Цивилизации долины Нигера
Шрифт:
Так Соголон вернулась с пустыми руками и поникшей головой. Но Сундиата не сдавался, он убеждал мать попросить царского кузнеца выковать ему железные костыли. Они оказались такими большими и тяжелыми, что поднять каждый из них могли трое взрослых мужчин. И все же, едва Сундиата попытался встать на костыли, как они подломились под его тяжестью. [27]
Попытка Сундиаты собрала зевак, и те удивлялись, как же Сундиата может встать на ноги, если даже железные костыли его не выдерживают. Но для самого Сундиаты вопрос был ясным, и он сказал зрителям: «Если дитя падает, на ноги ставит его мать». И чудо свершилось: Соголон помогла Сундиате встать на ноги, и он начал ходить. Первым делом он пошел к обезьяньему хлебному дереву, которое росло посреди деревни, и свалил его так, что вершина упала у входа в дом его матери. Сундиата сорвал с дерева один-единственный бывший на нем плод и съел его. Ведь предсказатели говорили именно так: кто съест плод обезьяньего хлебного дерева, тот будет царем Мандинга, и власть его будет длиться сто лет. [28]
27
В африканской традиции царей часто рисуют в физическом отношении более могучими, чем простые люди. Это характерно и для многих других культур. Рассказ о костылях Сундиаты содержится в песнях о Сундиате гамбийского гриота Банна Кануте. — Прим. авт.
28
Согласно другой легенде, будущего царя Мандинга искали, предлагая желающим примерить штаны. Кому они подойдут, кто сможет в этих штанах встать на ноги и ходить, тот и станет царем. Все братья Сундиаты примеряли эти штаны, но всем они были велики. Когда же настала очередь Сундиаты, штаны пришлись ему впору, хотя сначала их пришлось даже немного увеличить в размере! — Прим. авт.
Как только Сундиата встал на ноги и сломал обезьянье хлебное дерево, сразу все 14 главных сигнальных барабанов Мандинга сами загремели. Услышав барабанный бой, царь и старейшины племен прибыли на место событий. Когда царь удивленно спросил, зачем Сундиате понадобилось валить дерево, тот ответил, явно наслаждаясь ситуацией, что он был вынужден это сделать, так как иначе его мать не могла получить нужных листьев. Царь помнил предсказание насчет плода дерева, но все же спросил, зачем Сундиата его съел.
Ко всеобщему изумлению, Сундиата ответил, что он не собирается соперничать из-за короны, а из отцовского наследства хотел бы получить лишь его гриотов. Затем Сундиата отправился в дом церемоний, и, прежде чем он оттуда вышел, отец его умер. [29]
Все гриоты отца Сундиаты были отнюдь не в восторге от нового господина; ведь он отказался от остального наследства и, следовательно, был бедным царевичем. Из чувства лояльности гриоты не покидали Сундиату, хотя некоторые из них в душе желали его смерти — тогда бы они могли перейти на службу к более состоятельному владыке. Легенды рисуют яркую картину попыток молодого Сундиаты умилостивить своих гриотов: в качестве жалованья он собирал им в лесу мед и ловил за отсутствием другой еды кошек, а однажды, попав в отчаянное положение, даже отрезал кусок собственного бедра и приготовил еду гриотам — более ничего у него не было.
29
Решение Сундиаты отказаться от всего наследства, кроме гриотов, очень четко указывает на ценностные нормы мандингского общества. Гриоты были хранителями знаний и навыков, а это было необходимо для того, кто собирался овладеть властью. Для Сундиаты содержание гриотов было связано с практическими трудностями, поскольку, отказавшись от остального наследства, он был беден. Гриоты же очень хорошо знали себе цену, поэтому они требовали от своего господина подарков и знаков внимания. Минимум, которого они ожидали, — это хлеб насущный, но и им обеспечить гриотов было не всегда легким делом для Сундиаты. — Прим. авт.
Гриоты, со своей стороны, играли по отношению к хозяину роль вдохновителей, ободрителен и критиков. Личное мужество считалось важнейшей добродетелью властителя, и гриоты немедля укоряли Сундиату, если замечали у него хоть малейший признак страха. Если в сражении он уклонялся от летевшей в него стрелы, гриоты спрашивали, уж не боится ли он смерти.
Сундиата в изгнании
После смерти Фа Магана (он же Фатакунг Макан) брат Сундиаты — Данкаран Туман — стал царем Мандинга, но на деле властвовала его мать. Боясь, что в лице Сундиаты существует угроза сыну, его положению, эта закулисная правительница сразу стала строить планы избавления от Сундиаты. В конце концов она обратилась к жрецам и приказала им убить Сундиату. В награду она обещала им целого быка. Жрецы стали обдумывать свою задачу.
Рассказывают, что Сундиата добывал пропитание охотой, и случилось так, что он охотился в той самой местности, где жрецы обсуждали, как его извести. Добыв двух слонов, довольный Сундиата отправился домой и случайно набрел на лагерь священнослужителей. Когда последние не ответили на его приветствие, он сделал им выговор, но тут же остыл и бросил им хобот слона (что было знаком его добычи), сказав, что они могут пойти и поделить одного слона между собой.
Дружелюбие Сундиаты смягчило заговорщиков, и, когда он собрался двинуться дальше, их предводитель стал уговаривать его покинуть страну, ибо иначе Сундиата не сможет осуществить те деяния, которые предначертаны ему в жизни. Сундиата сначала отказывался под разными предлогами, но, в конце концов, согласился уйти в изгнание вместе с матерью, сестрой и сводным братом Манде Бори (вторая сестра Сундиаты была в это время уже замужем).
Ни одна деревня Мандинга не пожелала приютить изгнанников. Из Табо, главного селения клана Камара, Сундиату со спутниками изгнали по приказу Сумангуру. [30]
Из Дьелибы, что расположена близ Кирины, Сундиата едва успел уйти, когда мать Данкаран Тумана подкупила местного вождя, который поначалу дружелюбно принял Сундиату и его маленькую свиту. Из другой деревни Сундиате пришлось уйти из-за завистников: он был не единственным молодым человеком, который мечтал о великом будущем. Легенда рассказывает о некоем Тамага Йондикей, который потребовал от Сундиаты доказательств его прав на корону Мандинга. Посредине деревни был поставлен котел с кипящим воском, в который было брошено кольцо, и тот, кто считал, что ему предопределено руководить государством, должен был голой рукой достать его оттуда.
30
В устной традиции сохранились многочисленные рассказы о взаимоотношениях Сундиаты и Сумангуру в период до решающего сражения при Кирине. Одна легенда (в которой есть совпадения с евангельской историей о царе Ироде) повествует, что предсказатели сообщили Сумангуру сразу в начале беременности Соголон, что в Мандинге зачат ребенок, который однажды свергнет Сумангуру. Последний сразу велел запереть всех женщин Мандинга в городе, окруженном стенами, и держать их там семь лет. Мальчиков, которые там рождались, сразу предавали смерти. Но поскольку беременность Соголон длилась семь лет, Сундиата спасся. Позже, когда Сундиата показал свою силу и, как выяснилось, мог ходить, слухи о человеке, который свергнет Сумангуру, вновь оживились, и царь Coco заинтересовался мандингским царевичем, ушедшим в изгнание. — Прим. авт.
Если он и впрямь будущий вождь, царь Мандинга, то воск не обожжет ему руки. Тамага Йондикей предложил это испытание Сундиате, и все были ошеломлены, когда он вынул кольцо из котла, не повредив руки. А когда Сундиата показал свою силу еще и в состязаниях по стрельбе, Тамага Йондикею пришлось признать свое поражение. Но при этом он прогнал Сундиату из деревни, сказав, что она тесна для столь великого мужа.
В конце концов Сундиата укрылся в селении Мема, [31] расположенном на озере Фагибине. Там правил царь по имени Фаринг Бурема Тункара. [32] В изгнании Сундиата совершенствовался в военном и охотничьем искусстве. Его мужество и мастерство покоряли молодежь, и со временем он начал руководить грабительскими набегами на соседние народы, прежде всего на земли coco. Сундиата приобрел такую популярность, что Фаринг Бурема Тункара задумал сделать его своим преемником.
31
По некоторым сведениям, убежищем Сундиаты служила Нема. — Прим. авт.
32
Ср. с легендой о Вагаду — Прим. авт.
Тем временем положение в Мандинге ухудшилось. Племена восстали против сумангуру, но Данкаран Туман оказался таким слабым государем, что Сумангуру удалось укрепить свою власть и стать неоспоримым повелителем страны. По преданию, Данкаран Туман в конце концов бежал в Кисидугу. [33]
Мандингские клановые вожди, боровшиеся с Сумангуру, поняли, что сумеют победить государя coco только общими усилиями, и стали искать полководца для объединенных войск. Естественно, их выбор пал на Сундиату: он был сыном прежнего царя и сводным братом бежавшего. Трудность заключалась в том, что вожди мандинго не знали толком, где искать Сундиату и его брата. Единственное, что им было известно, что он переселился «на восток, на берега большой реки». Вожди мандингов решили направить послов на поиски Сундиаты, с тем, чтобы просить его возглавить борьбу против Сумангуру.
33
Данкаран Туман был не единственным царем, который отступил с пути царя Coco: устав от войн и вызываемых ими тяжелых жертв, вождь мандингов Барафинг-Бандиугу переселился со своей территории вместе со своими племенами далеко на западное побережье Африки, где основал царство, которое назвал своим именем. Это Бандиугу представляет собой, по мнению Ва Камисоко, малий-ское название современной Гамбии (и ее столицы) Банджули: Бандиугу — Бандиулу — Бандиул — Баньюл. — Прим. авт.
Устная традиция проявляет здесь особую скрупулезность: она поименно перечисляет многих членов этой миссии. В числе их названы Мандиан Берете, брат первой жены отца Сундиаты, уроженцы Ганы марабуты Сириманка Туре и Мара Сисе. Предание описывает осторожность действий посланцев. Прибыв в какую-нибудь деревню, они никогда не спрашивали напрямик, живут ли здесь чужие люди. Нет, они направлялись на рынок как торговцы мандингскими деликатесами, вроде земляных орехов и великолепных томатов, надеясь, что любимые лакомства непременно привлекут мать или сестру Сундиаты. Именно так в конце концов и случилось с его сестрой. И тогда посланцы смогли изложить Сундиате свою миссию.
Но не успели они довести свои речи до конца, как Сундиата уже сообразил, в чем дело. Он ждал этого дня, но все же хотел убедиться, что его час действительно настал. Согласно легенде, он углубился в лес и, встав под густым деревом, произнес: «Прорицатели и мусульманские ученые предсказали, что я вернусь в Мандинг и свергну Сумангуру. Если такова воля божья, пусть опадут листья этого дерева и оно засохнет на корню». Едва Сундиата умолк, как все листья упали наземь. Будучи человеком осторожным, Сундиата пожелал убедиться, нет ли здесь случайного совпадения, и потребовал, чтобы листья вернулись на свои места; если ему должно возвращаться на родину.
Когда произошло и это, Сундиата с облегчением вернулся в деревню. Но его старая мать была больна, и он понимал, что ей не перенести тягот пути и тем более тревог и смятения, царящих на родине. Обдумав за ночь сложившееся положение, Сундиата поутру вернулся в лес и объявил, что если ему суждено вступить в бой с Сумангуру, то пусть его мать спокойно умрет, прежде чем он отправится в путь. Если же мать будет жива, то он, Сундиата, останется в изгнании, чтобы заботиться о ней. На обратном пути в деревню Сундиата узнал от сестры о кончине матери. Теперь Сундиата уверился, что ему нужно возвращаться на родину.