Чтение онлайн

– А почему вы не дали мне и Максимовичу сразу же с Зоей поговорить?!
– вспыхнул Завьялов и встал из кресла, нашаривая в заднем кармане джинсов мобильный телефон.

– Вы потратили бы много времени на убеждение Зои Павловны, - сухо выговорила агентесса.
– Сейчас вы, прямым текстом передадите ей мои слова - Зоя Павловна не будет упрямится.

Все еще не решаясь побеспокоить жену ночным звонком, Борис тискал в руке трубку, чувствовал, как по вискам скатываются капельки пота:

– А вы уверены, Таисия? Уверены, что...

– Звоните, - вновь перебивая, приказала Пучкова.

– Господи, вы же обещали!
– простонал Борис, набирая вызов Зои. Пальцы тряслись и плохо слушались.
– Вы же обещали, что за океаном дети будут в безопасности!
– Через тысячи километров полетели длинные гудки, Завьялов прижимал телефон к уху, мысленно молил жену ответить поскорее...

Разговор супругов, как и ожидалось, обернулся форменным кошмаром. Сонная Зоя соображала плохо, Завьялову пришлось передать трубку Алевтине-Таисии...

В истерику дочь Карпова не впала. Лишь только поняла, что ситуация не шуточная, мгновенно дала обещание вылететь первым же рейсом и, оборвав разговор, пошла будить детей.

На несколько секунд в огромной гостиной дома Карповых воцарилось гнетущее молчание. Завьялов представлял, как за тысячи километров от него по дому мечется перепуганная Зоя. Как куксятся, недовольные побудкой Иван и Марья, как суматошно Зоя собирает какие-то необходимые в дороге мелочи... Наверное плачет. Или пытается не заплакать, дабы не беспокоить, не расстраивать детей.

– Вы специально так сделали?
– набычившись, Борис глядел на агентессу.
– Намеренно вызвали меня в Москву, подстроили эту встречу?

Алевтина-Таисия печально покачала головой. Вопрос и подозрения Завьялова резонны - агенты департамента, легко скользящие по временной шкале, не могут просто так явиться в неурочный час, в неподготовленное к встрече место. Борис достаточно оправдано заподозрил департамент в подковерной интриге.

– Мы были вынуждены так поступить, - тихо, покаянно проговорила начальница московского подсектора.
– Ситуация, Борис Михайлович, вышла из-под контроля, мы вынуждены действовать в режиме реального времени.

– Но почему?! почему?! Вы же, как я понимаю, нашли Раису Журбину, вы знаете, что Платон отправился в Америку и значит вы мо...

– Борис Михайлович, - в который раз перебила Алевтина-Таисия, - Платон покинул тело Журбиной.

Замолчавший на половине слова Завьялов так и остался с открытым ртом. Одиннадцать лет назад, в результате террористической атаки подпольщиков из будущего, Борис был "выбит" из своего тела. Его занесло в полумертвого старика, по ошибке принятого за скончавшегося на улице бомжа и отправленного в морг. Тело самого Завьялова занял нелепый, смехотворный турист из будущего Иннокентий Капустин. Завянь (так Борю с малолетства звали все друзья) нажал на перетрушенного путешественника и, практически без преувеличения - под пытками, добился от того правды об интеллектуальных путешествиях потомков.

Капустин рассказал Борису многое. Во-первых, сообщил, что в одном носителе может находиться лишь один дубль (или "бета") интеллект. Сказал, что для успешного перемещения необходимы два непреложных, жестких фактора: четкие географические и временные привязки потенциального носителя. Поведал о существовании хроно-департамента, о террористах, прозванных "циклопами", о группах, специализирующихся на борьбе с подпольем - о циклонах.

...Борис несколько раз моргнул, прокашлялся и засипел:

– Таисия..., вы же говорили, что пока Платон не сможет создать в нашем времени машину интеллектуальной телепортации...

– Это было одиннадцать лет назад, Борис Михайлович, - грустно выговорила агентесса.
– Полгода назад из секретной лаборатории Силиконовой долины на рынок выпустили новейшую разработку. Две недели назад Платон получил доступ к этой разработке. Он создал аппарат, Борис Михайлович. Покинул тело Журбиной.

– И вы не знаете, где он сейчас?!
– ужаснулся Завьялов.

– Не знаем, - подтвердила начальница московского подсектора.

– Но почему?! Почему вы пошагово не отследили его перемещения?! Если вы знаете, где он был, то вы обязаны вернуться в тот час, в ту же минуту, на то же место и обезвредить Извекова!

– Мы не можем, - покачала головой Алевтина-Таисия.
– Мы должны идти по временной шкале, придерживаясь реального развития событий.

– Ерунда какая-то!!!
– взревел Завьялов.
– Пока вы ходите по шкалам, Извеков будет прыгать по телам и доберется до детей! Вы знаете, как его искать?!

– Знаем, - невозмутимо проговорила женщина.
– Именно поэтому мы и попросили вас перевезти семью сюда. Ваш тесть влиятельный в России человек, Борис Михайлович. Через доверенные источники мы донесем до него информацию, что существует угроза жизни близнецов. Здесь Павел Максимович сможет обеспечить им защиту. Об остальном побеспокоиться наш департамент.

– Но почему - здесь?!
– горячо воскликнул Борис и заходил кругами, выдавая предложения: - Почему не в Австралии, или в Индии, в Пекине?! Мы можем спрятать Ивану и Марью на каком-нибудь необитаемом острове в океане!.. Вы же понимаете - Платон придет СЮДА, Таисия! Разыскивая моих детей, он первым делом проверит этот особняк!

– Мы знаем, - кивнула агентесса.
– Но вынуждены так поступить. Сейчас все силы департамента рассредоточены по России и Соединенным Штатам, на то чтобы взять под контроль еще и другие государства..., - Алевтина-Таисия развела руками, - у нас физически не хватит сил. Мы не сможем обеспечить достаточное число агентов, например, еще и в Австралии, поскольку знаем, что Платон, прежде всего, вернется в Россию. Здесь его - лежбище, Борис Михайлович. И ваша родина, что тоже немаловажно.

Завьялов несколько раз глубоко вздохнул сквозь стиснутые зубы, посмотрел на Алевтину-Таисию взглядом загнанного волка и тихо выдавил:

– Вы предлагаете "спрятать" моих детей на самом видном месте, да? Запереть в этом доме под охраной, за забором...?

– Ну-у-у...

– Не надо - "ну", Таисия. Вы сделаете из моих детей ПРИМАНКУ для убийцы?

Алевтина-Таисия не выдержала бешеного взгляда в упор. Глаза агентессы метнулись в сторону, женщина до боли стиснула кулаки - острые коготки Алевтины впились в ладони словно лезвия.