Чтение онлайн

– Андроиды не носят украшений. И, насколько мне известно, не верят в бога.

– Туше.
– Аня сунула кусочек металла на цепочке в карман и помогла Грише взять на руки Лауру. Изо рта китаянки текла струйка крови, перемешанной со слюной. Но тут уж было не до того, чтобы волноваться о ДНК, оставленном на месте преступления. Ноги бы унести.

Хотя одну вещь Аня все-таки сделала. Она оглядела разнесенного робота, насколько позволяло скудное освещение, и тихо спросила:

– Гриша, где у нее процессор?

– Вероятно, в голове. Я не имею таких данных...

Аня без лишних слов достала мультитул и перекусила немногие провода, еще удерживающие голову Лучии. Сунула ее под пальто.

Гриша с Лаурой на руках наблюдал за ее манипуляциями молча.

– Ты живой, она нет, - буркнула Аня, понимая, что надо как-то объяснить это варварство. Процессор ассасина - это была мечта. Если бы удалось установить его Грише, тот еще долго не отправился бы на "свалку истории". Потом сообразила, что, наверное, для Гриши это звучало как-то совсем паскудно и поправилась: - В смысле ты настоящий, а она нет. Тьфу, не слушай меня, хреново мне...

Из дома Лучии они драпали со всей доступной - и, увы, не очень высокой - скоростью. На их счастье, полиция Базеля, местечка тихого и респектабельного, явно была не приучена к ночной пальбе, так что к моменту, когда засветились мигалки и зашумели сирены, они были уже в другом районе. Лауру погрузили на заднее сиденье, Аня села за руль, а Гриша рядом. Водила она не очень, но смогла выехать из ночного города по пустынным улицам, никуда не врезавшись и не поцарапав ни одной машины.

Через сорок минут Лаура лежала в чистой палате, Гриша в шарфе, наглухо закрывающем горло до самого подбородка, сидел там же, на стуле, и не шевелился - вот уж спеца по приведению в порядок боевых андроидов после их базельских приключений искать точно не стоило - а Аня, которой ребра перетянули плотным бинтом и дали обезболивающее, связывалась с хакером. Администрация частной клиники после перевода на счет кругленькой суммы искренне поверила, что компания "туристов" неудачно погуляла по горам и в результате получила такие вот травмы. Как бы то ни было, лишних вопросов им не задали и документы проверить "забыли". По плану им следовало встретиться в Петербурге, но теперь Аня ни за какие коврижки не полетела бы туда, бросив совершенно небоеспособных друзей на произвол судьбы. Швейцария, бесспорно, была местом безопасным, но рисковать ради какого-то чертового инфокуба - пусть Герда рискует. Аня была как никогда близка к тому, чтобы набрать той и сказать нечто особенно нежное про такие вот "плевые задания". И нет, гонорар в сто пятьдесят тысяч на лицо никак не менял дело. Эта проклятая работа ее достала. Гриша снова был ранен и один черт знал, где и как она стала бы его "лечить". Лаура валялась без сознания, с разбитым лицом и сложным переломом правой руки, белая, как привидение, и вообще на себя не похожая. Да ей и самой дышать было больно, несмотря на анальгетик. Ну ее было к такой-то матери, эту интересную и высокооплачиваемую профессию, гори все синим пламенем.

Набрав незнакомый номер, Аня, к своему удивлению, увидела заставку более чем знакомую: по черному экрану плыл серый дым.

– Бог ты мой, - выдохнула она.

– Я несколько скромнее, но мне уже лестно, - весело отозвался на том конце механический голос.
– Привет. Ты уже на Неве?

– Я через час-полтора буду в Вейкфилд-Вестгейт. Это около Люцерна.

– Не самый удачный выбор. Туда мало прямых рейсов из Москвы...

– Евроаэропорт Базеля отменяется, у нас тут все было громко и плохо. В Цюрих или Берн я не поеду...

– Если я с тобой разговариваю, не так плохо, - прервал ее готовый сорваться на крик монолог Smoker.
– Ладно, я буду там через... погоди...
– голос пропал почти на минуту, а потом сообщил: - Да через пять с половиной часов и буду, причем перелет стоит неприлично дорого. Помни мою доброту.

– Доброту? Это ты меня им посоветовал, да?!

– Но на аркане я тебя туда не тащил. Все, отбой, мне еще до аэропорта добираться. Приходи в норму, на месте поговорим. Об одном умоляю - твой андроид, конечно, видный парень, но не надо тащить его на нашу почти интимную встречу старых друзей. У меня будут комплексы.

– Гриша еле ходит. Я просто не знаю, что делать, - Аня не ревела только потому, что глубоко дышать не могла.

– Успокойся и выпей водички. Вытащим твоего Гришу. Бывай. Сядь там где-нибудь в кафе, я тебя узнаю. Даже без кепки с медведем. Выше нос, овощерезка, ты вышла в дамки.

Смс от Герды пришла Ане уже тогда, когда она пила третью чашку кофе в ожидании Smoker"а. Та сообщала, что подозревает последнего в двойной игре и просила инфокристалл ему не передавать. Аня тупо смотрела на буквы сообщения, которые, в общем-то, складывались в слова, даже имевшие какой-то смысл по отдельности, но вот вместе в одну картинку выстраиваться не желали. Ей не были интересны подковёрные игры Харриэт. Ей, черт дери, уже даже заработки там не были интересны. Все, что она хотела - чтобы в Гришу, Лауру и, по возможности, в нее саму больше не стреляли, не били их и вообще оставили в покое. Короче, нормальные такие человеческие желания, увы, лежащие далеко за гранью возможного.

Smoker должен был подойти с минуты на минуту. По правде говоря, Ане было плевать, за кого тот играет и какая у него там игра - хоть двойная, хоть тройная, лишь бы ее не трогали. Лично она видела от едкого хакера куда больше добра, чем от своего куратора, так что не собиралась срываться с места и мчаться прочь с драгоценным инфокубом. В конце концов, самолет уже прилетел, так что Smoker проходил паспортный контроль, а на десять минут дольше или быстрее, этого Герда не узнала бы никогда. Аня снова глотнула кофе, не чувствуя вкуса, и услышала веселое:

– Ну, привет. Сто лет не виделись.

По правде говоря, вопрос, что из себя представляет ее давний наниматель, Аню интриговал. Разумеется, раньше, до тех пор, пока в ее жизни не расцвели куда более практические проблемы. И, надо сказать, в своих ожиданиях она ошиблась во всем, кроме одного: тот действительно был молод, наверное, всего лет на пять старше Ани, может, чуть больше.

В общем, его можно было в какой-то степени назвать ее улучшенной копией в мужском роде, разве что волосы были не фиолетовые, а светло-русые, взлохмаченные, как у только что вышедшего из драки воробья. А так все в лучших традициях - длинный, тощий, бесформенная куртка, кроссовки, "вишки" на половину лица.

Заинтересованная Аня, подумав, даже сняла очки. И, к своему удивлению, удостоилась ответной любезности. Хакеру действительно было лет тридцать пять. Глаза - слишком жизнерадостно-зеленого цвета, чтобы являться шедевром матушки-природы - смотрели с легким прищуром. Если они в сочетании со светлыми волосами и легкими веснушками и создавали какое-то впечатление миловидности - эдакий малость побитый жизнью херувимчик - то ее с лихвой компенсировали сложенные в неприятную улыбку губы.

А еще Аня как-то сразу поняла, что этот человек сильно болеет. Может, капитально простужен, может, что-то другое. Это было видно по тому, как он держится - словно ему холодно или некомфортно - и садится за столик так аккуратно, будто боится рассыпаться при контакте с твердой поверхностью.

– Да, давненько. Пойдем, может, покурим? Я жду тебя четвертый час.

– Извини, у меня жутчайшая аллергия на табак. Думаю, по реанимациям ты сегодня уже наездилась, так что воздержусь. Понимаю, ты разочарована.

– Да нет. Хотя удивлена. Я почему-то думала, что ты тоже щеголяешь с зелеными волосами.

– Было двадцать лет - щеголял. Люди с возрастом не умнеют, но скучнеют.

Уником снова завибрировал. Видимо, Герда звонила. Аня, плюнув на все, извлекла из кармана крайне своеобразный крестик, в середину которого был вставлен крохотный инфокуб - свинцово-серый, кусочек из самого сердца грозы - и протянула Smoker"у: