Чтение онлайн

– Солома? – Снимщиков нахмурился. – Это саманные что ли? Не будут мои в таких домах жить...

– Нет-нет, не саманные, – успокоил Ловейко. – В качестве связующего будем использовать бетон. Солома, как воздухонаполненный материал, будет очень хорошо держать тепло. Давайте попробуем? Можно часть домов утеплить минеральной ватой, а часть – соломоблоками.

– Попробовать? Ну, можно... – нехотя согласился Снимщиков. – Соломы-то у меня навалом после уборочной будет.

Осенью под Москвой в Балашихинском районе появился новый посёлок, застроенный геокупольными домами. Ловейко привёз туда Хрущёва и председателя Госстроя Новикова – посмотреть на новые технологии сельского строительства.

Первоначально Никита Сергеевич отнёсся к «круглым домам» слегка скептически. Ходил вокруг, приглядывался и так и этак:

– Непривычно выглядит, – признался Хрущёв. – Вроде и красиво, но непривычно.

Новиков тоже чесал затылок:

– Вроде и не сарай, но и не дом...

– А вы внутрь зайдите, – Снимщиков довольно ухмылялся.

Внутри дом производил совершенно другое впечатление – просторный и удобный, наполненный светом из больших окон, он напоминал дом мечты.

– Мои колхозники тоже поначалу кривились, – рассказал Снимщиков. – А когда первые 10 семей в новые дома заселились, да новоселье справили, на такой-то площади, так теперь остальные в очередь записываются, на несколько лет вперёд.

Опыт строительства купольных домов решили развивать и распространять. Тем более, что их тоже можно было собирать из деталей, изготовленных на конвейере.

К тому же, вскоре Ловейко начал осваивать строительство куполов и другой конструкции – из литых пенобетонных деталей (примерно таких. Эти дома были меньше, зато собирались быстрее, и изготавливать их можно было на заводах ЖБИ, нужна была лишь оснастка для отливки деталей. Зато, комбинируя несколько куполов в любом порядке, из одного и того же небольшого ассортимента деталей можно было возводить жилые миникомплексы любой сложности.

Исходный вариант в присланной информации предлагалось отливать из пенополистирола. Но этот материал Ловейко забраковал. Полистирол в стране только начинали осваивать, да и его испарения в случае пожара были уж очень вредными. А пенобетон и шлакобетон были уже освоены, и достаточно широко применялись. Также опробовали ещё один вариант – опилкобетон. Оказалось, что этот материал легко пилится и обрабатывается механическим способом, а в богатых лесом районах опилки никогда дефицитом не были.

Опилкобетон очень хорошо сохранял тепло – стены из него в 30 см толщиной сохраняли то же количество тепла, что и кирпичные стены толщиной в 1 метр. Несмотря на использование опилок как наполнителя, за счёт песка и цемента материал показал хорошую огнестойкость, он выдерживал температуру более 1200 градусов в течение 2-х часов.

Недостатком было относительно высокое влагопоглощение. Но эту беду можно было вылечить водозащитным покрытием. Тем более, что промышленность стройматериалов освоила изготовление силикатных красок на основе жидкого стекла и минеральных пигментов (источник Купола из опилкобетона окрашивались в яркие, праздничные цвета, и выглядели очень современно.

Помимо новшеств в строительстве самих зданий, внедрялись и улучшения отдельных элементов их конструкции. Самым впечатляющим нововведением стали освоенные в 1957-58 гг стеклопакеты в алюминиевой раме (АИ).

Первые конструкции стеклопакетов с эластичными уплотнителями появились в 1950 г в США. Поскольку Серов распорядился «тащить с Запада всё новое, а там разберёмся», его сотрудники добыли образцы стеклопакетов и технологию их изготовления, а чуть позже сумели купить и образцы оборудования.

Основная проблема была в получении в достаточных количествах алюминиевого профиля довольно хитрой конфигурации. Когда этот вопрос был решён, остальные проблемы побороли уже быстрее. С 1958 г в новых домах начали устанавливать стеклопакеты. (АИ)

Выполнение строительной программы потребовало также развития ещё двух отраслей промышленности – производства очень широкого ассортимента метизов, прежде всего – шурупов-саморезов и анкерных болтов, а также производства ручного электроинструмента.

Наряду с базой ГОСТов в составе присланной литературы имелись электронные каталоги нескольких ведущих фирм, выпускающих метизы. Эти каталоги вместе с базой ГОСТов были переданы в Госстандарт и Госплан СССР в начале 1954 года. Станки-автоматы для производства крепежа у нас к этому времени уже выпускались. На их основе были спроектированы и изготовлены автоматические линии для массового производства шурупов и прочих крепёжных деталей. К 1958 году заводы по их изготовлению вышли на проектную мощность, обеспечив строительную индустрию достаточным ассортиментом крепежа, который постоянно продолжал расширяться.

К тому же специалисты обнаружили, что многие виды крепежа, имеющиеся в каталогах, на Западе ещё не выпускаются. Таким образом, появилась возможность экспортировать крепёж в Европу. С экспортом в Штаты было сложнее, там использовалась дюймовая система.

С ручным электроинструментом дело обстояло ровно наоборот. Одним из лидеров в этой сфере была американская компания Milwaukee, основанная в 1924 году Э. Ф. Зибертом. С 1924 года она выпускала обычные дрели, с 1935 г – ударные дрели и ручные шлифовальные машины, с 1949 г – угловые дрели, с 1951 г – электрические пилы с поступательным движением полотна.

Инструмент производства Milwaukee и был взят в качестве прототипа. В ходе проектирования конструкторам приходилось решать нетривиальные задачи, особенно в ходе создания углошлифовальной машины. Тем не менее, советские инженеры справились и с этой задачей. Воровать не стали – патент на УШМ продала немецкая компания AEG (Allgemeine Elektrizitdts-Gesellschaft) – известный производитель инструмента ещё с 40-х гг.

Самую необычную технологию строительства Хрущёву показал его давний друг и в то же время – оппонент в деле внедрения панельного строительства Константин Михайлович Соколов. С Хрущёвым они познакомились ещё до войны, когда Соколов, тогда бывший научным сотрудником в Ленинградском институте механизации строительства, разработал насос для непрерывной подачи вязкого бетона на стройплощадку.

Затем он участвовал в строительстве первой очереди московского метрополитена. С 1938 года он занимался жилищным строительством в Москве, а после войны стал сначала наркомом дорожного и строительного машиностроения, а затем возглавил Госстрой СССР. В 1955-58 году он был заместителем Председателя Совета министров РСФСР.

Соколов со времени строительства метрополитена был убеждённым сторонником монолитного строительства. При обсуждении технологий для массового строительства жилья выбор был сделан в пользу сборных панельных домов, но Константин Михайлович не изменил своим убеждениям и продолжал интересоваться новыми монолитными технологиями.