Чтение онлайн

Заорала пожарная сигнализация.

Аня дернулась, зачем-то поглядела на потолок, втянула ноздрями воздух. Гарью не пахло.

– Твою мать. Какой-то дебил покурил у датчика дыма. Сейчас прекратится.

Не прекратилось. Сигнализация орала все громче. Приятный женский голос в промежутках между воем сообщал, что это не учебная тревога и всех жильцов просят немедленно покинуть здание, используя наружные лестницы, а лифты стоят заблокированные на первом этаже.

– Это они, - Лаура выглядела совершенно спокойной, растерянной Ане оставалось только позавидовать ее выдержке.
– Наверняка подбросили дымовую шашку.

– Да никуда я не пойду. Нет там пожара...

– Насколько я могу судить, следует выйти. Пожар маловероятен, но возможен, - Гриша выглянул в окно.
– Там внизу уже собирается толпа.

– Тем более что, будем тут сидеть, могут засчитать техническое поражение, - Лаура деловито надела пальто и бросила Ане шарф.
– Мол, сгорели или задохнулись угарным газом. Давай-давай. Волков бояться - на зарплату жить.

Первым на площадку шагнул Гриша. Огляделся. Кивнул. Аня и Лаура выскользнули за ним, не забыв запереть дверь. Вышли на пожарную лестницу. Пропустили какую-то парочку, спешащую с верхнего этажа - женщина была не та, так что опасности они не представляли - и двинулись прямо за ними. Едва ли "охотники" собирались обрушить лестницу или сделать еще какую-нибудь гадость, потенциально ведущую к человеческим жертвам, но перестраховаться следовало. Спуск прошел без приключений. Разве что, отмахав тридцать с лишним этажей вниз, Аня, отвыкшая от забегов по Сибири, уже начала задыхаться. Она развязала шарф, расстегнула пальто и подставила горло холодному воздуху.

– Прикройся, - распорядилась Лаура, быстро осматривающая толпу. Народу внизу уже собралось под сотню человек, и люди продолжали прибывать. Где-то вдалеке звучала сирена пожарной машины. Стояла пара карет скорой помощи. Рядом с пожилым человеком суетилась женщина в пальто, накинутом поверх белого халата.

Аня взглянула наверх. Видно было плохо - свет в большинстве окон не горел, а небо уже было почти черное - но вроде как с верхних этажей валил густой дым.

– Следует отделиться от толпы, - Гриша, конечно, не мог нервничать или испытывать любые другие эмоции, но Ане казалось, что тот стал как до предела сжатая пружина.
– В толпе я не смогу действовать оптимальным образом.

– Гриш, Гриша, это просто тренировка...

Лаура подняла бровь:

– Откуда такая уверенность? Сердечные приступы здесь получают настоящие.

По позвоночнику Ани прошел озноб. И правда, откуда ей было знать, что настоящее, а что - нет? Да, она не стала бы убивать, чтобы получить работу своей мечты. Она, черт возьми, не стала бы убивать даже ради того, чтобы в один отнюдь не прекрасный вечер не позвонить Андрею и не рассказать про монстра из инфонет-клуба. Но она и людей ночью из постелей не стала бы вытаскивать и на мороз по пожарным лестницам не погнала бы. А ее противники легко перешагнули через такую небольшую условность.

Аня почти прижалась к Лауре. Проблема была в том, что совсем уж обойти толпу они не могли - слишком много людей собралось у их дома, высокой башни всего на два подъезда. Разве что могли пройти по широкой дуге и зацепить самый край толпы.

И Гриша, и Лаура прекрасно знали, как выглядит женщина-охотник. Они бы ничего не проморгали. Аня, всегда чувствовавшая себя крайне некомфортно в местах большого скопления людей, ощущала, как накатывает паника. Слишком много мельтешения, звуков, запахов. Программа "вишек" от такого обилия деталей для определения - костюмов, технических устройств, профилей со статусами "Вау! Горим!" - сходила с ума. Аня полезла под рукав, пытаясь отключить синхронизацию "вишек" и уникома. А, когда подняла глаза, увидела ту самую женщину в пяти шагах от себя. Она быстро приближалась и одновременно доставала что-то из сумочки. Между ними мелькали люди, освещение было хуже не придумаешь - мигали лампы пожарной машины, а вот фонари у дома почему-то не горели - и Аня не видела, что именно у той в руках. Но хорошего закономерно не ждала.

– Гриша, там!

А Гриша так и вовсе ничего не ждал: он выступил ей навстречу, закрывая Аню, перехватил правую руку - она разглядела пистолет - и резко заломил. "Охотница" без крика разжала пальцы, выпустила оружие и стала опускаться на землю сама. А в следующий момент Аня сообразила, что Лаура как-то подозрительно резко разворачивается и что-то кричит, но осознать ничего не успела. Только поняла, что китаянка толкнула ее и она падает на бок. И еще то, что шею чуть ниже затылка обожгла боль.

– Сука!
– а Лаура, оказывается, неплохо выучила самую народную часть русского языка.

– Гражданка, отпустите!
– мужчина лет тридцати пытался вырвать руку, но Лаура не пускала, крепко перехватив его за локоть. А на земле рядом с Аней валялся одноразовый инъектор.

Так или иначе, они проиграли.

Аня потерла шею. На пальцах осталась кровь. Видимо, Лаура толкнула ее в тот момент, как в кожу вошла игла. Совсем чуть-чуть не успели.

– Что ты ей, сука, вколол?!

– Я? О чем вы, барышня?!
– тот, наконец, изволил ухмыльнуться. Ну конечно. На руках у него были тонкие кожаные перчатки.
– Вы из ума выжили? Девушка упала...

Аня поднялась. И подняла с притоптанного снега здоровенную зажигалку, выполненную "под пистолет". Кивнула Грише:

– Отпусти ее. И ты, Лаура, отпусти его к чертовой матери. Мы проиграли.

Разумеется, никто бы яда ей вкалывать не стал. Иначе пришлось бы убирать и Гришу, и Лауру. Просто она запаниковала в толпе, за что и была должным образом наказана. Понятно же было, что девица не станет стрелять на глазах у кучи людей, вызывая панику и поднимая на уши всех, кого можно. Их просто переиграли.

– Спокойно, это витамины, - буркнул парень, уходя. Руку после Лауры он потирал и держал несколько неловко. Женщина, к удивлению Ани, и вовсе отделалась легким испугом да испачканными в снегу брюками. А она почему-то боялась, что Гриша причинит той вред, далеко выходящий за рамки достаточного, чтобы остановить.

– Восьми часов не хватило, - Лаура казалась безмятежной, если она и была чем-то недовольна - а Аня бы на месте китаянки была бы недовольна такой криворукой дуррой-напарницей, как она сама - то знала об этом только она.
– И одного завязанного шарфа.

Если бы Аня могла провалиться на самые нижние уровни винтажной игры Doom, она бы немедленно так и сделала.

– Ребята, простите, я...

– Успокойся, Анья. Я пошутила. Инъектор шарф бы пробил. Зато теперь мы впервые за неделю можем пойти в кафе и спокойно попить там чаю, не подозревая киллера в каждом официанте. У всего есть плюсы. Идем. А то люди и так на нас с подозрением смотрят...

Утром Лаура забрала свои вещи и уехала домой, мотивировав это тем, что кактусы хоть и хороши, но не бессмертны и заслуживают полива, по меньшей мере, раз в неделю. Аня закрыла за ней дверь, чувствуя что-то вроде грусти. Амбициозна она не была - во всяком случае, как сама полагала, ее амбиции не шли дальше турнирной таблицы "Сибирь. Возмездие" - но ускользнувшая из-под самого носа победа удручала. После шести дней сумасшедшего азарта она чувствовала себя выжатой как лимон, и к тому же дурой. Не надо было орать и указывать Грише цель. Тот бы и сам догадался. Стой он рядом с ней - парень никогда не сумел бы приблизиться на нужную дистанцию. А женщину и Лаура бы вырубила: что ни говори, в плане физической подготовки внешне хрупкая китаянка многим мужчинам бы дала фору.