Чтение онлайн

– Две плиты, что были закреплены на упорах, вместе с упорами сдуло в море. Остров, всё-таки... Хорошо ещё, что недалеко от берега. Водолазы их нашли и сумели осмотреть. Графит испарился, поверхность плиты в центре получила относительно небольшие повреждения, за счёт абляции графита, а вот края плит пострадали более серьёзно, и что хуже – неравномерно. Возможно, если поиграть формой плиты и расстоянием от плиты до эпицентра, можно этот эффект эрозии краёв свести к минимуму. Соответственно, при взрыве в вакууме такая сильная эрозия тоже маловероятна, поскольку там не будет такой сильной ударной волны. Это всё считать надо, – пояснил Щёлкин.

Королёв, что-то сосредоточенно считавший на листке бумаги, поднял голову, прислушиваясь к разговору, но затем снова углубился в расчёты.

– Интересно, – сказал Хрущёв. – А фильм вы не снимали? Хотелось бы посмотреть.

– Снимали, конечно, – ответил Щёлкин. – Я вам пришлю копию.

– Очень интересный результат, – сказал Хрущёв. – Спасибо, товарищи, порадовали. Но повторюсь ещё раз, Р-7, в первую очередь – космический носитель. Мы с Сергей Палычем перед началом совещания уже успели обсудить кое-какие перспективные работы. Предлагаю совместить лётно-конструкторские испытания «семёрки» с выводом на орбиту искусственных спутников Земли, над которыми у нас с 1954 года работает Михаил Клавдиевич Тихонравов.

Жуков и Неделин восприняли предложение Первого секретаря без особого энтузиазма, считая космос непонятной блажью Никиты Сергеевича.

– Особое внимание прошу обратить на создание метеорологических спутников, а также аппаратов для фоторазведки, навигации и связи, – продолжил Хрущёв.

Тут военные снова оживились. Это для них было понятно и выглядело полезным.

– Это точно, спутник-фоторазведчик нам жизненно необходим, – поддержал Никиту Сергеевича маршал Жуков.

– Насчёт эксперимента Кирилла Ивановича с зарядом малой мощности, – подал голос с дальнего конца стола Челомей. – Разрешите немного добавить?

Устинов поморщился.

– Слушаю вас, Владимир Николаевич, – ответил Хрущёв.

– Мы тоже провели кое-какие испытания, – сказал Челомей. – Если позволите, у меня тут с собой фильм...

Хрущёв попросил Шуйского принести кинопроектор. На дальнюю стену кабинета повесили экран, задёрнули шторы...

Застрекотал киноаппарат. На экране появилась замысловатая модель в виде массивной платформы, над которой была пристроена труба подачи зарядов.

(Челомей показал примерно такой фильм

– Мы использовали небольшие тротиловые шашки, с подрывом от детонатора, по проводам, – пояснил конструктор.

Первый взрыв подбросил модель в воздух, тут же прогремел второй, за ним третий, четвертый. Подбрасываемое взрывами устройство летело всё выше и выше. После пятого взрыва оно было уже на высоте нескольких десятков метров. Взрывы прекратились, аппарат начал падать, затем раскрылся парашют, и модель приземлилась.

– Как видите, простой и вполне убедительный опыт показывает, что летать на взрывной импульсной тяге можно.

– А ещё мы уже начали проектировать систему подачи зарядов и систему амортизации тяговой плиты, – Челомей выключил проектор, включил свет, и развернул красочный плакат, нарисованный на ватмане цветной тушью. На плакате было изображено в разрезе устройство хранения и подачи зарядов в виде целого комплекса многозарядных барабанных кассет.

– Вам кто разрешил тратить народные деньги на всякие игрушки? – не выдержал Устинов.

– Я разрешил, – вмешался Келдыш. – Как научный директор Главкосмоса. У нас своё финансирование, и мы имеем право им распоряжаться.

– Правильно сделали, что провели испытание, – сказал Хрущёв. – Очень показательно. Такие работы стоят недорого, и проводить их можно в инициативном порядке. Я вот слышал, что американцы собираются создать специальную организацию по перспективным оборонным разработкам (Хрущёв имеет в виду DARPA). Считаю, что нам тоже необходимо создать такую организацию, но не только по оборонным, а вообще по всем новым разработкам.

– Вообще-то подобная организация у нас уже есть, – заметил Келдыш. – Госкомитет по новой технике. – Надо только более чётко обозначить его сферу деятельности и полномочия. (ГКНТ был образован 25 мая 1955 г, его первым руководителем стал В.А. Малышев. К сожалению, болезнь не позволила ему вести на этом посту достаточно активную работу.)

– Хорошо бы и руководителя более чёткого туда назначить, – добавил Устинов. – А то Максарёв для такой должности, как оказалось, не очень-то подходит.

(Максарёв Юрий Евгеньевич, директор Харьковского танкового завода, был назначен председателем ГКНТ после смерти В.А. Малышева)

– Согласен. Считаю, что Госкомитет по новым технологиям при Научно-Техническом Совете СССР, – предложил Первый секретарь ЦК, – должен организовывать новые разработки во всех областях, отслеживать, с помощью разведки, появление новых технологий за рубежом, оценивать полезность всех новых разработок, как наших, так и зарубежных, а также вносить в Госплан предложения по финансированию этих разработок.

– Предложение правильное, Никита Сергеич, – тут же сказал Устинов. – Поддерживаю. Руководителем ГКНТ предлагаю поставить Михаила Васильевича Хруничева. Он – человек энергичный, работу организовать сумеет, да и работал в одной из наиболее передовых отраслей. (М.В. Хруничев был министром авиапромышленности в 1946-1953 гг)

– Этот вопрос с Хруничевым обсудим, – сказал Хрущёв. – Если он согласится, я поддержу.

– Только выбить у Госплана ресурсы – далеко не простое дело, – заметил Келдыш. – У американцев есть такое понятие – «чёрные проекты». Мы могли бы резервировать, скажем, 1-2 % госбюджета на подобные проекты, а распоряжаться ими мог бы непосредственно ГКНТ. Разумеется, при условии строгой отчётности перед ЦК КПСС, Советом Министров и Госпланом.

– Подумаем на этот счёт отдельно, – сказал Хрущёв.

Михаил Васильевич Хруничев согласие дал, и проработал председателем ГКНТ до самой своей смерти в 1961 г. В Советском Союзе обновлённый ГКНТ играл ту же роль, что в США – DARPA. (АИ, в реальной истории Хруничева назначили председателем ГКНТ только в апреле 1961 г, а 2 июня 1961 г он скончался, практически не успев приступить к работе)

– Раз у нас появился достаточно мощный космический носитель, – продолжал проталкивать свою мысль Челомей, – неплохо было бы провести испытание корабля на взрывной импульсной тяге непосредственно в космосе. Я пока имею в виду модель на обычных зарядах тротила. Например, поставить её третьей ступенью к Р-7. Это пригодилось бы для отработки системы амортизации тяговой плиты.

– Хернёй не занимайтесь, – проворчал Неделин. – Ракеты нужны для обороны страны. А не для запуска ваших игрушек.

– М-да? – криво усмехнулся Челомей. – Разрешите ещё один фильм показать?

– Давайте, – кивнул Хрущёв.

Снова застрекотал киноаппарат. На экране появились три космических корабля сферической формы. Они приближались к планете, явно не земного типа. Кадр переменился, со стороны спутника планеты к ним приближались три других корабля, напоминающих по форме снаряды. Камера «облетела» корабль, показывая его со всех сторон. На борту утыканного орудиями планетолёта была отчётливо видна красная звезда, серп и молот, и красная надпись «Бдительный»