Чтение онлайн

— Тогда я, наверное, пойду их проведаю. Давненько я не был в Малверне. — Я направился в зал для перемещения, и телепортировался через круг к Мировой Дороге. Дальше нужно было лишь прогуляться к порталу до Малверна.

Малверн был солнечным прибрежным городом. По размеру он уступал Албамарлу, конечно же, но был значительно больше Уошбруку. В городе и пригороде жило минимум десять или пятнадцать тысяч человек.

Сам город не был обнесён стеной, и находился далеко от границы с Гододдином, так что война никогда не была проблемой для его обитателей. Это был умеренно процветающий порт, но правивший там Граф держал сильный флот для защиты.

Крепость Графа Малверна стояла на холме, возвышавшемся над городом. Западного её края была крутая скала, поднимавшаяся прямо из моря, а с юга шла извилистая дорога к самому городу.

Замок был не особо впечатляющим. У него не было ни внешних стен, ни башен — только высокий квадратный донжон, поднимавшийся где-то на восемьдесят футов, с зубцами наверху. Широкие ступени поднимались к тяжёлым дубовым дверям, ширины которых хватило бы, чтобы пропустить двух человек бок о бок.

Из портала, выход которого был рядом с города, до донжона я добрался по воздуху. С моей высоты я видел активность на крыше, а мой магический взор подтвердил это сразу же, как только я приблизился. Гэри и Мэттью были именно там, и они что-то конструировали.

К сожалению, я не хотел оскорбить правителя замка, поэтому мне нужно было сперва навестить его, прежде чем заняться делами. Граф, Стефан Малверн, был приличным малым где-то моего возраста. Я уже встречался с ним несколько раз. Он потерял свою первую жену в первый год нашествия шиггрэс на Лосайон. Вообще говоря, Пенни рассказала мне, что пока я был «мёртв», Стефан был одним из претендентов на её руку, которых ей пыталась сосватать Роуз.

Но я не держал за это на него обиду. Он с тех пор успел снова жениться, и при наших встречах всегда был со мной вежлив. Сейчас я был рад, что между нами не было вражды, поскольку его донжон, судя по всему, был идеальным местом для антенны, которую хотел построить Гэри.

Слуга впустил меня к Графу, после чего меня провели по ряду лестниц. Оказалось, что хозяин донжона уже находился на крыше, наблюдая за работой Мэттью и Гэри. Он поприветствовал меня, когда я вышел под шедший с моря крепкий, солёный бриз:

— Лорд Камерон! Приятно снова вас видеть, — сказал он, протягивая мне руку.

Я пожал ей, отвечая:

— Малверн, хорошо выглядите.

— Зови меня Стефан, — настоял он.

Я согласился, и ответил взаимностью, после чего он начал забрасывать меня вопросами:

— Ты можешь объяснить мне эту штуковину, Мордэкай? Это что, какое-то волшебство?

Гэри и мой сын устанавливали длинный деревянный шест, а рядом с ними лежало несколько немаленьких катушек коналловской медной проволоки.

— Магии тут никакой нет, Стефан, насколько я могу судить. Насколько я понимаю, медная проволока позволит нам ловить сигналы, с помощью которых наши странные враги общаются. Тебя ведь уведомили о том, что случилось в Данбаре?

Граф Малверн кивнул:

— Да, какой-то механический противник, как я слышал. Но я не уверен, при чём тут вот это вот всё.

— Они используют особый тип невидимого света, чтобы общаться, — начал я.

Он почти сразу же перебил меня:

— Если он невидимый, то это — не свет.

Я вздохнул:

— Как его не называй, это штука того же типа, что и свет — просто её нельзя увидеть. Металл будет резонировать, и создавать электрический ток, когда в него попадёт сигнал…

Стефан нахмурился:

— Какой ещё ток?

— Электрический, — повторил я. — Ты же знаком с молнией. Это — то же самое, за исключением…

— А насколько опасной будет эта штука?

Остаток нашего разговора был фрустрирующим, и почти полностью непонятным для Графа Малверна, но он по крайней мере принял мои заверения в том, что мы не подвергали его замок опасности. Через некоторое время он бросил попытки понять ситуацию, и ушёл, позволив мне поговорить с Гэри и Мэттью.

Гэри улыбнулся мне — его андроидное лицо почти идеально имитировало человеческое выражение:

— Я слышал ваш разговор. Впечатляет, как быстро ты усвоил принципы электромагнетизма.

Всё ещё раздражённый после разговора с Графом Малверном, я проигнорировал комплимент:

— Что мне действительно любопытно, так это то, как ты планируешь обнаружить с помощью этой штуки врага. Я понимаю, как ты уловишь сигнал, но судя по тому, что ты рассказывал, ты не сможешь определить направление. Если это так, то ты не сможешь триангулировать.

— Верно, — сказал Гэри. — Однако у нас будет несколько принимающих антенн, и сила сигнала будет разной в каждой точке. Используя эту информацию…

Я перебил его:

— Даже если бы у тебя была точная сила сигнала, это лишь дало бы тебе примерное расстояние — но у тебя её нет, потому что ты не знаешь, какова была сила сигнала в исходной точке.

— Весьма верно, — ответил он. — Но я могу сравнить сигнал, полученный в каждой точке, и получить разницу, и это, в совокупности с известным расстоянием между этими точками, даст примерное расстояние.

«Хитро», — подумал я. «Имея три примерных расстояния, он сможет создать окружности, и трилатерировать источник.

— Но это сработает только в том случае, если источник сигнала находится между антеннами, и тебе понадобится три сигнала, чтобы примерно определить расположение источника, предполагая, что он находится внутри треугольника.

— Вот, почему я хотел бы создать ещё антенны в других местах, например в Сурэнсии, — сказал Гэри. — Но у меня также есть метод определения расположения даже в том случае, когда источник сигнала находится не между антеннами.

Я немного подумал об этом, переваривая сказанное, прежде чем наконец спросить:

— А что насчёт скорости?

— Прошу прощения? — сказал Гэри.

— Чтобы оценить расстояния, исходя из времени, тебе нужна скорость распространения сигнала, — пояснил я. — Верно? — Это уже выходило за пределы моего понимания, но я твёрдо вознамерился всё уяснить.

Мэттью подал голос:

— Это — самое лёгкое. Сигнал состоит из света, поэтому распространяется со скоростью света.

— Чего? — Насколько я знал, у света не было скорости — он распространялся мгновенно. С другой стороны, не так уж давно я думал то же самое о звуке.