Цирк Чудес. Зазеркалье
Шрифт:
–Джестера! – вдруг воскликнула, не сдержавшись, Ханна. – Но как такое возможно? Он же выглядит, как мой ровесник…
–Он всегда будет выглядеть молодо. Это его дар и его проклятие. Его и всей его семьи. Он заманил меня в свой цирк, обещав показать все чудеса на свете и за пределами его… и он сдержал обещание. То, что я видела… – Элизабет замолчала, когда воспоминания волной нахлынули на неё. По щекам вдруг потекли слёзы и Ханна протянула было руку к её лицу, но женщина покачала головой. – Я не могу описать, насколько это было прекрасно. Ничего подобного я не видела никогда в жизни, да и никто другой бы не увидел. Цирк исполнял любые мои мечты, любые прихоти, какие бы я не пожелала. Я могла даже путешествовать во времени! Но взамен за свои чудеса он просил лишь одного. Верности. Никогда не покидать его, никогда не вспоминать о той жизни, что была у нас до него и никогда не мечтать вернуться обратно. Наказанием за это… Впрочем, просто посмотри на меня. Вот оно, это наказание. Знаешь, сколько мне на самом деле лет? – Ханна медленно покачала головой. – В этом году мне бы исполнилось сорок один. Цирк отобрал у меня годы жизни за то, что я предала его и сбежала.
–Но… почему ты это сделала? Если это было такое чудесное место, зачем было бросать его?
–Я не могу рассказать тебе! Цирк не прощает, – тихо, едва шевеля губами, промолвила женщина. – Однажды переступив его порог, ты уже не сможешь вернуться прежней. Он что-то сделал со мной, я не могу открыть его тайны. Я пыталась рассказать об этом твоей матери, когда она спрашивала меня, но… я просто не могу. Когда я… пытаюсь… начать… – Элизабет схватилась за горло, словно ей не хватало воздуха и Ханна тотчас вскочила на ноги. В панике она взглянула на Энн, словно ища помощи, но та не сводила глаз с её тети. Наконец, женщина убрала руки с шеи и глубоко вздохнула.
–Видишь? У него до сих пор власть надо мной. Она исчезнет только с моей смертью.
–Что мне делать, тётя? – плача, спросила Ханна.
–Не позволь ему заманить тебя так же, как меня. Не ходи на его представление, если вдруг снова повстречаешь… Эти чудеса, что обещает цирк – всё это иллюзия. Лишь фантазии, которые он оживляет на время. Всего лишь сон, а когда ты очнёшься… будет уже слишком поздно. Обещай мне, Ханна. Обещай!
Тёплый ветер всколыхнул шторы и по комнате разнесся лёгкий цветочный аромат. Ханна вдохнула его полной грудью, закрывая глаза. Ей тотчас представилось озеро у старого приюта, где она любила проводить время.
–Цирк отнял у меня молодость, забрал половину жизни и оставил доживать дни в теле развалины. Дома меня больше никто не ждал. А потом я случайно узнала про тебя…
Солнце сияет так ярко… Ханна замечает бабочку с синими крыльями, безмятежно покоящуюся на нетронутой зеленоватой поверхности. Сквозь тонкое, почти призрачное крыло просвечивает золотой луч. Она протягивает к ней руку, но бабочка так далеко, а озеро слишком глубоко, и девочка боится утонуть…
–Ханна!.. – голоса тёти и миссис Поттер звучат, как один. – Ты слышишь меня? Ханна!
Она нехотя открыла глаза и увидела лицо женщины, усеянное причудливым завитком морщин.
–Обещай мне!
Синяя бабочка вновь влетела в комнату и, описав круг, плавно опустилась на подоконник. Ханна взглянула на тётю и нежно коснулась её щеки, смахнув маленькую слезинку.
–Прости, я не могу. Я должна увидеть это место, тётя. Мне кажется, я рождена только для того, чтобы… быть там.
–Ханна, пожалуйста!..
Наклонившись, девушка коснулась её щеки, оставляя на мокрой щеке долгий поцелуй. Затем она выпрямилась и взглянула на окно. Синяя бабочка улетела прочь. Тогда Элизабет Сайленс обняла свою племянницу и поцеловала в последний раз. Оставшись одна, она ещё долго сидела в гостиной, глядя на свернувшегося клубочком трёхцветного кота. В доме стало очень тихо, только ход настенных часов, казалось, эхом отдавался от стен, невольно снова возвращая воспоминания.
Погода и правда была чудесной. Ханна брела прочь от старого красного кирпичного дома, где провела лучшие пять лет жизни. Пройдя несколько шагов, она вдруг обернулась, застыв посреди дороги. Энн, зная о её мыслях, молчала, лишь ободряюще взяла за руку.
Когда дом остался далеко позади, а сама девушка вышла на оживленный переулок, вокруг внезапно возникло много людей. Это было неожиданно, будто Ханна попала в гудящий пчелиный рой. Они проходили мимо, кто–то бежал, опаздывая, некоторые шумно спорили о чём–то. Девушка невольно съежилась под пристальными, оценивающими взглядами прохожих и ускорила шаг. Позади раздался громкий смех, совсем не такой весёлый, как у тети Элизабет или миссис Поттер. Он был раздражающим, как скрежет ногтя по металлу, и оттого хотелось заткнуть чем–нибудь уши. Ханна ещё никогда не уходила так далеко от дома, тем более одна. Паника всё больше начинала душить её, и дышать вдруг действительно стало трудно.
–Много, слишком много… – пробормотала она, обхватив себя руками. Энн обняла её, в невидимой для окружающих поддержке. Ханна обернулась, но дом тёти был уже слишком далеко.
–Зачем я ушла, зачем, зачем?.. – причитала она, вцепившись в волосы. – Мне нужно вернуться…
–Прекрати! – резко произнесла Энн и её твердый голос подействовал как пощёчина. Ханна опустила руки и взглянула на отражение. Энн поджала губы, превратив их в тонкую полоску. В зелёных глазах читалась упрямая решимость. – Ты хотела всю жизнь прожить, не выходя за порог дома?
Увидев, что она понурила голову, Энн смягчилась.
–Я всегда буду с тобой, если ты того хочешь. Но защитить тебя у меня не получится.
Остальной путь они прошли молча. Иногда Ханну окликали незнакомые люди. Она не знала, что им нужно и зачем они зовут её, но Энн в такие моменты брала её за руку и уводила сама. Ханна видела, как она хмурится и черты лица становятся жёстче, будто едва сдерживает себя. Тогда Ханна подумала, что Энн выглядит уж очень устрашающе, и тем людям, наверняка, не поздоровилось бы. Эта мысль приободрила её. Заметив, как она улыбается, Энн подозрительно огляделась вокруг, а потом вопросительно изогнула бровь, глядя на девушку.
–Что тебя так веселит?
–Ты. – Честно призналась Ханна. – Я представила, что ты вцепилась им в шею, как дикая кошка!
–Ну, спасибо за сравнение, – недовольно пробурчала Энн. Ханна рассмеялась, а в следующий миг неожиданно услышала знакомый голос, заставивший сердце колотиться как безумное.
–Дамы и господа! Не упустите уникальный шанс посетить наше представление! Волшебный цирк ждёт вас!
Всего в пятидесяти метрах, посреди засыпанного багрово–золотыми листьями парка, раскинулся невероятный пёстрый шатер. На вид он был не слишком большим, и Ханна подумала, что тот не вместит в себя много зрителей. Но не столько красочный шатёр привлек её внимание, сколько хозяин цирка, играючи перебрасывающий ярко–синюю колоду карт из руки в руку.
–Поверить не могу, он в Лондоне!.. – раздался чей–то полу восторженный, полу испуганный голос позади. Он тоже показался знакомым, но Ханна не могла заставить себя оторвать взгляд от завораживающего зрелища.
–Только не говори, что хочешь пойти! – раздался второй знакомый голос и в памяти Ханны невольно всплыли смутные образы из прошлого. – Я слышала, что он похищает людей! Ещё никто не вернулся, побывав там!
–Тогда от кого ты это слышала? – съязвил первый голос. Энн обернулась.
–Так говорят… – послышался неуверенный ответ. Кто–то недоверчиво хмыкнул.
–Не будь трусихой, Мэгги. Это на тебя не похоже.
И тогда Ханна обернулась. В паре метров от неё спорили две близняшки. Та, чьи волосы были короче, судя по неуверенному виду, была как раз Мэган. Ханна не знала, что ей делать: стоит ли обратить на себя внимание старых знакомых или поскорее скрыться в разноцветном шатре. Но не успела она решить, как обе девушки заметили её и потрясенно замерли, не отводя глаз.