Шрифт:
помня об
Аркадии Натановиче Стругацком
помня о
Борисе Натановиче Стругацком
… Ну и, конечно, о Жюле Габриэле Верне и его "Таинственном Острове", "проглоченном" автором в двенадцатилетнем возрасте с фонариком под одеялом.
…а что бы сделал ты?..
(Константин Перевозников)
Костя мой шурин – эрудит и заядлый филокартист. Его вопрос после более чем поверхностного прочтения сия повествования стал эпиграфом, чем мой родственник и прославился…
Вопрос номер два читателю от автора: а смогли бы Вы привести примеры из так называемой художественной литературы, после прочтения которых, у Вас "бегали" бы мурашки по кожному покрову?
Если "ДА" – присылайте мне на e-mail, я коллекционирую такие раритеты. Пока моя коллекция немногочисленна.
КНИГА ПЕРВАЯ
ПРОЛОГ
ЭПИЗОД 1
Надежда 31 год
Звук на низкой частоте с модуляциями. Модуляции будут меняться в зависимости от происходящих событий, но низкий звук будет сопровождать действия во всех начальных эпизодах кроме 8-ого. Весь экран занимает фрагмент буквы "Ц" нижний хвостик. Букву заливает дождь. Обратная трансфокация (камера движется назад), теперь видна вся буква "Ц" рядом с другими буквами: "Больница". Обратная трансфокация, теперь видна металлическая доска на стене дома, надпись: "Городская Инфекционная Больница № 2". Обратная трансфокация, теперь видно, что доска висит рядом с дверью старого здания, вокруг него деревья, перед входом небольшая круглая асфальтовая площадь, в её центре памятник Ленину. Понятно, что камера расположена высоко. Обратная трансфокация, теперь видно само здание целиком, улица перед больницей, слева стройка. Рекомендуемое место натурной съёмки: Россия, Санкт-Петербург, Васильевский Остров, Большой проспект 85, Покровская больница (старый вход). Перемещение кадра вверх на серое дождливое небо. На его фоне с трудом угадывается некий объект неопределённой формы. Звук удара, изображение резко переводится на источник звука – молот на соседней стройке начинает заколачивать сваю. Короткий закадровый звук другого тона на фоне непрекращающегося звучания основного тона на низкой частоте, камера на дверь больницы. Из неё выходит женщина. Стройная, невысокая, застывшее лицо, красные заплаканные глаза, в левой руке большая сумка, в ней видны игрушки, детские вещи. Идёт медленно, не замечая дождя. Из дверей выскакивает тётка в синем халате, кричит: "Женщина, зонтик забыли! ". Та не слышит, идёт дальше. Тётка её нагоняет, суёт зонтик, женщина механически его берёт, смотрит на него недоумённо, держит его за ручку, не раскрывая, ставит перед собой, как будто он открыт. Её лицо, волосы, плечи заливает дождь. За кадром голос женщины, говорящей с собой: – "Зачем. Мне. Дальше. Жить. Не хочу. " – Слова произносятся в ритм звуков забиваемых свай. "Какая-то банальная скарлатина… Двадцать первый век…" – Глядя только себе под, ноги она наступает на цветы на клумбе памятника, останавливается, поднимает голову, обходит монумент, идёт к выходу из больницы. – "А может, что-то ещё было, а от меня скрыли? Какая теперь разница, Никитку уже не вернёшь. За что мне такая судьба? Год назад Гриша… Нет, надо как-то жить… как я теперь буду одна, ведь у меня никого не осталось. Надо бы зайти в магазин, что-то купить поесть. Вон, напротив, через дорогу". Сходит с тротуара, проходит между припаркованными машинами, собирается поперёк переходить улицу. Слева идёт автобус. Кадр из автобуса глазами водителя: справа из-за стоящих машин внезапно появляется пешеход, смотрящий перед собой. Водитель резко тормозит, женщина-пешеход замирает перед автобусом. Кадр глазами женщины: приближающийся автобус в двух метрах, всё ближе… Голос женщины: – "Откуда автобу..!?" Стоп-кадр: автобус в полуметре от неё. Перевод кадра на небо, висевший объект резко снижается, садится перед автобусом, становится видимым. Серый куб метра два на два на два. Его стенки пропадают, видна платформа, на ней какое-то оборудование и два длинных цилиндра. Кадр: женщина в застывшем неестественном положении, расстояние между ней и перед автобусом стало меньше на сантиметр. Из платформы появляется существо в виде толстого полотнища полметра на метр неопределённого цвета, постоянно меняющего форму: из него "вырастают" различные манипуляторы, оно подлетает к женщине, захватывает её, укладывает на дорогу. Все манипуляции с женщиной существо выполняет очень медленно и осторожно, остальные действия быстры, но чётки и аккуратны. Появляется второе существо, аналогичное первому, оно раскрывает один из цилиндров, достаёт из него обнажённое тело молодой женщины. Первое существо неторопливо снимает одежду и неказистое дешёвое нижнее бельё, затем тонкое кольцо и серьги с женщины, лежащей перед автобусом. Рядом с ней кладут второе тело – из цилиндра. Оба женских тела абсолютно идентичны – одно лицо, одинаковые причёски и фигуры. Существа очень быстро надевают одежду со снятой с женщины на тело – копию из цилиндра. Кадр: автобус сдвинулся ещё на сантиметр. Обнажённое тело женщины укладывается во второй цилиндр, тело, одетое в её одежду устанавливается в положение женщины так, как была женщина перед автобусом, в её руках закрепляют сумку и зонтик. Кадр: между автобусом и телом копии женщины зазор в пару сантиметров. Существа сворачивают своё оборудование, появляются стенки куба, он снова становится почти невидимым, взмывает вверх. Конец стоп-кадра: женщина перед автобусом. Разблокировка стоп-кадра: автобус сбивает женщину, её тело деформируется стенкой автобуса, отбрасывается вперёд, автобус, тормозя, наезжает на него передним колесом.
ЭПИЗОД 2
Сергей 40 лет
Звук на низкой частоте с модуляциями. Весь экран занимает фрагмент буквы "Ц" – нижний хвостик. Обратная трансфокация, теперь видна вся буква "Ц" рядом с другими буквами. Можно прочитать "Циркъ Чинизелли". Обгоревшая старая афиша конца XIX-го века под снегом. Ночь, слабое освещение. Камера на ночное небо, на фоне полной луны угадывается объект неопределённой формы. Камера вниз. Обратная трансфокация, кусок афиши лежит на пепелище рядом с другими обгоревшими предметами – старыми вещами и предметами утвари. Обратная трансфокация, дачный участок со сгоревшим домом, у забора баня. Из бани выходит мужчина, подходит к забору, писает. Оглядывается на пепелище, смотрит на луну, объекта на фоне Луны не замечает. Возвращается в баню, камера за ним. Интерьер бани, голая лампочка, на полу матрас с подушкой без наволочки, горящая печь, столик под клеёнкой, на столе бутылка водки, стакан, ломоть хлеба, колбаса, огурцы в банке. Рядом с банкой стоит советский латвийский радиоприёмник Spidola. Звучат позывные станции Маяк. В углу бани, сваленные в кучу, грязные предметы: старинный пистолет, икона, смятый раструб граммофона… Мужчина лет сорока – пятидесяти с чёрной окладистой бородой, лысым черепом. Не трезв. Садится, наливает водку. Голос за кадром: "Всё… всё сгорело! Двадцать пять лет по крупицам, по зёрнышку; с каждой получки откладывал, чтобы купить, обменять, выклянчить ВЕЩЬ! Они же не понимают, что они выбрасывают! Каждый предмет это история, которую уже не вернёшь и не сделаешь такую красоту: какой был граммофон 1906 года, каминные часы 1865 года! Тарелка-репродуктор 1938 года… Эх! А всё из-за этой дуры! " Всю кварти-иру захламил! Жить невозможно!" А дачу даже не застраховал, да коллекцию же это не спасло бы! Не хочу возвращаться в город, к этой… Буду жить в бане. Надо бы заслонку в печке проверить… а, ладно! По последней, и спать…"– С трудом поднимаясь, мужчина валится на матрас. Стоп-кадр: мужчина застывает, не опустившись на постель. В бане появляется "полотенце" из первого эпизода, раздевает мужчину, у того под штанами белые кальсоны с завязками, существо снимает с него толстую золотую цепь с массивным крестом, захватывает обнажённое тело, выносит наружу. Кадр перед баней: знакомая по первому эпизоду платформа, второе "полотенце" извлекает из цилиндра тело идентичное вынесенному из бани, переносит его вовнутрь, надевает на него одежду мужчины и цепь. Фиксирует тело над матрасом так же, как было с телом мужчины перед стоп-кадром. Разблокировка стоп-кадра: муляж мужчины падает на матрас. Кадр: перед баней сворачивается оборудование, объект становится почти невидимым, исчезает.
ЭПИЗОД 3
Мария 35 лет
Звук на низкой частоте с модуляциями. Весь экран занимает фрагмент буквы "Ц" – нижний хвостик. Изображение неустойчиво. Обратная трансфокация, теперь видна вся буква "Ц" рядом с другими буквами. Можно прочитать: "Циклёвка". Обратная трансфокация. Кадр: заднее стекло высокого грузового фургона, автомобиль движется по многополосной дороге с интенсивным движением по второй полосе, камера движется за этой машиной, съёмка из автомобиля, следующего сзади. На стекле впереди идущего автомобиля надпись: "Паркет, укладка, циклёвка, залачивание". Камера поднимается: над сплошным потоком машин, вдалеке виден слегка различимый объект, движущийся в том же направлении. Обратная трансфокация. Шоссе, плотное движение, все ряды заняты. Голос за кадром: "Гады, чиновники, бюрократы!" – Кадр: салон автомобиля, едущего за грузовым фургоном с рекламой паркета. За рулём женщина, красивое, но злое лицо, на женщине платок-бандана.
– "Подумаешь, движок запорола! Ну не заметила красную лампочку, до последнего пункта-то оставалось всего пару километров! ". – Женщина – водитель пытается перестроиться в левый ряд, ведёт машину нервно: резко разгоняется, резко тормозит. Левый ряд плотно занят. – "Вы подвели всю кома-анду! Мы не можем Вам доверя-ать!" Ленку Павлищеву взяли! А она – даже не кандидат. Ну, они с ней ещё хлебнут в своей сборной. Да пошли они все в жопу! Чего сегодня все такие тормозные?! Сворачивай, чайник, паркетник-циклёвщик долбанный! Это же магистраль! Чего тянешься, как корова!? Сейчас я тебя справа! " Женщина резко перестраивается в правый ряд, кричит: – « Не-е-ет!!! Всё…" Стоп-кадр: перед её машиной в первой полосе в трёх метрах от её капота задняя стенка криво остановившегося грузового автомобиля, рядом с ним в метре стоит треугольник аварийной остановки. Стоп-кадр. Справа от её автомобиля и фурой появляется знакомый по первым эпизодам объект. Происходит та же процедура замещения тел: два существа в виде полотнищ преобразуются в нечто с захватами – манипуляторами, извлекают женщину в бандане из машины, кладут тело на асфальт между автомобилями. Одно из них снимает одежду с женщины, проверяет её пальцы и мочки ушей, ювелирных украшений на ней нет кроме тонкой цепочки с крестиком. После снятия головного платка оказывается, что женщина выбрита налысо. Второе существо извлекает из цилиндра её копию – муляж, укладывает рядом. У обеих красивые спортивные тела неотличимые друг от друга. Происходит обратный процесс – одевание одежды на муляж. Копию сажают за руль, закрывают дверь машины. Кадр: между капотом автомобиля женщины и стоящей фуры двадцать сантиметров. Объект исчезает. Разблокировка стоп-кадра: машина женщины в бандане врезается в задний бампер грузовика, её тело вылетает сквозь лобовое стекло – она не была пристёгнута и её тело "размазывается" по дверцам фургона.
ЭПИЗОД 4
Фома 39 лет
Звук на низкой частоте с модуляциями. Весь экран занимает фрагмент буквы "Ц" – нижний хвостик. Обратная трансфокация, теперь видна вся буква "Ц" рядом с другими буквами. Можно прочитать: "эвакуации". Обратная трансфокация. Вся надпись: "План эвакуации" и схема некоего помещения со стрелками. Обратная трансфокация. Шкафчики с узкими дверями; дверца, над которой висит "План" открывается, в шкафу – рабочая одежда. Мужчина начинает переодеваться в белый комбинезон. Он среднего роста, нормального телосложения, русый, на затылке слева небольшая седая прядь. Голоса на заднем плане: "Привет, Фома! Фома, доброе утро!" Мужчина, продолжая переодеваться, отвечает на приветствия. К нему подходит другой мужчина, обращается: " А мы и не знали, что ты у нас композитор… ну, иди, работай". Второй мужчина отходит. Первый закрывает шкафчик. Голос за кадром: – " Боже мой, что я тут делаю? Думал, месяц перекантуюсь, а вышло полгода! Если бы не уехал с ребятами в экспедицию, может, и удалось бы отстоять мастерскую. Два месяца нас не было, приехали, а вместо "Реставрации изделий прикладного искусства " – ресторан "Ленин с Нами и с Вами", причём у этих бандитов все бумаги в порядке, даже на паре бумажек моя подпись! Бороться бесполезно – и ресторанные "ленинцы", и менты, и чиновники – одна "семья – мафия"… Надо что-то менять, стыдно и глупо работать только ради денег, хотя то, что я делаю, людям нравится и это нужно; но я-то хочу, чтобы и мне нравилась моя работа, но здесь – конвейер, творчества – ноль! Одна отдушина – музыка. Как я был счастлив, когда по радио услышал самого себя, со своей песней! У меня будто крылья выросли, хотелось творить ещё и ещё. Этот тоже – начальник: "А мы и не знали, что ты у нас композитор, ну, иди, работай". Всё! Как будто у него работники – кто композитор, кто поэт, кто художник – не важно – главное, чтоб план выполнялся". – Выходит из раздевалки, идёт по коридору, бросает взгляд в окно, на крыше соседнего дома почти неразличимый объект, он его не замечает, входит в большое помещение – цех завода. – "Надо было в Америке остаться, но я бы там не смог – страна хорошая, но чужая".
Мужчина берёт угловую фрезу – "болгарку", руки у него немного трясутся, он подходит к заготовке оконной рамы, включает вилку в розетку.
" – На этой новой модели очень неудобно делать паз… сейчас приспособимся. Не подлезть никак…" Кадр: "болгарка" в его руках вырывается, он пытается её удержать. Стоп-кадр: в цехе появляется знакомый объект-куб из предшествующих эпизодов, повторяется процедура замены тел. Объект исчезает. Разблокировка стоп-кадра: "болгарка" полосует вращающейся фрезой шею мужчины, фонтан крови из сонной артерии. Мужчина падает.
ЭПИЗОД 5
Изольда 30 лет
Звук на низкой частоте с модуляциями. Весь экран занимает фрагмент буквы "Ц" – нижний хвостик. Обратная трансфокация, теперь видна вся буква "Ц" рядом с другими буквами. Можно прочитать: "Цитрамон". Обратная трансфокация. Пакетик с лекарством лежит в коробке из под обуви вместе с множеством других лекарств на столе у раковины. Обратная трансфокация. Кухня, старая мебель и устаревшее кухонное оборудование. На стене зеркало, в нём окно. Камера на зеркало: на фоне неба – знакомый объект. Обратная трансфокация. Женщина лет тридцати, лицо без косметики, усталый взгляд, очень красивые рыжие волосы, пытается неловко правой рукой резать овощи. Перекладывает нож в левую руку, получается не многим лучше. Голос за кадром: "Ни работы, ни мужика, ни дома. Хорошо бы родители подольше в своём Гоа проторчали! А то вернуться, совсем денег не будет, так хоть что-то от сдачи их квартиры. Угораздило же меня руку сломать, теперь не то, что флейту – поварёшку трудно держать. Врачи сказали, шансы на восстановление функций есть, но слабые. А оркестр со Славой в Австралию уехал, конечно, как же они без первой скрипки могут, а он и рад, конечно, от меня свалить. Мы ведь не расписаны, и он посчитал себя свободным. Тётка тоже недовольна, я же у него жила, теперь комнату её занимаю, за которую можно деньги получать. Удавиться хочется, полная безысходность. Рука ноет! Бессонница измучила".
Женщина откладывает нож, роётся в коробке с лекарствами, находит нужное. "Сколько принять: три, четыре, пять, шесть..?" Высыпает в ладонь не считая, добавляет ещё, потом ещё, высыпает всю горсть в рот, хватает чашку, наливает воду из-под крана, пьёт. Ставит чашку, мешком садится на пол, прислоняется к дверце, закрывает глаза. Стоп-кадр: появляется тот же объект, повторяется операция с переодеванием и укладкой тела женщины в цилиндр. Объект исчезает. Разблокировка стоп-кадра: муляж рыжеволосой женщины сидит на полу с мёртвым лицом.
ЭПИЗОД 6
Андрей 38 лет
Звук на низкой частоте с модуляциями. Весь экран занимает фрагмент перевёрнутой буквы "Ц" нижний хвостик. Обратная трансфокация, теперь видна вся перевёрнутая буква "Ц" рядом с другими буквами. Можно прочитать перевёрнутый заголовок "Царица ночных клубов" на листе бульварной газеты. Обратная трансфокация. Стандартная грязная кухня. Газета с заголовком лежит на кухонном столе, на нём водка, стаканы, закуска. За столом двое мужчин. Один лет пятидесяти, неопрятен, плешив, в майке полулежит на угловом диванчике. Он говорит собеседнику: – "Все бабы стервы и потаскухи… Я вот чего не женился?.." На этот монолог накладывается за кадром голос второго мужчины: – "Я его убью! Хлыщ, бездарность… Режиссёришка! Мнит из себя Станиславского, а сам хуже Виктюка! Зачем я так напился, я же не пью… Лариса!.." Голос за кадром принадлежит второму мужчине. Он сидит на табурете очень прямо напротив человека в майке. Его глаза закрыты, зубы стиснуты, лицо напряжено. Красив, строен, хорошо одет. Он продолжает про себя: – "Этот Вова, сосед – сволочь, ему просто не с кем было выпить, пристал на лестнице: – " Надо расслабиться! Снять стресс!". – Его визави замолкает, валится на бок, отключается. Мужчина с трудом встаёт с табурета, он сильно пьян, идёт из кухни, держась за стены, выходит на лестничную площадку. Продолжает говорить про себя: – "Сам вырубился – уснул. Хорошо, что он в том же подъезде живёт. Надо постараться доползти до своей квартиры. Как-то у него на площадке перила по-другому…" Мужчину сильно качает, он пытается ухватиться за перила, промахивается, по инерции двигается в сторону лестничного колодца, перила низко расположены, мужчина высок, он перелетает через перила. Стоп-кадр: мужчина зависает над перилами. Снизу из лестничного колодца поднимается знакомый объект – куб, опускается на лестничною площадку, его стенки пропадают, начинается операция замены тел. Обнажённый мужчина строен, но не мускулист. После обмена тела на муляж куб приобретает стенки, становиться невидимым, исчезает. Разблокировка стоп-кадра: мужчина падает в лестничный колодец на детскую коляску, стоящую на первом этаже.
ЭПИЗОД 7
Светлана 29 лет
Звук на низкой частоте с модуляциями. Весь экран занимает фрагмент буквы "Ц" – нижний хвостик. Обратная трансфокация, теперь видна вся буква Ц рядом с другими буквами. Можно прочитать: "целлюлита". Обратная трансфокация. Реклама на стене: "Массаж, омоложение, лечение целлюлита, персинг" ( именно пЕрсинг). Обратная трансфокация. Интерьер салона – парикмахерской. На наружном стекле витрины можно зеркально прочесть надписи: "Салон неземной красоты", ниже большими буквами "ОЦЕОЛА". Сквозь стекло можно увидеть знакомые контуры объекта, висящего над улицей со старыми двухэтажными домами, за ними видны советские блочные постройки. Дождь. У деревянного дома напротив коза, привязанная к дереву. По щербатой улице проезжает грязная «Нива», ей навстречу лошадь с телегой с сеном. Открывается дверь, в помещение входит молодая женщина, встряхивает зонтик. Блондинка, типаж Мэрилин Монро. Одета как провинциальная проститутка. Снимает плащ, надевает передник, готовит рабочее место перед зеркалом с креслом. Её голос за кадром: – "Они меня все ненавидят!" – У женщины приятный высокий голос, с местечковыми интонациями. – "Мало того, что Мишка от них сбежал, так Колька их тоже не устраивает: мало зарабатывает, в огороде не помогает, за скотиной не ходит! Ну, выпивает маленько, на свои же! Да он, если захочет, на своей солярке с трактора столько может загребать! Сволочь, ушёл-таки к Нюрке; конечно, она себе шубу купила песцовую, может позволить в своём магазине". – Включает старый фен-колпак, тот не работает. – "Пропади всё пропадом! Уеду! Раньше можно было на БАМ, а сейчас куда? Чего этот фен допотопный не включается? Крышка отвалилась, щас мы её приладим…".– Пытается пилкой для ногтей закрутить винт внутри фена. Стоп-кадр. За её спиной в помещении салона появляется тот же объект – куб. Происходит замена тел. Обнажённое тело блондинки почти идеально, но в некоторых местах немного полновато. После снятия с неё одежды существо с манипуляторами снимает с неё ювелирные украшения, все украшения в разных стилях – эклектика. Существо раскладывает золотые и серебряные кольца, цепочки, браслеты, серьги в одну линию, их оказывается много. Обратный процесс – одевание муляжа, установка копии на место женщины. Разблокировка стоп-кадра: пилка в руках женщины срывается, происходит короткое замыкание, летят искры из фена, копия-муляж женщины падает. Объект-куб исчезает. Камера переходит на стекло витрины, трансфокация на зеркально-написанное слово "Оцеола", трансфокация на букву "Ц", буква "Ц" переворачивается, становится написанной нормально, снова перевёрнутой, начинает медленно вращаться в вертикальной плоскости, меняется фон кадра – идёт клочками туман, теперь он сплошной. Постоянно звучащий во всех эпизодах закадровый тон на низкой частоте повышается, увеличивается громкость звука, тон переходит в визг, резко обрывается, тишина. Одновременно с повышением тона и громкости звука, продолжая вращаться, увеличивается в размерах и меняет цвет и форму буква "Ц". На звуковой кульминации к букве добавляются слова как при печатание и появляется надпись: