Чтение онлайн

— Когда ты должна закрываться щитом?

— Всегда, даже когда сплю…

— Кроме?

— …Кроме того времени, когда нахожусь в присутствии Ши'Хар. Они считают щит враждебным действием, — с готовностью ответила она.

Он продолжил гонять её как по вопросам, так и по упражнениям, пока время не подошло к полудню. Скоро за ним вернётся Лираллианта. Их время было почти на исходе. Хэйли была далеко не готова к арене, но Тирион успокаивал себя тем фактом, что она была готова гораздо лучше, чем был когда-то он сам.

— У тебя может быть несколько дней или даже пара недель, прежде чем тебя решат инициировать, — проинформировал он её. — Постарайся упражняться каждый день.

— Тут больше нечего делать, — с некоторой горечью ответила она.

С этим он мог лишь согласиться:

— Одиночество станет испытанием для здравия твоего рассудка.

— Так ты поэтому так изменился?

Тирион уставился на неё, не будучи уверенным в том, как ответить.

Став смелее, чем была в течение последних двадцати четырёх часов, она пояснила свой вопрос:

— Я вижу в твоём лице черты Алана. Он много о тебе говорил. И Хэлэн тоже, но ты кажешься очень отличающимся от того сына, которого они описывали.

— Я — не тот сын, которого они вырастили. — «Даниэл мёртв», — сказал он себе, и от направления, в котором ушёл их разговор, ему стало неуютно.

Хэйли отвернулась, но её голос не смолкал:

— Слушая их, пока росла, я часто представляла тебя как старшего брата. Я знала, что ты был моим отцом, но моими настоящими родителями были они. Слушая их слова, я не могла не почувствовать нас с тобой братом и сестрой, вот только мне так и не удалось узнать тебя.

— Тебе повезло… — хрипло ответил он, — …в обоих отношениях. — Голос ветра шептал ему на ухо, как, похоже, часто бывало, когда его эмоции становились невыносимыми. Земля под его ногами гудела как далёкий барабан.

— Мне действительно повезло, — с вызовом сказала она. — Несмотря на всё остальное, они меня любили, как они любили и тебя. Такое не каждому выпадает. Теперь же я познакомилась с тобой, и у меня на одно сожаление меньше.

— Ты обнаружишь, что здесь никто даже не понимает слова «любовь», — сказал он ей. — Не думай о прошлом, иначе боль подорвёт твою волю к выживанию.

— Я не собираюсь выживать, — тихим голосом произнесла она.

— Что?

Она спокойно повернулась, и посмотрела ему прямо в лицо:

— Меня забрали из семьи, напугали до ужаса, и мучили. До твоего прихода у меня вообще не было надежды. Я ценю то, что ты пытался сделать, но я не могу быть как ты. Не могу убивать. Я скорее предпочту умереть, вспоминая прежнюю жизнь, чем выжить, став животным.

Взгляд Тириона стал твёрже, но он знал, что времени у него больше не было. Он ощущал приближение Лираллианты за стенами хибары. Через несколько минут она будет у двери. «Глупая девчонка», — подумал он, но его губы нашли ответ получше:

— Поддерживай защиту. Не позволяй им легко себя убить. Прежде, чем всё закончится, ты найдёшь свою волю к жизни.

— Ты ошибаешься.

Он подавил желание дать дерзкой девчонке пощёчину. Подавление этого насильственного порыва лишь ещё сильнее напомнило ему о том, что он больше нисколько не походил на доброго мальчика, которого вырастили его родители. Тирион был животным, на что Хэйли как раз и намекала. Он выжил, но насилие укоренилось в центре его собственного «я». Тирион молча встал, сжав кулак. Несмотря на гнев, он не хотел её смерти.

Прошла минута, а он всё молчал, и она задала ещё один вопрос:

— По какой причине ты выживаешь? Почему ты продолжаешь так жить?

Тирион одарил её долгим взглядом, прежде чем наконец ответить:

— У жизни нет причины.

Она покачала головой:

— Она у тебя есть, иначе ты не был бы всё ещё жив после стольких лет.

Дверь позади него открылась, и голос Лираллианты позвал его:

— Твоё время вышло. Мы должны уйти.

Он повернулся, и пошёл к двери.

— Помни то, что я тебе показал. — Внутри он кипел от гнева, но ответа на вопрос Хэйли у него не было.

— Так в чём твоё предназначение? — сказала Хэйли, повторяя свой вопрос, пока он шёл к выходу. Она хотела последовать за ним — внезапный отчаянный порыв, наполнивший её, когда дверь между ними стала закрываться. В смыкающемся дверном проёме она увидела его глаза, наблюдавшие за ней. А затем его не стало.

Она осталась одна.

Её спокойствие исчезло, на неё накатила волна тоски и потери. Она осталась одна. Сев на кровать, она взяла оставленное им одеяло, и завернулась в него, скомкав лишнюю материю перед собой, и крепко прижав к себе.

Хэйли боролась с желанием заплакать, но слёзы всё равно пришли. Стены окружали её, а воздух в комнате будто душил.

Она осталась одна.

Тирион и Лираллианта летели обратно на спине большого дормона, но не пытались разговаривать. Ветер затруднял общение, да Тирион и не был в настроении для этого. Казалось, мир медленно ползёт под ними, пока они всё больше приближались к дому. Тиллмэйриас на этот раз прилететь не удосужился, каковой факт не произвёл на Тириона особого впечатления, пока они не достигли Рощи Иллэниэл.

— Похоже, что Тиллмэйриасу не интересно было увидеть, оказал ли я на неё какое-нибудь влияние, — заметил он, когда они спустились по дереву богов, на которое сел дормон.

Лираллианта приостановилась, одарив его странным взглядом.

— Что?

— Нам нужно поговорить, — ответила она.

— Так говори, — предложил он.

— Наедине, — добавила она.

Уединение среди Ши'Хар не ценилось, и в большинстве случаев даже не принималось во внимание. Её слова распалили любопытство Тириона:

— Твоя платформа — ближе всего.

— Нет, ещё уединённее, — ответила она. — Твой дом?

Вот теперь ему точно стало любопытно. Она иносказательно говорила о том факте, что он строил свой зачарованный каменный дом частично для того, чтобы помешать подслушиванию, магическому и обычному. «Она действительно хочет убедиться в том, что нас не подслушают».

— Одна из комнат готова, — просто заявил он.

Полчаса спустя они стояли во входной арке его зачарованного каменного дома. Внешние стены были возведены, и крыша настелена, но дверей не было, а внутренняя отделка не была закончена. Здание было высотой в три этажа, странным сооружением среди массивных деревьев на краю Рощи Иллэниэл.