Чтение онлайн

Но сколько они проживут после того, как Дакаррет поймет, что у Тревиса нет ключа? Ему удалось выиграть несколько секунд, не более того.

– А теперь отдай мне ключ, повелитель рун.

Тревис нахмурился, мучительно подбирая слова.

– Тревис!

Он вздрогнул - голос в его сознании не принадлежал Джеку Грейстоуну.

– Тревис, ты меня слышишь?

– Грейс? Это ты?

– Да.

– Я думал, ты не можешь воспользоваться Даром.

– Я не могу. Во всяком случае, долго. Здесь... здесь...

Но ей ничего не нужно было говорить. Рядом с изумрудно-золотым сиянием самой Грейс он увидел чудовищную неповоротливую тень. Она смеялась огромным ртом, обнажив зубы из битого стекла и с нетерпением дожидаясь момента, когда можно будет поглотить свет Грейс. Тревис начал понимать.

– О Грейс...

– Нет, Тревис. Сейчас нет времени. Ты должен выслушать меня - мне кажется, я поняла.

– Что поняла?

– Почему Дакаррет до сих пор не стал богом. В нем практически нет жизни, но мне удалось заглянуть в его разум. Том говорил, что именно по этой причине крондримы получаются такими неудачными. Он сам противится превращению. Он боится.

– Боится? Чего он боится?

– Сгореть.

Тревис мучительно пытался понять.

– Тревис. Я...

Изумрудно-золотой свет исчез из его сознания.

Грейс!

Но она ушла. Боковым зрением он заметил, как Грейс покачнулась и стала медленно оседать на пол. Прошло не более нескольких секунд, но время нельзя тянуть бесконечно. Дакаррет ждет ответа. Что ему сказать?

Берегись - он пожрет тебя, - снова прозвучал в его сознании скрипучий голос. И Тревис наконец понял. Грейс была права - превращение необходимо завершить. Слова Майндрота не предупреждение; он оставил Тревису инструкцию. Наконец он обрел ключ.

Тревис знал, что следует сделать. Он посмотрел в невыносимо золотые глаза Дакаррета и, протянув руку, прикоснулся ладонью к сжатому кулаку некроманта. Сквозь мертвую плоть Дакаррета он почувствовал жар Крондизара.

– Что ты делаешь, повелитель рун?

Тревис сжал кулак Дакаррета, и острая боль пронзила его пальцы.

– Я даю тебе то, что ты ищешь, Дакаррет, - сказал Тревис сквозь сжатые зубы.
– Ключ к превращению.

Глаза Дакаррета вспыхнули.

– Прочь от меня!

Некромант попытался отнять руку, но Тревис уже прошептал одно короткое слово:

– Кронд.

И Камень услышал зов. Ослепительное пламя взметнулось ввысь, окружив стеной огня Тревиса и Дакаррета. Тревис услышал крики - его друзья!
– но в следующее мгновение все звуки перекрыл рев пламени.

– Что ты сделал?
– взвизгнул некромант.

Он попытался избавиться от Камня, переложить его в ладонь Тревиса.

– Остановись, Дакаррет!
– прокричал в ответ Тревис.
– Не отпускай его - если хочешь стать богом. Это ключ. Ты должен позволить ему сжечь себя.

Гнев вновь вспыхнул в расплавленных глазах Дакаррета. Он крепче сжал Крондизар.

– Я не боюсь, повелитель рун. Это ты отпустишь его из страха!

Оба продолжали держать Крондизар, и огонь терзал их тела. Золотое одеяние Дакаррета исчезло в следующей вспышке пламени. Тревис чувствовал, как пылает его одежда. Потом сгорела львиная грива Дакаррета, и Тревис понял: волосы у него на теле, которое стало таким же гладким, как у некроманта, превратились в пепел.

Боль становилась невыносимой, но теперь она окружала Тревиса, а не шла изнутри. Он видел, как мучительно извивается Дакаррет.

– Не противься огню, Дакаррет!
– крикнул Тревис.
– Именно поэтому тебе так больно. Ты должен отдать себя пламени - пусть все сгорит!

Дакаррет закинул голову, и его крик перекрыл рев огня:

– Я стану богом!

Камень разгорался все ярче, его свет был подобен горящей крови. Тревис видел, как чернеет и обугливается его рука, но он не отпускал Камень. А рядом Дакаррет светился все ярче и ярче.

Некромант посмотрел на Тревиса и улыбнулся.

– Да...

Тревис почувствовал, как плоть отделяется от костей. Что же происходит? Неужели некромант станет богом и уничтожит всех? Смеющийся Дакаррет сжал Камень еще сильнее...

... и его пальцы сморщились от жара. Затем сильная рука превратилась в черную палку, гладкая кожа на груди почернела и потрескалась.

Лицо некроманта исказилось.

– Нет!

Огонь пожрал ноги Дакаррета, а в следующее мгновение его прекрасное лицо начало плавиться. Тревис чувствовал, как с его телом происходит то же самое - оно сгорало, - но он не отпускал Камень.

– Давай, Дакаррет, - промолвил Тревис, когда огонь коснулся его губ. Стань богом!

Они посмотрели друг другу в глаза, продолжая сжимать Камень. Огонь превратил ярость в глазах некроманта в ужас. Из его рта, вместе с языком пламени, вырвался крик:

– Какая боль!

И Дакаррет отпустил Камень.

Почерневшая оболочка некроманта упала на пол и оказалась за стеной пламени. А внутри продолжало бушевать пламя, и отпускать Камень было уже поздно. Рука Тревиса обуглилась, он чувствовал, что ревущий огонь пожирает его плоть и даже кости.

Том сказал, что Крондизар обладает способностью превращать того, кто владеет ключом. В таком случае кем станет он, Тревис? Может быть, всего лишь горсткой пепла? Но потом, в самый последний момент, он понял. Слова Дейдры, которые она произнесла целую вечность назад в "Шахтном стволе", вновь прозвучали в его сознании.

А в конце каждый из нас должен выбрать, кем ему быть.

Тревис представил Дакаррета, мечтавшего стать богом, и подумал о драконе, который был монстром. И последним перед его мысленным взором возник высокий человек со светлыми волосами и улыбкой, подобной первому рассветному лучу солнца.

Тревис сделал выбор. Он не был богом или монстром, он был обычным человеком. Последние частицы его существа догорели, и остался только...

... свет.

Тревис заморгал. Свет приблизился - мягкий, голубой и прохладный. Потом послышался голос:

– А он?..

– Да, - последовал ответ, и нежные пальцы коснулись его щеки.
– Он будет жить.

– Он весь дрожит, - раздался третий голос, низкий и мелодичный.

И тогда Тревис понял, что ему ужасно холодно. Кто-то накрыл его плащом. В тех местах, где грубая материя касалась мягкой, обнаженной кожи, он испытывал неприятные ощущения, но попытался поплотнее закутаться в плащ.

– Тревис?

Чьи-то руки помогли ему сесть.

– Тревис, ты меня слышишь?

Перед глазами наконец прояснилось, и он улыбнулся.