Чтение онлайн

— Скажи им. Ответственность я беру на себя.

— Отлично. Я перезвоню.

Я повесила трубку, но только услышав снова длинный гудок, я сообразила, что не сказала «я люблю тебя». Ну что ж.

Я позвонила на работу. Трубку взяла Мэри. Не ожидая, пока она закончит свое приветствие, я перебила:

— Дай мне Берта.

— У тебя все в порядке?

— Дай Берта.

Она не стала спорить — умница.

— Анита, у тебя действительно что-то важное? Я занят с клиентом.

— Ты говорил с кем-нибудь насчет найти сегодня крысолюда?

— По правде говоря, да.

У меня в груди сжался тяжелый ком.

— Где и когда назначена встреча?

— На сегодняшнее утро около шести. Мистер Фейн хотел успеть до работы.

— Где?

— У нее дома.

— Дай мне адрес.

— В чем дело?

— Я подозреваю, что Эльвира Дрю могла подстроить его убийство.

— Ты шутишь?!

— Адрес, Берт.

Он дал мне адрес.

— Может быть, я сегодня не приду на работу.

— Анита…

— Помолчи, Берт. Если его убьют, это мы его подставили.

— Ладно, ладно. Делай, что считаешь нужным.

Я повесила трубку. Впервые в истории Берт уступил. Это произвело бы на меня более сильное впечатление, если бы я не знала, что у него перед глазами мелькали все прелести судебного преследования.

Я вернулась к нашей группе. Никто ни с кем ни о чем не говорил.

— В этом округе исчезли семеро оборотней, — сказала я.

— Погоди, ты о чем? — начал Дольф.

— Слушай и не перебивай.

Я рассказала ему обо всех исчезновениях и закончила фразой:

— Сегодня исчезли еще двое. Те, кто ободрал нагу, наверняка считали его ликантропом. Существует возможность с помощью волшебства и снятой шкуры оборотня перекидываться самому. Получаешь все преимущества — силу, быстроту и так далее, но без привязки к луне.

— А почему с нагой этого не получилось? — спросил Зебровски.

— Он бессмертен. В конце всей процедуры оборотень должен умереть.

— Так, мы знаем мотив. Но где искать, черт побери? — сказал Дольф.

— У меня есть адрес.

— Откуда?

— По дороге объясню. Заклинание должно совершаться после темноты, но мы не можем рисковать и рассчитывать, что они останутся в живых. Их должно было взволновать, что нага поправляется и начал говорить.

— Таким, как я его сегодня видел, — я бы не волновался, — сказал Зебровски.

— Да, но ты не ведьма.

Мы отправились. Мне бы хотелось иметь у себя за спиной Эдуарда. Если мы найдем нескольких отчаянных ведьм и с ними оборотней в ночь полнолуния, наличие за спиной Эдуарда очень не повредило бы. Только как это организовать — я понятия не имела. Дольф и Зебровски не растяпы, но они — копы. Им не полагается стрелять в человека, не дав ему сначала все возможности сдаться. Эльвира Дрю содрала кожу с наги. И я не была уверена, что хочу предоставлять ей возможность. Я не была уверена, что после этого мы останемся в живых.

Узкий двухэтажный дом Эльвиры Дрю стоял в стороне от дороги за густой стеной кустов и деревьев. Даже двора не видно, пока не свернешь к дому. Весь дворик был окружен лесом, будто кто-то построил здесь дом и забыл об этом сообщить.

Патрульная машина ехала за нами по гравийной дорожке. Дольф припарковался возле ярко-зеленой «гранд-америкен». Автомобиль под цвет ее глаз.

Во дворе висел знак «Сдается внаем». Еще один такой же лежал рядом, ожидая, пока его воткнут в землю. Наверное, это будет у дороги.

В машине лежали две сумки с вещами, заднее сиденье уставлено коробками. Возможность быстрого отхода.

— Если она убийца, зачем она дала вам свой настоящий адрес? — спросил Зебровски.

— Мы своих клиентов проверяем. У них должен быть постоянный адрес в подтверждение личности. У нас требуют больше документов, чем в некоторых банках.

— Зачем?

— Потому что к нам то и дело приходят психи или репортеры бульварных газет. Нам надо знать, с кем мы имеем дело. Уверена, что она пыталась заплатить наличными, не показывая документов, а когда ее попросили заполнить три анкеты, оказалась к этому не готовой.

Дольф пошел к двери, мы следом, как хорошие солдаты. Одной из полицейских в форме была Кирлин. Напарник был постарше нее, с седеющими волосами и круглым брюшком. Но не таким, которое колышется, как миска студня. У него было мрачное выражение лица, будто он уже все на свете видел и все это ему не понравилось.

Дольф постучал в дверь. Тишина. Он постучал сильнее. Дверь вздрогнула, открылась. За ней стояла Эльвира, одетая в блестящее зеленое платье, перетянутое в талии. Косметика была по-прежнему безупречной, цвет лака для ногтей гармонировал с платьем. Длинные светлые волосы были зачесаны назад и прихвачены повязкой, зеленой с чуть большей синевой, чем у платья. И глаза ее горели цветным огнем.

— Глаза как океан, — буркнул себе под нос Дольф.

— Простите, но что это все значит?

— Можно нам войти, миз Дрю?

— С какой целью?

У нас не было времени получить ордер. Дольф даже не был уверен, что нам его дадут с тем, что есть у нас на руках. Цвет чьих-то глаз — это не так чтобы доказательство.

Я выглянула из-за Дольфа.

— Добрый день, миз Дрю. Нам нужно задать вам несколько вопросов о Луисе Фейне.

— Миз Блейк, я и не знала, что это вы пришли с полицией.

Она улыбнулась, я улыбнулась. А Луи здесь? И она нам морочит голову, а там его убили? Черт побери, не будь здесь полиции, я бы вытащила пистолет и вошла. Законопослушность имеет свои недостатки.

— Мы расследуем исчезновение мистера Фейна. Вы последняя, кто его видел.

— О Боже мой! — произнесла она, но с места не сдвинулась.

— Можно нам зайти и задать вам несколько вопросов? — спросил Дольф.

— Честно говоря, я не знаю, что могла бы вам сказать. Мистер Фейн на нашу встречу не пришел. Я его так и не видела.

Она стояла, как улыбающаяся стена.

— Нам необходимо войти и посмотреть, миз Дрю.

— У вас есть ордер?

Дольф посмотрел на нее.

— Нет, миз Дрю, ордера у нас нет.

Улыбка ее стала просто ослепительной.

— Тогда прошу прощения, но я не могу вас впустить.

Я схватила ее за перед платья и дернула на себя — достаточно сильно, чтобы заметить, что на ней нет лифчика.

— Мы пройдем либо мимо вас, либо через вас!

На мое плечо опустилась рука Дольфа.