Чтение онлайн

Лебедев вытащил из внутреннего кармана что-то, напоминающее электронную плату, оснащённую парой посаженных рядом вентиляторов.

– Это – макетная плата одной из наших промежуточных разработок, которая не пошла в серию, – пояснил академик. – Сделали вариант получше, более совершенный. Но выглядит она как опережающая современный технологический уровень. Даже если её, мало ли, выкрадут, западные разведки не сразу смогут по ней разобраться, что она делает, и даже не смогут в полной мере оценить наш сегодняшний технологический уровень, так как на ней установлены компоненты ранних серий, и монтаж использован смешанный – микросборка в обвязке из дискретной электроники.

Тем не менее, плата выглядит похожей на используемые «там», в будущем, году этак в 2010-м, трёхмерные графические ускорители, – продолжал Лебедев. – Нам, конечно, до этого уровня ещё далеко. Но ввести противника в заблуждение – дорогого стоит.

– Это точно, – согласился Никита Сергеевич.

– Вы только представьте, – развил его мысль Серов. – Первый секретарь ЦК КПСС с трибуны Генеральной Ассамблеи ООН показывает, как пример технологического сотрудничества социалистических стран и бывших колоний какую-то электронную штуковину, потом, в ответ на выпады западных политиков, стучит этой платой по трибуне. Это, безусловно, будет сфотографировано, попадёт в западные газеты. Нам именно это и нужно.

Сейчас на Западе даже не поймут, что это за штука такая. Я надеюсь, что с теми темпами, которые мы сейчас взяли, через лет 50 мы сумеем уйти достаточно далеко вперёд. Запад, конечно, тоже на месте стоять не будет, кинется догонять. И вот, скажем, году в 1990-95, с учётом «догонялок», хотя, может, и позднее, у них появятся эти, как их там…

– …видеокарты, – подсказал Лебедев.

– Да, видеокарты такого же образца, с большими вентиляторами, – продолжал Серов. – Они их будут рекламировать как чудо западной технологической мысли. И тут какой-нибудь репортёришка, шерстя подшивку старых газет тридцатилетней давности, увидит, что ещё в 1960-м товарищ Хрущёв, выступая с трибуны ООН, махал очень похожей платой с вентиляторами. Вы только представьте, как их торкнет!

По лицу академика Лебедева скользнула ехидная улыбочка.

– Западные компьютерные аналитики в ужас придут, – продолжал Серов. – Ведь это будет значить, что в СССР такие платы выпускались уже 30-35 лет назад! Это на сколько же Советский Союз, выходит, их опережал уже тогда!

– А учитывая темпы развития и нашу параноидальную секретность, экстраполировать состояние электронной промышленности СССР на 1990-й,… Да они в истерике биться будут, – улыбнулся Лебедев. – Заодно платой и постучать можно, она достаточно прочная.

– Ну, сейчас секретность уже и не настолько параноидальная, – уточнил Серов.

Хрущёв беззвучно хохотал, колыхаясь всем объёмом:

– То есть, товарищи, предлагаете учинить троллинг замедленного действия, с детонатором, рассчитанным на период в 30 лет?

– Может, и побольше.

– Это хорошо… Это вы мощно задумали. Давайте, попробуем.

Свой вклад в подготовку поездки внёс и сын Первого секретаря Сергей. Он тоже изучил историю с ботинком, в том числе – по собственным книгам, записанным Веденеевым в ноутбук, и предупредил Нину Петровну:

– Мам, когда будете отцу летнюю обувь покупать – возьмите пару на размер побольше, и желательно – без шнурков, а то ему надевать неудобно. Сейчас кооператоры много удачной обуви делают, то на липучках, то просто со вставками-резинками, есть из чего выбрать.

Сам же он, воспользовавшись служебным положением, попросил одного из знакомых слесарей на работе приделать к обычной обувной «ложке» складную рукоятку-удлинитель. Дома Никита Сергеевич из-за своей комплекции обычно пользовался обувной «ложкой» на длинной ручке.

Слесарь, узнав, что сей нехитрый предмет домашнего обихода предназначается для Первого секретаря ЦК, превзошёл самого себя, сделав из обычной «ложки» настоящий шедевр с телескопической раздвижной рукояткой. Обычные рабочие и колхозники видели, как много Хрущёв делает для улучшения их жизни, как не по дням, а по часам меняется к лучшему огромная страна. Поэтому Первого секретаря в народе любили, хотя, порой, и подшучивали над ним, и сочиняли про него анекдоты.

Никита Сергеевич, увидев обувную «ложку» редкой работы, пришёл в восторг, сунул её в правый внутренний карман пиджака и везде носил с собой. С ней он и отправился в Америку.

Первоначально Первый секретарь собирался отправиться на сессию Генеральной Ассамблеи морем, на пароходе «Балтика». Сессия должна была открыться 20 сентября. Отплытие планировалось на 9 сентября, чтобы прийти в Нью-Йорк 19-го. Вместе с советской делегацией на том же судне плыли делегации большинства социалистических стран, только румынская делегация отправилась самолётом.

Но из «документов 2012» выяснилось, что американцы, понимая, что с парохода посреди Атлантики деваться некуда, ловко организовали «упреждающий удар»: предложили провести предварительно, 17 сентября, ещё одну, чрезвычайную сессию с повесткой дня: приём новых членов в ООН и положение в Конго. Члены западных делегаций попросту поменяли билеты на самолёты, а делегации соцстран оставались «пленниками» своего решения плыть на корабле.

С подачи Хрущёва предполагалось принять в члены ООН одновременно оба германских государства – ГДР и ФРГ (АИ, в реальной истории ФРГ и ГДР стали членами ООН в начале 70-х). Американцы, манипулируя большинством в ООН, собирались организовать приём ФРГ, а приём ГДР замотали бы в бесконечном обсуждении процедурных вопросов. Аналогично протащили бы и выгодные для них решения по Конго.

Понимая, что и сейчас американцы, вероятнее всего, сделают то же самое, Никита Сергеевич предложил проделать обманный манёвр. С этой целью летом 1960 г ВПП калининградского аэропорта «Храброво» была удлинена до 3600 метров в направлении села Старорусское. 9 сентября члены делегаций соцстран погрузились на пароход «Балтика» и отправились из Ленинграда по Балтийскому морю. Пароход сопровождали 2 советских эсминца, обеспечивавших безопасность. Отбытие делегаций обставили с помпой, показали по телевидению, чтобы администрация США была полностью уверена, что делегации плывут на корабле.

Оказавшись на корабле, Хрущёв объяснил делегатам свой замысел. Ночью с 9 на 10 сентября неподалёку от Калининграда члены делегаций перешли с лайнера на эсминцы, которые и доставили их в Калининград. «Балтика» в сопровождении двух других эсминцев продолжала свой путь через Атлантику.

В Калининграде, городе, закрытом для западных репортёров, делегации поселились в гостинице, где в спокойной обстановке готовились к сессии ООН, ещё и ещё раз обсуждая ситуацию, продумывая аргументы и варианты действий. В период подготовки, 14 сентября, пришло сообщение об аресте в Конго премьер-министра Лумумбы. Почти сразу после этого, с подачи США было объявлено о проведении 17 сентября чрезвычайной сессии ГА ООН.

Рано утром 16 сентября из Калининградского аэропорта поднялись один за другим два самолёта Ту-114 с членами делегаций, охраной и частью технического персонала, без которого было не обойтись – секретарями, советниками, стенографистками. Остальной персонал следовал в Штаты на борту корабля. Американскую администрацию уведомили об изменении планов, когда самолёты уже были в пути. Около полудня 16 сентября оба самолёта приземлились на ВПП авиабазы Эндрюс.

Эйзенхауэр, узнав, что его обвели вокруг пальца, был раздосадован, но протокол есть протокол – пришлось ему ехать в Эндрюс и встречать Хрущёва. Они расстались по окончании визита вполне дружественно, явного обострения отношений между СССР и США, несмотря на все старания Даллеса и компании, организовать так и не удалось (АИ). Поэтому этикет требовал от президента проявить вежливость. Впрочем, Айк оказался достаточно мудр, чтобы обратить всё в шутку. При встрече он пошутил: