Цивилизации долины Нигера
Шрифт:
Как говорят, покровитель Сундиаты Фаринг Бурема Тункара, хотя и был недоволен уходом молодого мандингского принца из его страны, но не пожелал ему препятствовать. Более того, он даже дал ему вооруженный отряд, чтобы ему было легче сражаться с Сумангуру.
Мандингские вожди один за другим присоединялись к Сундиате и передавали в его распоряжение свои войска. [34]
Однако бесспорной верховной власти Сундиата достиг не сразу: на землях Мандинга существовало до 40 автономных областей, каждая со своим клановым вождем. Не все они сразу захотели признать верховную власть царя, не говоря уже о том, что Сундиата был моложе многих из них. [35] И все же в конце концов Сундиата стал верховным властителем Мандинга. Это подтверждает и тот факт, что вождь племени Бобо [36] (из нынешней Верхней Вольты) подкрепил армию Сундиаты полутора тысячами лучников.
34
Верховную власть Сундиаты признали (среди прочих) вожди клана Камара-Табо Фран Камара, клана Траоре — Даманса Улани и его брат Уламба, вождь рода кузнецов из клана Коромба по имени Бана Факоли, который был сыном брата Сумангуру и хотел отомстить дяде за то, что тот увел его жену, а также вождь клана Конате-Сиара Куман Конате, и вождь племени Конде — Фаони Конде. — Прим. авт.
35
Легенды говорят вообще о «молодом Сундиате», хотя, по словам Ва Камисоко, ему было лет 45, когда он пришел к власти.
Этот же гриот сообщает, что правление Сундиаты продлилось столько же лет; конечно, это возможно, так как известно, что некоторые африканские цари доживали до глубокой старости; но не исключено, что эти цифры не следует понимать буквально.
Из племенных вождей против Сундиаты выступили, в частности, Дього Макан, Дьиги и Колен Маса Турукелен, однако полководец Сундиаты — Тирамахан Траоре — победил их. По одной легенде, он одержал победу потому, что подданные этих вождей слышали, что Сундиата обещал отменить рабство, и потому они не желали сражаться против него; по всей вероятности, это объяснение позднего происхождения.
Вуре-Вуре Соломани отказался признать Сундиату царем, но он переселился вместе со своими сторонниками из кланов Камара, Таравеле и Конате из старых мест обитания в район современного Мопти, где в наши дни живут догоны.
Не признал Сундиату своим сюзереном также Ниани Маса Кара Камара, царь Нианикурула, и это оказалось для последнего роковым. Легенда (в ней есть явные совпадения с историей о Сумангуру и его ненасытном сластолюбии) рассказывает, что Ниани был убит тем самым Факоли Думбиа, который покинул своего дядю Сумангуру из-за того, что тот похитил его жену. По преданию, у Ниани Маса Кара было 370 жен. Его любимой женой была Кенда Кала, которая, по легенде о Сумангуру, была поначалу именно женой Факоли. Кенда Кала не была, однако, довольна своим положением у Ниани и обещала Факоли убить своего мужа, если Факоли сделает ее любимой женой. Факоли уже обещал Сундиате убрать с его пути противящегося ему Ниани Маса Кара. Однажды ночью, когда Кенда Кала приготовила своему мужу купание и он снял панцирь, Факоли проскользнул в покои вождя, куда Кенда Кала заранее открыла 44 двери.
Когда коварная женщина намыливала мужа, она уронила в бассейн свое большое украшение. Факоли (по этому сигналу) вошел и поразил его стрелой в левый бок. Однако перед смертью старый царь успел предостеречь своего сына Маса Дан Ни Кама о коварстве женщин. Кенда Кала ожидала, что в награду она станет любимой женой Факоли, но он нисколько не думал об этом, поскольку был уверен, что при удобном случае Кенда Кала обманет и его, и он «убил ее как собаку».
Приведенная легенда, в которой обращают на себя внимание множество совпадений с легендой о Сумангуру, представляет хороший пример того, как народные песни и предания противоречат друг другу. По имеющимся версиям легенд невозможно создать никакой хронологии, которая объединяла бы их героев — Сумангуру, Факоли и Кенда Кала: герои меняются, а смысл легенд остается прежним.
Ва Камисоко перечисляет в пределах Мандинга 27 маленьких царьков: Тира Макан Таравеле, Мандинг Факоли Думбиа, Маса Денкаран Туман Конате (сводный брат Сундиаты), Танан Маса Конкон Камисоко, Ниани Маса Кара Камара, Сиби Нунанфаран Камара, Табу Нунанфаран Камара, Маса Дан Ни Кама, Френифо Камара, Басири Камандиан, Ниенкема Нунанфаран Камара, Бумболо Рамини, Канкун-Муса (он же Конго Муса), Колен Маса Турукелен, Кола Маса Ден Туруме, Белен Фака Белен, Дьиги Макан Дьиги, Финадугу Коман, Канкун Богори, Нан-Командиан, Барафинг-Бандиугу, Фадиги Думбиа, Сома Диоби Конате, Самала Бамба, Тафоу Мауса, Маса Бринбан и Вуре-Вуре Соломани. — Прим. авт.
36
Народ бобо расселен ныне как в Республике Буркина Фасо (Верхняя Вольта), так и в Республиках Мали и Кот д'Ивуар. — Прим. ред.
Противоборство Сундиаты и Сумангуру
Вернувшись из изгнания, Сундиата основал свою резиденцию в Дакадиалане на берегу Нигера, примерно в 42 км к югу от современного Бамако. Затем он сразу занялся снаряжением своего войска. По преданию, он отправил Вуре-Вуре Соломани (его иногда называют сводным братом Сундиаты) закупить лошадей в Катиори. Тот купил лошадей, но на обратном пути их отнял у него Дьолоф Канса, когда Вуре-Вуре Соломани проходил через его земли. Правитель Дьолоф насмешливо назвал Сундиату, по поручению которого действовал Соломани, «охотником» и послал ему три пары сандалий.
Сундиата не собирался отказываться от своих лошадей и послал за ними своего известного военачальника Тирамахана. Рассказывают, что в решающей схватке Дьолоф Канса перевоплощался 17 раз, что свидетельствует о его незаурядных возможностях как чародея, но все же был вынужден обратиться в бегство, так как Тирамахан сумел принять 27 различных обличий.
В конце концов правитель Дьолоф попытался спрятаться, но военачальник Сундиаты настиг его в убежище и убил, захватил его город и отправился восвояси с лошадьми и несметной добычей, в том числе отсеченной головой Дьолофа Канса, золотым троном, золотым и серебряным копьями. Победу Тирамахана отпраздновали в Дакадиалане. Рассказывают, что Сундиата сам восславил в песне своего военачальника. [37]
37
Сражение весьма напоминает единоборство Сундиаты и Сумангуру, в котором метаморфозы играли заметную роль. — Прим. авт.
Сундиата вовсе не пытался скрыть от Сумангуру свое возвращение в Мандинг и тем более намерение освободить свой народ от власти царя Coco. Сразу же по возвращении в Дакадиалан он послал своего гриота Нианкула Дуа сообщить Сумангуру, что в Мандинге теперь новый властитель. Прибыв на место, в город-крепость Сумангуру, гриот был вынужден много дней ждать аудиенции.
По легендам, дворец царя Coco был так полон суеты и суматохи, что никто не обратил ни малейшего внимания на посланца Мандинга. Если действительно было так, то, скорее всего, это было вызвано желанием Сумангуру унизить посланца, господина которого он не желал признать равным собеседником. В конце концов гриот набрел на помещение, в котором Сумангуру хранил принадлежности для чародейства. На стене висел балафон, [38] и гриот, будучи искусным музыкантом, не устоял перед соблазном сыграть на нем. Услышав музыку, Сумангуру бросился на звук, пораженный виртуозной игрой. Тут-то гриот и сообщил ему, что Сундиата вернулся в Мандинг.
38
Балафон — музыкальный инструмент, подобный ксилофону, имеет 16–19 ударных клавиш (брусочков?). По некоторым источникам, это был первый музыкальный инструмент, который стали употреблять гриоты-мандинго. — Прим. авт.
Новость не застала Сумангуру врасплох, однако в тот момент он был больше всего озабочен тем, чтобы оставить у себя столь замечательного музыканта, поэтому объявил, что не отпустит его на родину. Чтобы замести следы, Сумангуру дал гриоту новое имя — Бала Фасиги Куяте. Первая часть имени восходит к инструменту, которым тот так мастерски владел: «фасиги» — «ахиллесово сухожилие», которое Сумангуру перерезал гриоту, чтобы не дать ему бежать. [39]
Когда Сундиата заметил, что посол не вернулся, он послал Вуре-Вуре Соломани потребовать от Сумангуру объяснений. Поездка Вуре-Вуре к Сумангуру оказалась столь же безрезультатной, как в свое время к Диоло-фингу: он не принес ничего, кроме нескольких пар сандалий, в знак того, что и Сумангуру считает Сундиату всего лишь охотником.
39
По версии предания о Сундиате, зафиксированной гвинейским ученым Дж. Т. Нианем, Бала Фасеке (Фасиги) Куяте был сыном Ньянкумана Дуа, гриота отца Сундиаты — Наре Фа Магана. — Прим. ред.
Теперь Сундиате предстояло самому отправиться в путь. Устная традиция передает рассказ о его встрече с Сумангуру: поэтическое соревнование царей показало, что время совещаний прошло.
Сундиата: Я вернулся, Сумангуру! Верни мне моего гриота, загладь зло, причиненное моему союзнику, и обещай, что никогда более не совершишь грабительского набега на Мандинг!
Сумангуру: Царь Мандинга — я, ибо я завоевал его силой моего оружия. Я — растущий на камнях корень дикого ямса, а ты — всего лишь солома, горящая на ветру! Правитель Мандинга — я!
Сундиата: У меня есть семь таких кузнецов, что сотрут в порошок твои скалы, а тебя, корень ямса, я съем!
Сумангуру: Ты не знаешь, что я — ядовитый гриб, растущий в поле; он вызовет рвоту из жадного рта.
Сундиата: Я — голодный цыпленок, и яд на меня не подействует, Сумангуру! Эту шкуру не разделить на двоих царей, я желаю иметь Мандинг!
Сумангуру: Ты получишь то, чего желаешь, наглец! Ты узнаешь, маленький дурак, что я — царь царей!
Когда Сундиата узнал, как Сумангуру поступил с его гриотом, сражение стало неизбежным.
Проба сил произошла в Таумбара. Сумангуру одержал в этой битве победу, так же как и во второй, которая состоялась около его города-крепости Умбара. Но Сундиата не отказался от борьбы, он решил напасть на Канкинианг, город в самом сердце земель coco. To была схватка между Факоли, военачальником Сундиаты, и Йибирилой, полководцем Сумангуру. Накануне битвы Факоли поклялся, что его всадники голыми руками убьют десять знаменитых всадников Йибирилы. «Если не сдержу своей клятвы, пусть оденут меня в женское платье и презирают все женщины и мужчины мандинга».
В военное снаряжение Йибирилы входила волшебная стрела. Полководец coco держал ее в руке, и она сама летела по его приказу во врага, поражая по пути туда и обратно по семь бойцов противника. Сражение закончилось великой победой Факоли: его воины уничтожили всадников Йибирилы, причем с таким превосходством, что рыцарственный Йибирила приказал своим гриотам петь хвалебный гимн полководцу Сундиаты. Сам Факоли одержал верх в единоборстве с Йибирилой, одолев его прежде, чем тот успел выпустить свою волшебную стрелу. Единственным пятном на героическом деянии Факоли было то, что в ходе схватки он сломал своему врагу руку и ногу, что считалось недостойным военачальника. Поняв, что он побежден, Йибирила сказал: «Ах, Факоли, людям свободным, как мы, следует умирать без мучений!»
В то самое время, когда Факоли одержал победу над Йибирилой, отрядам, которыми командовал Сундиата, пришлось немного отступить. Положение осложнилось: войска мандингов измучились и устали в ходе битвы, и, что хуже всего, среди воинов распространился слух, будто чары Сумангуру сильнее чар Сундиаты и, следовательно, сражение безнадежно. Тогда в дело вмешалась сестра Сундиаты-Колонкан. [40] Она следила за ходом битвы и была уверена, что Сумангуру можно победить только дипломатической хитростью. Она предложила Сундиате послать ее в лагерь царя Coco, чтобы выяснить, на чем основаны его военные успехи.
40
В других версиях Колонкан выступает под именем Ниякаланг Юма Сусо или Мениамба Суко. — Прим. авт.
Сестра Сундиаты, которая, по преданию, была самой красивой женщиной как в царстве мандингов, так и в царстве coco, сумела хитростью пробраться в крепость Сумангуру — Канкинианг. Она верно рассчитала: царь Coco с первого взгляда влюбился в нее и оказал ей величайшее внимание. Война тянется слишком долго, говорила ему Колонкан, поэтому она покинула Сундиату. Ведь он собирался выдать ее замуж за Факоли, а они мечтала выйти замуж за великого Сумангуру. Она прибавила, что расскажет царю Coco все тайны мандингов, чтобы ему легче было выиграть следующее сражение, и тогда война кончится.
Сумангуру, не веря своему счастью, стал готовиться к ночи любви. Он приказал, чтобы во дворец не впускали ни одной женщины, только его мать могла остаться там. Легенды повествуют, что с наступлением ночи, когда Сумангуру был во власти желания предаться любви с сестрой Сундиаты, она предложила: пусть каждый сначала расскажет свои тайны, ведь между любящими не должно быть секретов. Сумангуру уже был готов поделиться своими тайнами, но его старая мать — до этого она тихо сидела в углу — остановила его, напомнив, что нельзя рассказывать всех тайн «женщине на одну ночь».