Чтение онлайн

Ближе к концу вечера, он встал и объявил, что его дорогой брат отправляется с дипломатической миссией в Самир, чтобы упрочить мир и благоденствие Дормера. Наблюдая ошалевшие лица придворных, вдохновенно славящих короля и его самого, Мар едва не рассмеялся в голос.

***

Утро отъезда не было добрым — Мар пил всю ночь в одиночестве и чувствовал себя теперь разбитым, скорее из-за внутреннего раздрая, чем от излишеств. Ему было тяжело уезжать. В Лиметте он принял решение отказаться от клятв и готовился умереть. Сейчас, когда жизнь покатилась дальше, то, что было задвинуто на дальний план близостью смерти, поднимало голову и заявляло о себе опять. Он не хотел уезжать из Дормера.

Вдруг она позовет и потребует исполнить клятву жизни? Хотя нет, не позовет. Гарнар отрезан от магических потоков остального мира. Даже если она позовет, он не услышит. Горько улыбнулся. Он не наивный, пылкий юноша, и много думал о том, что произошло тогда в Лиметте. Не мог не думать. Она никогда не позовет. Она и клятву приняла только потому, что её нельзя не принять. Хотелось бы ему знать, что вообще было правдой тогда? И было ли хоть что-то?

Как жаль, что они встретились, когда он был практически безумен! Почему это не произошло раньше или позже, когда он мог бы ухаживать за ней, как положено, и был бы шанс завоевать её доверие и любовь? Он вёл себя как безумный, и долбаный контракт его ничуть не оправдывает. Это то, чем прикрываются мужчины, чтобы не называть преступление преступлением.

Почти свихнувшись от смертей вокруг и своей вины, желая выжить сам и усмирить вышедшую из-под контроля магию, он тоже пошёл по этой дороге. Одну женщину убил, троих покалечил и навсегда оттолкнул ту, кто ему был нужен, как сама жизнь. Он честно признавался себе: если бы она позвала сейчас, он бы пошёл, не спрашивая куда. Какая разница? Быть рядом без условий и сожалений — разве это не счастье?

А ей просто нужно было уйти. Теперь он видел это ясно. В контракте и клятве было, по сути, только два условия: неприкосновенность и выезд из города. Они бежали от чего-то и промедление было так опасно, что она пожертвовала собой. Сёстры, действительно, существовали. Солдаты, что охраняли их, говорили, что видели двух светловолосых девочек, которых няня старалась не выпускать из дома.

Меньшая была проказница — корчила им рожицы, пару раз тайком выбиралась из дома и угощала воинов пирожками. Та, что постарше, не говорила, двигалась как тень. Один из солдат признался ему, что он не заметил девочку однажды и прошёл рядом с ней, а она молча упала в обморок. Старый вояка кипел от злобы, когда рассказывал это: он хорошо знал, почему женщины ведут себя так.

Можно только надеяться, что им всего лишь угрожали изнасилованием, что этих детей не постигла судьба юных учеников школы при храме Митры. Как страшна война! Бедный его брат, что взвалил на себя вину за это всеобщее зло! Понимает ли он, что будет отвечать за боль и кровь? Они оба будут отвечать. Он, видят боги, уже отвечает.

В таком мерзком настроении Мар спустился к одному из чёрных входов во дворец. Посольская миссия отправлялась оттуда. Дипломатам и шпионам не нужна огласка. Его проводили к одной из самоходных машин. Это чудо техники было новейшим изобретением дормерских умельцев. Говорят, что к их изобретению приложили руку потомки дворфов, только они могли создавать механизмы, как музыку.

Машины были похожи на вместительные кареты, только простой формы и без вычурных украшений. Колеса, как у карет, а под пузом у механизмов сложены коленчатые "ноги", которые выдвигаются и используются для продвижения по бездорожью и горам. Работает это чудо на магических накопителях. Комфортно, удобно, быстро и защита стоит первоклассная. Братец не поскупился, отправляя его в ссылку!

Осталось узнать, к кому из дипломатов его приставили. Формально, возглавит миссию, конечно, он, но должны быть и квалифицированные специалисты, и тот, кто будет давать ему советы. Да что там, команды будет давать потому, что в дипломатии он ещё хуже, чем в политике.

Открыл дверь в предложенную ему машину и онемел: на сиденьях уже расположились крайне помятые Лавиль и лорд Алат. Одно сиденье пустовало и явно дожидалось его.

— Почему не верхом? — бросил Мар вместо приветствия. Трястись или даже не трястись, а двигаться с комфортом, но всё равно находиться в замкнутом пространстве столько времени — это сущий кошмар.

— Безопасность, мать её, — скривившись от громкого звука, ответил лорд Алат.

— А где тот, кто будет заправлять всем и дергать меня за верёвочки? В другой машине? Кто он?

— В других машинах младший персонал и охрана. Есть только вы, мой лорд, — хохотнул Алат, — и вы в своем праве!

Увидел его вытянувшееся лицо и указал на зачарованный ящик:

— Документы здесь, посол на месте введёт вас в курс дела.

Мар потрясенно опустился на своё сиденье. А этот смертник продолжал:

— Судя по всему, заключить новый договор с Самиром попросту невозможно, раз Величество отправил всех нас. Быть может, у него другие планы и он желает нарваться на войну с ними? Тогда мы — наилучший вариант!

— А вы тут в каком качестве?

Лорд Алат слыл прожигателем жизни и развратником даже по меркам двора. Его эпатажные выходки регулярно становились предметом пересудов и причиняли немало страданий его отцу, одному из членов Тайного Совета. Этот весёлый раздолбай просто издевался над древним именем и втаптывал его в грязь. Мало того, отзывался только на сокращённое имя своего рода: Алат вместо Алатхорн. Так и корреспонденцию свою подписывал. В высшей степени странный малый, даже по меркам двора.

Его старались не задевать — красавчик был невероятно сильным, а главное, обученным магом. Тех бедолаг, что по первости бросали ему вызов, убивал молниеносно и безжалостно с таким страшным выражением на прекрасном лице, что свидетели этих расправ дышать потом боялись в его сторону. И да, мерзавец был ошеломительно красив: белокур, с холодным совершенным лицом и идеальным телом. Но, если светловолосый и очень привлекательный Лавиль располагал к себе, то Алат вызывал только чувство безотчетной опасности, как прекрасная, но смертельно опасная рептилия.

— Я приставлен к вам личным помощником, мой лорд. А, по сути, охранником. Выбора ехать или нет, наш милостивый король мне не оставил. Если вы умрёте, находясь под моей опекой, Величество украсит моими кишками стены Дорма. Ну, а если я верну вас домой в целостности и сохранности, то получу право официально сменить имя и пост начальника Тайной Канцелярии Его Величества. А что посулили вам Лавиль?

— Пост декана целительского факультета Магической академии Дорма, — хмуро и неохотно ответил тот. — Хотя выбора у меня тоже не было. А если бы и был, — вдруг отчаянно глянул он на Мара, — я не отпустил бы друга в этот гадюшник одного.

Повисла неловкая пауза. Машины уже двигались к выезду из столицы.

— Вижу, что каждый из нас отпраздновал отъезд сегодня ночью. Продолжим? — лорд Алат многообещающе улыбаясь, открыл ящик, что примыкал к его сиденью. Что-что, а в выпивке он знал толк.

Это был тяжёлый год. Мар будто снова вернулся во времена ученичества. От знаний просто пухла голова. Раньше, в его образовании упор делали на магию, что и понятно. Он должен был совладать со своими силами и научиться филигранно ими управлять, чтобы не быть опасным для окружающих. Воинское искусство было вторым направлением. Это тоже объяснимо: он был очень эффективен, как боевой маг. Искусству интриг и придворной жизни учился только на практике, но зато день и ночь. Постоянный страх за жизнь брата, преображал его в чуткого зверя, что нюхом чувствует опасность и подвох.