное! С курорта, наверное, вернулись?

Оперативник откинула полу легкой курточки, прикрывающей кобуру с пистолетом, и приосанилась. Своим видом она подчеркивала, что в любую секунду готова вступить в схватку с преступником, а вот следователю в пестром платье и босоножках даже допрос вести затруднительно. Подозреваемый будет пялиться на ее коленки.

Елена промолчала, наблюдая за реакцией Марата. Тот высоко оценил ее внешний вид, но обстановка к комплиментам не располагала, хотя в глазах мужа читался неприкрытый мужской интерес.

— Уточните задачу, — напомнила о себе неугомонная ТТ. — Мы ищем педофила на эшафоте или того, кто его туда усадил?

— А в чем разница? — начала уставать от вопросов Петелина.

— В конечной цели. В первом случае — найти и покарать, а во втором — найти и наградить, — с вызовом ответила оперативница.

«Трудно с ней будет, — подумала старший следователь. — Таких надо сдерживать, а не подгонять». Ей было что ответить Токаревой, но она решила промолчать, продемонстрировав свое начальственное положение.

— Едем в штаб, — приказала Петелина, сев на заднее сиденье машины оперативников.

Валеев охотно завел автомобиль, но постоянно отвлекался от дороги, бросая в зеркало заднего вида заинтересованные взгляды на жену. Несколько дней разлуки благоприятно подействовали на него.

Елена отодвинулась к окну и позвонила полковнику Шумакову.

— Что у тебя? — коротко спросил руководитель.

— Поговорила с Надеждой Ершовой, бывшей женой Панина. Пока мимо.

— От его матери мы тоже ничего не узнали. Кроме того, что Боренька самый лучший и заботливый сын в мире. Его оболгали плохие люди, а сам он и мухи не обидит.

— Известная песня.

— И в кафе к Панину, как к пекарю, претензий нет.

— Святого человека заковали, — съязвила Петелина и предложила: — Нужно пробить геолокацию его мобильника за последние сутки. Данные могут вывести к месту заточения.

— В том то и дело, что телефон Панина остался в пекарне со вчерашнего дня на зарядке.

— Странно. Сам забыл или похититель подсуетился?

— Петелина, мне не вопросы нужны, а ответы. Продолжаем работать! — взбодрил громовым голосом полковник и отключился.

1 июня. 15 часов до начала казни

— Софья Дорохова, Софья Дорохова… — твердила взволнованная женщина в свободной белой блузке и черных брюках, склонившись перед окошком дежурного в отделении полиции.

Сидевший за стойкой капитан переключил входящий звонок, отбил сообщение на компьютере, сверил протянутое заявление с паспортом и выразил недовольство:

— По паспорту вы Дарья Федоровна Дорохова.

— Я мать, а пропала моя дочь Софья, ей всего девять! — женщина нервничала, круглый кулон на ее груди встревоженно дрожал.

— Не в той графе записали имя. Исправьте. — Капитан сунул бумагу обратно. — Время и место, где потеряли ребенка, укажите.

— Я не теряла! Софья не пришла из школы. Я два часа ей звоню, не могу дозвониться.

— Какая школа? Июнь за окном.

— Музыкальная. Она готовится к областному конкурсу.

— Послушайте, мамочка, два часа это немного. Девочка сама найдется, — начал успокаивать капитан.

— Прошло почти три! Что мне делать? — взмолилась женщина.

Капитан поморщился, однако старался быть вежливым:

— Телефон дочки срабатывает?

— Да.

— А в школе она звук отключает?

— Конечно.

— Ну, все понятно, она не слышит ваш звонок. Ушла с подружками, заигралась и обо всем забыла.

— Софья должна была ждать меня в кафе около школы, — не соглашалась Дорохова. — Я задержалась на работе…

— Так вы опоздали! — упрекнул ее капитан и тут же смилостивился. — А погода отличная, дети не могут сидеть, им двигаться надо. Успокойтесь, найдется ваша девочка. Поверьте, так часто бывает.

— Вы что, мне не поможете? Вы обязаны. — Женщина готова была расплакаться. Ее голос дрогнул, она сорвалась на истерику: — Я к начальству пойду! Как ваша фамилия?

— Так, ладно, — смирился дежурный. Он вышел из-за загородки, увидел в коридоре двоих сержантов патрульно-постовой службы и окликнул: — Брянцев и Самохин, ко мне!

Полицейские нехотя подошли.

— Покатайтесь с этой женщиной по району. У нее девочка загуляла, поищите. — Дежурный обратился к Дороховой: — У вас фотография дочери имеется?

— В телефоне. — Дарья шмыгнула носом, сунула руку в сумочку и через секунду демонстрировала дисплей. — Вот моя Софья.

С экрана на полицейских смотрела улыбающаяся светловолосая девочка с двумя хвостиками.

— В чем была одета девочка? — спросил старший из патрульных Брянцев по пути к машине.

— Платье розовое летнее, белые гольфы и трикотажная кофточка на случай похолодания, белая, — торопливо отвечала Дорохова, семеня за полицейскими. — Но она могла убрать кофту в рюкзак.

— Какой рюкзак? Цвет?

— Красный с белыми вставками по бокам.

— Когда вы должны были встретиться с дочкой?

— В три часа. Я опоздала минут на тридцать.

Они подошли к полицейскому «форду». Брянцев сверился с часами и попросил:

— Сейчас почти шесть. Позвоните дочке.

Женщина набрала номер, с мольбой в глазах прильнула к телефону и разочарованно включила громкую связь:

— Гудки, как и раньше.

— Сообщение напишите. Дочь заметит, перезвонит. Написали?

— Уже третье.

— Садитесь. — Брянцев открыл заднюю дверцу автомобиля.

— С чего начнем? — спросил Самохин, устроившийся за рулем.

— Софья должна была ждать меня в кафе-пекарне около музыкальной школы.

— Семь пирогов? — уточнил название Брянцев.

— Да.

— Поехали.

Когда автомобиль припарковался около кафе-пекарни, Самохин вспомнил:

— А мы тут были. Педофила опрашивали пару недель назад.

— Педофила? — насторожилась Дорохова.

— Бывшего, — успокоил полицейский. — Он здесь пекарем работает.