Чтение онлайн

Отец качнул головой, не отводя взгляда от собеседника. В этом движении сквозила скрытая угроза.

— Я всегда чтил традиции, — тихо произнёс он, и от этой сдержанной, почти безмятежной интонации по коже пробежал холодок. — Именно поэтому я и созвал Совет. Мой сын доказал свою зрелость и мудрость. Он храбрый воин, защитивший наш эмират, и многие из вас успели обломать клыки в междоусобных схватках с ним. Но теперь всё изменилось. Он обрёл свою истинную супругу. Вы все были в Храме на их свадьбе и сами видели — этой девочке благоволят сами Духи, — отец перевёл взгляд на меня, затем медленно обвёл им присутствующих. — Я делаю это ради той, кто вернула наши имена в священную книгу драконьих Родов Алракиса, в нашу Колыбель. И теперь в Круг перерождения мы войдём не безымянными, а вновь достойными памяти наших предков.

— Эрган, что ты скажешь? — разорвал установившуюся напряжённую тишину дядя Эолайн.

— У моей супруги есть мечта. Сделать пустыню цветущим садом. И я всё сделаю, чтобы эта мечта сбылась. Эолайн принесла знания, которых нет на Караксе. Если её проект с освоением земель увенчается успехом, планета только выиграет.

При упоминании Эолайн в шатре послышалось неодобрительное ворчание. Многие драконы с явным неодобрением отзывались о деятельности моей супруги, которая, в их представлении нарушала привычный уклад не только Каракса, но и то, о чём они помнили с Алракиса. Но за четыре тысячи лет многое изменилось в том мире из которого они были изгнаны.

— Знания, говорите, — насмешливо протянул эмир ар Фархаш, продолжая буравить отца холодным взглядом. — Её технологии перевернут нашу жизнь, сделав нас зависимыми от внешнего мира. Или вы хотите, чтобы мы стали сырьевой планетой? И за бесценок сбывали нашу руду и золото за эти технологии? Или хотите падать на колени перед чужими кораблями? Скоро драконы Алракиса потянутся сюда косяками. И тут начнётся хаос

— Этого не будет, — убеждённо ответил я. — Эолайн и об этом позаботилась. Каракс объявлен неприкосновенной планетой и внесён в каталог планет, как заповедник. Остаётся только одна угроза — пираты и контрабандисты.

— Мы уже закупили патрульный флот у Альянса как раз для защиты от внешнего вторжения, — напомнил эмир ар Шии-Ра, сверкнув чешуйками на скулах.

— Мы благодарны твоей супруге за её дела. Но это другое! — ледяным тоном произнёс ар Фархаш. —– Военный флот — это необходимость. А новый эмират — блаж.

— Боишься потерять монополию на выращивание пищи? — холодно бросил эмир Шии-Тари. — Мы все прекрасно понимаем, что твой северный эмират год за годом богатеет за наш счёт. Нам приходится закупать еду у тебя, потому что на твоих плодородных землях выращивается треть всего продовольствия Каракса. Но если племянница воплотит свой замысел и южная пустыня начнёт нас кормить, твои доходы рухнут.

О да, эта и была истинная причина противодействия. Я до боли сжал кулаки. Им вовсе не нужны пустынные земли, просто их беспокоит, что если мы сможем превратить бесплодные барханы в поля и сады, то их прибыль упадёт. Жадность драконов в их крови. В этом не было ничего удивительного.

В шатре тут же вспыхнул спор. Эмиры говорили все сразу, перебивая один другого. Гул голосов напоминал грохот надвигающейся песчаной бури. Слышались фразы о «подстрекательстве», «захвате власти», «угрозе балансу сил», «вторжении чужеземных техник». А в ответ звучали упрёки в жадности и трусости.

Отец и дядя Шии-Тари пытались выступить с успокоительными речами, но вокруг всё словно гремело. Несколько драконов уже приподнялись на колено, готовые, казалось, вот-вот сойтись в схватке.

Я видел, как некоторые из них непроизвольно выпускали когти. В ещё более глубокой ярости эмир ар Фархаш приподнялся во весь рост, его глаза полыхнули серебром:

— Довольно! — рявкнул он, бросив взгляд в мою сторону. — Твой сын, ар К`ерри, едва пожил на этой планете, а уже возомнил себя реформатором?! Мечтает заполучить второй эмират? А его драконица сулит нам грядки под палящим солнцем пустыни? — он усмехнулся, обнажив клыки. — Что-то похожее уже случалось в истории, четыре тысячи лет назад, когда группа самцов восстала против Совета… И ты прекрасно знаешь, чем это закончилось.

— Да, знаю, — спокойно ответил отец, удерживая себя от вспышки гнева. — Тогда часть нашего рода изгнали на бесплодный Каракс. Но мы выжили.

— И тогда мы решили, что будет двадцать четыре эмирата, — выкрикнул один из драконов, поддерживающих Фархаша.

— Ни в одном талмуде не записано, что это крайняя цифра! — резко вмешался я, шагнув вперёд, не в силах больше молчать. — Поймите, у нас появилась возможность сделать лучше не только нашу жизнь, но и вашу. Поймите, земли пустыни свободны — почему бы не использовать их?

Мои слова подняли новый шквал упрёков и язвительных замечаний. Старые драконы не хотели слушать молодого наследника, да к тому же их злило, что у меня рядом истинная драконица, в то время как они по-прежнему вынуждены довольствоваться человеческими жёнами. Видел, как многие смотрели на меня с плохо скрытой завистью. Чувствовал в воздухе едкий запах горечи и ревности.

Где-то сбоку послышалось утробное шипение: то ли кто-то из драконов переступил грань контроля, то ли воины, сопровождающие эмиров, проурчали от напряжения. Я покосился: если сейчас начнётся драка, остановить её будет крайне сложно. Но дядя Шии-Тари встал между мною и тем недовольным. Он властным взглядом пригрозил, и момент вспышки миновал.

В конечном итоге отец, нахмурившись, предложил прервать заседание на сегодня — до следующего утра. Эмиры приняли это решение с мрачным согласиям. Кто-то продолжал ворчать, поднимаясь с подушек. Эмир ар Фархаш отделил концы своих широких рукавов и, не прощаясь ни с кем, вышел из шатра. За ним поспешили его приверженцы.

Казалось, воздух в шатре разрядился — будто шторм пронёсся, срикошетил о камни, но так и не вырвался во всю силу.

— Ничего сын, — тихо сказал отец, подходя ко мне. — Первый день Совета всегда такой. Пусть они выговорятся и выпустят пар, завтра договоримся конкретнее. Но зерно раздора мы посеяли, будь уверен. Драконы свою выгоду не упустят.

Я сглотнул раздражение: всего пару недель назад, в лагере переселенцев у оазиса, я испытал безграничное чувство счастья, ведь Эолайн согласилась, что пора строить Гнездовье. И теперь ради будущего своего рода и нашего общего дома мне предстоит выдержать всё это непонимание и враждебность. Ради любимой я был терпеть и не такие пытки.

***

Солнце сползало за горизонт, раскрашивая небо Каракса алыми и лиловыми красками. В лагере зажглись костры и факелы. Повсюду слышался гул: одни драконы обсуждали с воодушевлением предстоящие дела, другие раздражённо ворчали, выплёскивая злость на слуг. Дымок от жареного мяса смешивался с ароматом благовоний и огня.

Я вышел из шатра отца и отправился в сторону своего шатра, что стоял чуть на отшибе, более скромный по размерам. Рядом со мной шёл Джафар.

— Что ты скажешь о первом дне Совета?

— Скажу, что было яростнее, чем на последней войне, когда на нас напал ар Маг`ерри пока ты отсутствовал, — хмыкнул оборотень, оглядывая меня прищуренными глазами.

Я откинул полог шатра, делая знак ему войти вместе со мной.

— Надо выстоять и не поддаться на провокации, — вздохнул я, внутренне ощущая усталость за день. — Сегодня многие проявили крайнюю вспыльчивость. А всё ведь только начинается.