Чтение онлайн

Дейдра наградила его пронзительным взглядом.

– Звучит так, будто заговорило твое второе "я".

– Второе "я"?

– Темная сторона твоей души, демон, злой дух - называй как хочешь. Она взяла чашку с кофе и принялась греть руки.
– Возможно, какая-то частичка тебя знает, что ты мог бы стать гангстером.

Тревис посмотрел на свои руки. Он не видел ее, зато прекрасно чувствовал - знак Джека, руну рун, пульсирующую под кожей ладони.

– Нет, я никогда не смог бы сделать то, что творили они.

– Осторожнее, Тревис. Душа человека - это огромный, бездонный океан. Каждый из нас способен совершать поступки, которые нам самим кажутся чудовищными. И это нормально. Но если ты вздумаешь отрицать реальность, темная сторона может взять верх, не спрашивая твоего согласия.

– Не понимаю.

– Хорошо, давай по-другому. Сто лет назад шериф не слишком отличался от гангстера. Каждый зарабатывал себе на жизнь при помощи револьвера. Разница в том, что один использовал пистолет, а другой становился рабом своего оружия.

Тревис удивленно уставился на Дейдру. Она не могла знать, что чувствует человек, который вдруг понимает, что наделен могуществом и может уничтожить другое живое существо.

– Извини, Тревис. Я не собиралась читать тебе лекцию. Кроме того, наше второе "я" не всегда несет в себе зло. Иногда чудовища могут стать героями. Возьми, например, "Красавицу и чудовище".

Он поднял голову и криво улыбнулся.

– Даже не пытайся испортить мне настроение.

Дейдра поднесла чашку к губам, но Тревис все равно заметил, что она улыбнулась. Он встал и заявил:

– Мне пора к моим посетителям.

– Твоим посетителям?
– чуть склонив голову набок, спросила Дейдра.

– С тех пор, как пару лет назад умер Энди Коннелл.

– Ну, в таком случае помогу-ка я тебе немного подзаработать.
– Дейдра взяла мандолину и пробежала пальцами по струнам.
– Спасибо за гостеприимство, Тревис. Ты хорошее чудовище.

– Ну, на твоем месте я не стал бы заходить так далеко, - громко рассмеявшись, проворчал Тревис.

В ответ она одарила его загадочной улыбкой, которая стояла у него перед глазами, пока Тревис шел к стойке.

ГЛАВА 5

По-видимому, новость о том, что Дейдра Атакующий Ястреб снова появилась в "Шахтном стволе", разлетелась по всему городу со скоростью света, и к закату солнца в салун набились зрители, пришедшие из самых дальних уголков долины послушать ее музыку. Тревис наблюдал за Дейдрой из-за стойки бара, вспоминал другого барда, жившего очень далеко отсюда, и по его лицу блуждала грустная улыбка. Не проходило дня, чтобы он не подумал о Фолкене, Мелии, Грейс и всех тех, с кем познакомился на Зее.

Впрочем, это не совсем так, верно? Потому что в последнее время случались дни, когда, погрузившись в заботы о салуне, Тревис вовсе не вспоминал о Зее. А вдруг когда-нибудь он совсем о ней забудет? Или убедит себя в том, что случившееся плод больного воображения, результат психической травмы, полученной в результате гибели лучшего друга, убедительная и вполне реалистичная выдумка человека, который два месяца где-то скитался, охваченный горем, и пытался найти смысл там, где его никогда не было?

Нежное пение мандолины смолкло, и тут же разразился гром аплодисментов. Тревис обвел взглядом салун, где яблоку негде было упасть, и покачал головой. Дело не в том, что не можешь снова вернуться домой. Просто, когда возвращаешься, оказывается, что в твоем доме что-то неуловимо изменилось. Как могла Дороти выносить жалкие черно-белые пейзажи Канзаса, побывав на ослепительных от разноцветных красок дорогах страны Оз? Только ведь он любит свой дом, даже такой бесцветный и скучный.

Тревис снова улыбнулся, счастливый человек, знающий, где его место. Макс вышел из подсобки с чистыми стаканами в руках. Тревис взял у него половину, и в этот момент снова заиграла мандолина и зазвучал сказочный голос Дейдры:

Нам в этой жизни суждено

Всю жизнь по кругу мчать.

Лишь одного нам не дано

На месте постоять.

Спешим с восхода на закат

Настранствоваться всласть

И возвращаемся назад

На миг к корням припасть.

Я шел по южным берегам

И горько возрыдал;

Бродя по северным снегам,

Судьбину проклинал.

Ходил на запад, на восток,

Везде одна беда:

Наступит ночь и всходит в срок

Манящая звезда.

Давно уж юность отцвела

Зеленою весной,

И зрелость летом отошла,

Украсив сединой.

Листвою осень шелестит

И, взор туманя мой,

О чем-то тихо говорит

С грядущею зимой.

Но в этой жизни суждено

Нам всем по кругу мчать,

И одного лишь не дано

На месте постоять.

Тревис уронил стаканы на стойку, и несколько штук разбилось. Аплодисменты смолкли, зрители завертелись на своих местах, пытаясь понять, что произошло. Тревис молча смотрел на Дейдру, завороженный музыкой, не в силах пошевелиться.

Откуда она знает эту песню?

Дейдра, сидевшая в дальнем конце салуна, заметила его реакцию и нахмурилась. Она встала, положила мандолину и начала пробираться к Трсвису между столами и стульями. Короткое мгновение, и вот уже тут и там возникли разговоры, кто-то сунул монетку в музыкальный автомат, какая-то женщина попросила у Тревиса пива, но руки не слушались его. К счастью, Макс стоял рядом и не заметил потрясения, написанного на лице Тревиса. Он обслужил клиентку.

Дейдра подошла к стойке.

– Кто научил тебя этой песне?
– спросил Тревис севшим голосом.

Она удивленно смотрела на него своими миндалевидными зелеными глазами.

– Что-то случилось, Тревис?

Он вцепился в край стойки так, что побелели костяшки пальцев.

– Песня. Где ты ее слышала?

– Пару лет назад меня научил один бард.

Пол закачался под ногами Тревиса. Фолкен? Неужели она знакома с Фолкеном Черной Рукой? Невозможно!

Так же невозможно, как путешествие в другой мир? Невозможно, как существование волшебства?