Чтение онлайн

"Получается, Лев Константинович..., ты давно к подобному повороту был готов?"

"Нет. Дачные воры с бомжами достали. От них оборонялся".

"Дай бог здоровья этим лиходеям!"

Борис представил как компания, в полной растерянности стоит над мертвым генеральским телом и глазом не ведет в сторону забора, через который прыгают убийцы...

Иннокентий, Зоя и собака...

Черт! их реально уложили бы всех до одного! Просто на всякий случай, ради перестраховки, вдруг генерал поведал что-то своим гостям о личности заказчика убийства родственников!

Вероятно, эта картина была представлена Борисом - красочно, в подробностях, Лев Константинович утешил:

"Не куксись, друг. Теперь я суку Коваля первым уработаю. Он выбора мне не оставил. Тут: кто кого, он от нас уже не отцепится. Умный очень".

"Лев Константинович! Давай уедем с дачи, остановимся у кого-нибудь из моих друзей!"

"Коваль этого и ждет, Бориска. Его люди, я уверен, уже на выезде из поселка обосновались. Я их за собой уведу, ребята пока здесь отсидятся".

Борис не знал, что ответить - Константиныч в сих вопросах шурупит лучше, - генерал решительно шагал через участок к крыльцу.

Едва войдя в дом и кивнув гостям "все в порядке, братцы, вылезайте из углов, опасность миновала", генерал на несколько минут сел перед компьютером. Быстро внес поправки в текст, перенес мемуары на флешку и, показав ее Капустиным и Зое, сказал:

– Здесь информация, за которой охотится Дмитрий Федорович Ковалев. И, возможно, его старший сын Михаил Федорович Ковалев. Так как из Димы уже песок должен сыпаться, все мог замутить его сынок. Они с папашкой - зря наполучавшем ордена - работали в одной структуре и сейчас рука об руку ходят.
– Лев Константинович подержал флешку в руках, стиснул крепко-крепко: - Это - ваша страховка, братцы. Простите, что я вас втянул... Попали вы из-за меня. Попали - крепко. Флешка будет храниться в футляре, сделанном из бревна. Бревно - третье снизу в поленнице у бани. Запомнили?

Людские головы кивнули, Жюли запрыгала вокруг мужа, затявкала, пытаясь привлечь к себе внимание... Разволновалась что-то слишком.

Лев Константинович еще раз кивнул, прося прощение за опасную ситуацию, возникшую из-за его эпистолярных разборок, и пошел к оружейному ящику, готовить к сучьему отстрелу винтовку с оптикой.

Через какое-то время за его спиной возникла Зоя. Замерла, наблюдая за уверенными движениями генеральских рук.

Капустины отчего-то отнеслись к оружейной подготовке без внимания, унеслись к компьютеру, еще до того как Лев Константинович винтовку из ящика достал.

Лев Константинович с демонстративной беспечностью чистил винтарь, насвистывал фальшиво, Завьялова просил не лезть под руку ни с советами, ни с комментариями.

Перед мысленным взором Бориса мелькали образы: здания с господствующими крышами, проходы, дворики, какой-то высоченный пандус, решетка ливневой канализации... Огромное прозрачное окно некого офиса, представленного генералом... Сквер. Дорога. Забор. Мусорные бачки. Остановка общественного транспорта. Номер на заднице уходящего троллейбуса...

Семья Капустиных, не извещенная о команде "не лезть под руку", вышла из кабинета шумно: с ликующим повизгиванием и хлопаньем дверью. Увидев генерала, с прищуром целившегося в стену, чуть-чуть опешили:

– Лев Константинович..., мы что... на войну собираемся?!
– высказался за себя и женушку Капустин. Жюли присела под его ногами и вытянула тощую шейку в сторону винтовки. Глаза собачки невозможно выпучила.

– Мне тут надо одну проблемку решить..., со старым приятелем, - невозмутимо, откладывая длинноствольное оружие в сторону, сказал Потапов.

– Вы собираетесь убить Ковалева?!?!
– распереживался оформитель.
– Дмитрия Федоровича?!
– и когда генерал не ответил, разродился куцым воплем: - Его нельзя убивать!! Он...

Жюли подпрыгнула, звонко гавкнула, и муж опомнился. Обернулся к Зое, строго выговорил:

– Зоя Павловна..., Миранда. Нам нужно поговорить с Львом Константиновичем и Борисом Михайловичем. Прошу вас - выйти.

Лицо Карповой исказилось, волнами пошло, нетвердо, разбалансированно двигая ногами, девушка заковыляла на выход из гостиной так, словно боролась с каждым членом.

Мужчины глядели ей вслед с сочувствием: Зоя боролась с внутренним врагом. Но как только доплелась до порога комнаты, пошла увереннее: Миранда, по всей видимости, поняла - упорствовать здесь бесполезно: коли что, запеленают в ковер и на ручках вынесут.

– Вы видели, что происходило с ее лицом?
– восторженным испуганным шепотом спросил Капустин, едва закрылась дверь.
– Я такое только по формату видел... Внутренним приказом циклоп меняет носителю черты лица...

– Такое возможно?
– заинтересовался Борис.

– Да, - заторможено выдавил стилист.
– Но чтобы так, лицезреть воочию, а не в формате... Ну и дела! Расскажу - никто не поверит!

– Ты выберись отсюда вначале, - пробурчал уже Потапов.
– Рассказывать он тут собрался...

– Ах, да, - вернулся из мечтаний Кеша.
– Что я вам хотел сказать, Лев Константинович. Дмитрия Федоровича Ковалева - убивать нельзя.

– Это почему еще?
– поинтересовался, временно взявший речевые центры под единоличный контроль разведчик.
– Коваль - хроно-личность?

– Нет.
– Жюли гавкала, подпрыгивала, как будто заставляя мужа выстроить беседу грамотно, донести до слушателей суть в положенном порядке. Иннокентий поглядел на собачонку с высоты завьяловского роста, кивнул. Продолжил с нужной ноты: - Если вы помните, визит полицейских прервал наш разговор. Я собирался вам сказать, что конкретно в это время, в Москве есть вероятные носители. Но это только - знаменитые суицидники.

– Кто, кто?

– Самоубийцы, Лев Константинович, - суицидники. В будущем даже целый фан-клуб любителей запредельно жестких впечатлений существует. Фанаты суицидов путешествуют в тела носителей самоубийц, получают максимально сильные переживания, остаются в них до самой последней секунды... До встречи лица с асфальтом например - "прыгуны" любимая тема фанов суицида...

– Господи, и что же вам нормально-то не живется?!
– перебил объяснения искренний генеральский вздох.

– Ну знаете ли..., - разобиделся Капустин.
– В вашем времени экстрималов тоже предостаточно! И прыгают, и плавают, и бьются!

– Проехали, Кешка, прости. Что там по самоубийцам?

– Продолжу. Помните, Лев Константинович, Борис Михайлович, разговор с Мирандой о странной теории самозащиты Истории?

– Ну.