Чтение онлайн

Для государств Запада права человека являются средством для достижения политических и экономических преимуществ. Права человека или их отсутствие дают политикам потенциал всегда и везде вмешаться в ситуацию, которая может принести дополнительную выгоду. Например, изменить условия договоренностей, отказаться от обязательств, давать кредиты под высокие ставки, ввести ограничения на ввоз продукции. Права человека – это универсальное средство в конкурентной борьбе между государствами за власть, влияние и природные ресурсы.

Права человека – это сущностная ценность западной цивилизации, которая подменила христианскую догму спасения души. Подчеркнем - индивидуальной души человека. Отсюда – ценность жизни и право отдельного человека на свободу выбора. Душа западного человека искажается нормами потребительского общества материального благоденствия, страдает от потери смысла бытия, попадая в зависимость от плотских пороков удовольствия.

Хлеба и зрелищ – вот основной запрос общества западного типа, потребительская ядро которого вполне соответствует такой политике: народ получает «хлеба и зрелища» а элита - прибыли и власть над народом. Круг замкнулся.

Католический путь христианства постепенно скатился к ценностям, которые проповедовали язычники. Это те язычники, которые отстранили церковь от государства и дискредитировали веру в Бога. Печальный и закономерный конец общества, выбравшего путь самообмана и лукавства с совестью.

Но человек так устроен, что душевные страдания должны быть как-то компенсированы. Он не может постоянно обманывать, убивать, насиловать. Человеку нужны оправдания, что бы его не мучила совесть. Проще говоря, человек устроен так, что его душа стремится избавиться от постоянных страданий и мучений.

Если католическая и протестантская церкви уже давно, хотя и постепенно отодвигаются на задворки государственной и общественной жизни, что остается простому человеку взамен веры в Бога? Правильно – заменить идею Бога чем-то вполне сопоставимым по масштабу и вере: борьба за коммунизм, за чистоту арийской расы, за социализм, борьба за права человека. То есть опять – за справедливость, за равенство и, прости Господи за словоблудие, за братство.

Борьба за права человека помогают облегчить страдания души человека западной цивилизации. Эта борьба напоминает картину, когда два человека каждый день моют руки и лицо грязной водой и убеждают друг друга, что запах помоев – это запах чистоты. А для общения с другими людьми, которые еще не отвыкли от чистой воды, они употребляют дезодорант, который «делает жизнь восхитительной».

Однако точно также как моральный кодекс строителя коммунизма в СССР не мог заменить христианские ценности, хотя во многом был списан с них, права человека на Западе не могут заменить христианскую духовность. Почему?

Потому что христианские ценности основаны на вере в Бога. То есть на том, что находится внутри человека. Поэтому цель христианства – сам человек: спасение его души. Идеология же прав человека базируется на использовании человека как средства для достижения целей.

Душа атеиста все равно будет метаться, а совесть мучить и ранить. Как и верующего. Отличие в том, что верующий кается, очищая душу, а атеист упорствует в заблуждении до момента сначала духовного, а потом и физического саморазрушения. Сущность духовной жизни в том, чтобы опираться на вечное, абсолютное, истинное, а сущность бездуховной жизни – руководствоваться относительным, временным, иллюзорным.

Однако если религиозные ценности вытесняются правами человека, свободная личность неизбежно тяготеет в сторону превосходства одной нации (цивилизации) над другой. Группа наций также легко может договориться о превосходстве своих народов над другими. И тут – опять рукой подать до фашизма.

Вопреки расхожему мнению, история ничему людей не учит. Тем более тех, кто учиться не хочет.

В современном западном мире по разным причинам происходит стремительное смешение естественных и привычных понятий в сторону искусственно придуманных смыслов и представлений о добре и зле. Например, внедрение в обыденное сознание принципа толерантности, то есть терпимости по отношению к различным идеям, людям и поступкам, создает возможности для «плохих парней» не только выживать, но планировать и осуществлять свои планы при помощи насилия и обмана.

Вроде бы позитивная и я бы сказал – христианская мысль – быть терпимым к людям, однако эта терпимость, в западной цивилизационной интерпретации, увеличивает насилие и нетерпимость. Это значит, что высокий христианский смысл слова «любить» был постепенно вытеснен бездуховным – быть толерантным.

Мама, любя свое дитя, не будет терпеть, когда ребенок плохо себя ведет. Мама поправит, убедит или даст шлепка, когда логика или личный пример не действует на ребенка. Быть терпимым к слабостям человека, не означает соглашаться с его убеждениями, которые оправдывают слабости и пороки.

Западная толерантность, основана не на духовности, а на страхе перед законом. Искусственное насаждение представлений о правах человека лишают привычные понятия традиционного смысла, разрушают традиции и в конечном итоге лишают общество истоков и корней. Терпение, как воздушный шарик, лопается от прикосновения с чем-то острым, и толерантная улыбка превращается в оскал ненависти. Идеология эгоизма легко встраивается в идеологию фашизма. И наоборот.

Гитлер только двенадцать лет пытался доказать превосходство арийцев над всем остальным человечеством. Всего двенадцать лет! А сколькими десятками миллионов невинных жертв заплатили европейцы за иллюзии в отношении свобод и прав личности! А сколько заплатят еще, если позабудут недавнее прошлое, и не будут замечать «новых» форм развития старых идей превосходства!

Механизм становления фашизма прост: человеку свойственно на подсознательном уровне руководствоваться в поступках такими простыми понятиями, как свой-чужой, хорошо-плохо, лучше-хуже, выгодно-невыгодно, понятно-непонятно. Фашизм просто и доступно объясняет «своим», что они – лучшие. Приводит примеры и доказательства.

Неудачи государства объясняются происками внешних врагов. Достижения и успех легко выдается как результат природного таланта народа и лидера нации. Эти простые идеи сплачивает народ, дают ощущение защищенности и превосходства. Ну, а от соблазна сильной нации объяснить свои преимущества принадлежностью к более высокой цивилизации, мало кто может устоять.

Права человека в Европе возвели в догму, которая стала влиятельнее, чем вера в Бога. Права человека, проистекающие, как мы показали ранее, из христианской идеи равенства всех перед Богом, а в последующем – в буржуазное право равных возможностей на Земле, постепенно превратились в икону и знамя буржуазной демократии.

В храм перестали ходить, а стали молиться ступеньке, которая ведет к храму. Дерево стало важнее леса. Закон стал святее веры. Абсолютом стала относительность.

Нельзя любить преступника и убийцу, но можно любить то духовное начало, которое еще сохранилось в душе преступника. Нельзя простить грехи, но можно способствовать покаянию души.

Не бывает равных возможностей, хотя бы потому, что у каждого человека разные способности. У людей есть равное право руководствоваться заповедями, но не каждый способен их выполнять. Поэтому чистая душа хорошего человека имеет очевидные преимущества перед грязной душой плохого человека, как в этой жизни, так и в последующем своем существовании.

Западная цивилизация сместила акцент с равных возможностей перед Богом на равные права личности перед законом. Потребительское отношение к миру на Западе явно превалирует над духовным. Из-за данной дисгармонии и произрастают многие вызовы и риски, связанные с проблемой прав человека.