Чтение онлайн

– Да-да, – нетерпеливо махнула рукой Настя, – Семен рассказал. И про Сумрак тоже. И про тех, кого еще не обнаружили и не инициировали…

Андрей снова скривился как от зубной боли.

– А об… эстетах вроде тебя, которые отказались принимать Договор и игнорируют Дозоры, он говорил?

Настя широко раскрыла глаза.

– А что, можно было, да? – процитировала она.

– Нельзя! – рявкнул Андрей и продолжил относительно спокойно: – Я не говорю о тех группах Иных, которые и не слышали о Договоре. Они не знают про Дозоры, Дозоры не знают про них, мало ли на земле глухих мест. Взять хотя бы твой любимый Таиланд, там черт знает что творится. – Вспомнив о рынке амулетов, Андрей сердито передернул плечами. – Но некоторым Договор встал поперек горла. В основном Темным, конечно, они же не выносят власть, если только эта власть не принадлежит им самим. Обожают петь про свободу… для себя, любимых, конечно. Тех, кто активно сопротивлялся, давно уничтожили Дозоры и Инквизиция. Остались либо одиночки, которые заявляют, что не приемлют Договор, но ведут себя тихо. Либо группы сумасшедших, которые пытаются идти своим, особым путем. Обычно это либо ученики Великих магов, давным-давно развоплотившихся, либо Иные, зациклившиеся на каком-нибудь пророчестве… обычно – опять же древнем и скорее всего ошибочном. Этих не трогают, пока они не начинают буянить. Братья Регина… этих, впрочем, больше нет, именно потому, что однажды они активно зашевелились. Хранители Чимборасо, Дети Великой Ящерицы, Клуб сержанта Пеппера… много их.

– Вот с этими, из Клуба Пеппера, я бы наверняка столковалась, – хмыкнула Настя. – Могу себе представить… Ладно, ладно, поняла, они ужасные, – поспешно проговорила она, заметив, что на лице Андрея выступили желваки. – Бяки нехорошие, поняла. Молчу, слушаю.

– Язык у тебя без костей, самой же сейчас стыдно будет… – Андрей безнадежно махнул рукой. – Одна из таких группировок – Внимающие Сивапу. Кто такой был этот Сивапу и почему они ему до сих пор внимают, никто уже не помнит. Только сегодня утром они перестали внимать и начали действовать. И весьма активно.

– Вот прямо сегодня? – поразилась Настя. – И как… когда…

– Как я успел? – Андрей демонстративно посмотрел на часы. – Да, пришлось поторопиться. Дело важное: целый поселок в заложниках. Не думал, что придется терять время на пустую перепалку…

– Погоди… – Настя сдавила ладонями виски. – И ты примчался сюда, ко мне? Но почему?! Я не могу… не умею…

– Ночной Дозор Шри-Ланки обратился за помощью к нам, – объяснил Андрей. – А меня тут же отправили к тебе.

– Чепуха какая-то, – помотала головой Настя. – При чем здесь Шри-Ланка?

– Так Внимающие – секта шри-ланкийская.

Андрей вытащил из кармана пачку фотографий, бросил на кровать:

– Смотри.

Рука задрожала, когда Настя взяла первый снимок; еще не успев вглядеться, она уже знала, что увидит. Главная улица единственного на Слоновом острове поселка. Узкий переулок, ведущий на пляж, рыже-пегая корова перегородила мостик через канаву. Пустырь. Площадь перед пирсом, к которому дважды в сутки причаливает паром с большой земли. Пляж и – сердце пропустило удар – раскрашенные во все цвета радуги хижины «Сансамая». Заметив, что краски успели слегка поблекнуть, Настя почувствовала, как на мгновение болезненно сжалось горло. Отложив фотографию, она взяла следующую: снова пляж и вид на соседнюю гостиницу. И всюду – мрачные смуглые люди в красных футболках и камуфляжных штанах. Присмотревшись, Настя поняла, что некоторые из них вооружены автоматами, и застыла, не в силах осознать реальность того, что видела. На Слоновый пришла беда. Невозможно поверить: среди добродушных, погруженных в сиюминутное жителей маленького острова расхаживали готовые стрелять люди. Вернее…

– Это что, все – Иные? – ужаснулась Настя. Андрей покачал головой:

– Большинство – просто люди, которым промыли мозги. Сама понимаешь, Темным это не трудно.

– Светлым тоже…

– Да, и Светлым – тоже! – разозлился Андрей. – Хочешь еще об этом поговорить?

– Нет, – хрипло выдавила Настя, – прости. И чего они хотят, эти Темные?

– Некий артефакт, который мы не можем им отдать, – ответил Андрей. Слишком быстро ответил, будто заученно.

– Не можешь рассказать, так не надо, что ты сразу в оборону уходишь, – расстроенно сказала Настя. – Я понимаю, что у вас там сплошные тайны, а я даже не ученица. Но почему ты приехал, как я могу помочь с этим? – Она тряхнула пачкой фотографий. – Нужно опознать какое-то место? Человека?

Андрей мрачно покачал головой.

– Нужно, чтобы ты поехала с нами.

– С ума сошел?!

– Да я бы близко тебя туда не подпустил! – Андрей хлопнул себя по коленям. – Ты же только и умеешь, что дрова ломать! Но Гесер считает, что…

– Кто такой Гесер?

– Борис Игнатьевич, – поспешно исправился Андрей, отводя глаза. – Борис Игнатьевич, глава Ночного Дозора Москвы, считает, что ты, с твоим знанием местности и связями, можешь серьезно помочь нам. Ночной Дозор просит содействия. Ты – еще не Иная, но все-таки Светлая. Ты не можешь отказать.

– Вообще-то могу, я же не настоящая Иная, – неуверенно ответила Настя. – Или не могу?

– Не можешь.

– Ну какая от меня помощь? – отчаянно воскликнула она. – Маги, террористы… Посмотри на меня! Знание местности? Даже не смешно.

Андрей хмуро пожал плечами.

– Борис Игнатьевич – не просто маг вне категорий, он Великий, – сказал он. – А еще – один из самых опытных из ныне живущих Иных. Если он считает, что ты должна поехать с нами, значит, ты действительно можешь чем-то помочь. Я не понимаю как, но я – всего лишь рядовой оперативник. – Он снова взглянул на часы, на этот раз – довольно нервно. – Собиралась бы ты, у нас самолет через полтора часа.

– А маме я что скажу? – возмутилась Настя.

– Она сама скажет. Что очень за тебя рада. Она уверена, что ты выиграла конкурс и едешь совершенствовать английский в университет Коломбо.

– Я смотрю, правду вы не любите, – мрачно проворчала Настя.

– Хочешь, чтобы я сказал ей правду?

– Нет. Просто мне не нравится, как легко ты врешь. И что на отказ не рассчитывал – иначе не стал бы внушать ей эту чепуху заранее.

Она выдернула из шкафа рюкзак и принялась как попало бросать в него шорты и футболки. В голове гудело. Кажется, за считаные минуты из недоволшебницы она превратилась в хоббита. Правда, Андрей не похож на толпу гномов, даже на одного гнома не похож… Бред какой-то. Героизм, плавно переходящий в идиотизм…

Поразмыслив, Настя приволокла из коридора забрызганный грязью этюдник.

– Это еще зачем? – нахмурился Андрей.

– Понятия не имею, – ответила Настя, выгребая скомканные неудачные рисунки. – Вдруг понадобится? Если ваш Борис Игнатьевич считает, что от меня может быть толк… – Она замолчала, не зная, как рассказать про кисть, оборачивающуюся волшебной палочкой, и рисунки-защиту. Ситуация и без того безумная, не стоило ее усложнять. Передернув плечами, Настя впихнула в рюкзак палитру, пачку бумаги и кисти. Выгребла, рассыпая по полу, из этюдника краски; один из тюбиков отлетел в сторону и закатился под диван. Настя легла на пол и сунула руку в узкую щель, тихо зарычала, пытаясь нащупать неуловимый тюбик.

– Времени нет, тебе того, что есть, мало, не обойдешься? – возмутился Андрей.

– Это красный кадмий, – взвилась Настя, – как я без него обойдусь?! Помог бы лучше, ты вообще волшебник или как?

– Еще на твои пустяки Силу тратить, мне она вся понадобится для дела, – отмахнулся Андрей, но все-таки повел ладонью. Смятый тюбик выскочил из-под дивана, едва не поцарапав Насте щеку.

– Огромное спасибо, – желчно проговорила та и бросила тюбик в пакет к остальным. Замерла, ловя смутно мелькнувшую мысль. – Кстати, красный по-тамильски будет «сивапу».

– Значит – «Внимающие Красному»? – недоверчиво переспросил Андрей. – Ты что, знаешь тамильский? Вот видишь, не зря шеф решил тебя привлечь…

– Да не знаю я тамильского! – с досадой махнула рукой Настя. – Просто легко запоминаю слова. Особенно те слова, которые обозначают цвет. Мне любопытно. Я их как бы… коллекционирую.

– И на скольких языках ты можешь сказать «красный»?

Настя пожала плечами.

– Русский, английский, испанский, французский… – Она принялась загибать пальцы и тут же махнула рукой. – Славянские – но тут могу запутаться где какой, слишком похоже. Тамильский, китайский, тайский… – Что-то царапнуло ее изнутри, какая-то неудобная, но важная мысль, и Настя замолчала.