Чтение онлайн

— Пока. – бросил Эдик, поднимаясь с места.

Точно намеренно, он делал это медленно, надеясь, что я скажу что-нибудь ещё, но, чего ради? Меня ждёт только новая порция лжи. Ничего-ничего, скоро я поймаю его с поличным: один раз сталкер – всегда сталкер.

— Пока. – даже не стала отрывать взгляд от страниц.

В нерешительности Смирнов простоял у стола ещё мгновение.

Чёрт знает, что ты там себе придумала. Вот ты тебя можно было прочесть так же просто, как Куприновский браслет!

Пришлось сделать над собой усилие, чтобы не ответь колкостью. К счастью, произнеся это, Смирнов быстро ушёл. Оставшееся время я старалась поспешно дочитать историю к уроку, но внутренний голос мешал: злясь на Эдуарда и прокручивая в голове урок биологии, я медленно начинала сомневаться в себе. Что, если я неправа? Вдруг на самом деле телефон нашёл не он? Эдик мог смотреть на меня в рекреации по сотне причин, в том числе просто от скуки. Не было никаких оснований полагать, что именно он преследовал меня, а я уже столько всего наговорила. Опасная мысль промелькнула в голове: «Может, мне просто хочется, чтобы он обратил на меня внимание?». К счастью, я не успела ни во что трансформировать эту идею или, ещё хуже – додумать что-нибудь наперёд.

Оставшийся день в школе прошёл незаметно. За обедом знаменитая пятёрка всё так же сидела полным составом за столом у окна, не интересуясь происходящим вокруг. Впрочем, ничего достойного внимания действительно не было. Разве только Каримов на пару с Андреем громко спорили о новой трассе:

— Трасса — это лучшее, что случилось с Ксертонью за последние годы. Ты даже не представляешь, какой приток клиентов у отца! Вон, даже мне приходится периодически выходить в супермаркет на вечерние смены. Говорю тебе: новые люди — это хорошо. Приток бабла лишним городу не будет. Того и гляди, ещё туристы подтянутся.

— Как же, — Андрей сидел рядом со мной, и взглядом изучал в тарелке нетронутые макароны по-флотски: — На что им здесь смотреть? На унылую лесопилку и верхушку дома доктора Смирнова? Из-за высоченного забора едва ли теперь что-то разглядишь. Да и добираться туда — то ещё удовольствие.

— А то в городе ничего больше нет. Всегда можно заехать в рыболовный магазин на перекрёстке Весенней улицы, да Ленина. У них же такой приятный внутренний двор с садом рядом.

Никита поднял вилку и медленно принялся перекладывать макароны из одной части тарелки в другую:

— Ну сад у них правда достаточно милый, но и месяца не пройдёт, как его припорошит первый снег.

— В октябре-то? Вот это ты загнул! — воскликнул Никита так громко, что почти все другие ученики невольно обернулись в сторону нашего стола, — Снег стоит ждать не раньше ноября.

— Сам подумай, что ты несёшь? Какой турист проедет чёрт знает сколько километров ради «садика на заднем дворике за рыболовной», — Андрей поднял руки и пальцами обозначил кавычки.

— А выпечки, как у нас, точно нигде не найдёшь, — в голосе Каримова звучала гордость, — И вообще: главное – сама возможность. Там уж, потихоньку и появятся достойные достопримечательности. Вот возьму и надоумлю отца построить СПА!

— Вы же, кажется, уже строите псарню? — спросила я, вспомнив недавний разговор в машине, однако в это мгновение Никита и Андрей странно переглянусь. Вилки замерли на весу на короткое мгновение, прежде чем Каримов ответил:

— Да, строим. Думаешь, заинтересует туристов?

— Конечно. Кто не любит милых плюшевых щеночков?

Парни дружно рассмеялись.

— Боюсь, наши собаки давно уже не милые щеночки, — уточнил Никита, бросив беглый взгляд через плечо: — Да и характер весьма дурной.

— И весьма большие зубы, — мрачно подхватил Андрей, так же смотря на кого-то позади Каримова.

Мне хотелось спросить, что за породы Никита планирует с отцом разводить на псарне, но он задал свой вопрос первее:

— Что там у вас произошло со Смирновым на биологии?

Я потупила взгляд:

— А что-то произошло?

— Да он выскочил из класса как ужаленный! – Никита опёрся локтями о стол и придвинулся ближе ко мне, после чего тихо произнёс: — Он тебя обидел? Тень улыбки сошла с лица Каримова. Обеспокоенный, Никита пристально смотрел на меня, точно готовый подскочить места в любую секунду.

— Нет, ничего такого, — сама не зная зачем, начала я врать: — Наверное, ему нужно было подготовить что-то к следующему уроку.

Я отвела взгляд, изображая искренний интерес к содержимому бумажного кофейного стаканчика. Оставалось только надеяться, что Каримов поверил: меньше всего мне хотелось, чтобы с моими проблемами разбирался кто-то другой. Да и что тут скажешь? «Я думаю, Смирнов следит за мной и, вот негодяй, вернул мой потерянный в лесу телефон». Тот ещё злодей Смирнов. Самой смешно. Нельзя обвинять человека в чём-либо без доказательств, это правда.

За стол подсела Таня с подругами, увлекая ребят обсуждением предстоящей школьной дискотеки:

— Обожаю хэллоуинскую тематику! Жаль, что у нас не наряжают дома, как где-нибудь в США, - мечтательно произнесла одна из девушек. Кажется, я видела её ранее на уроке математики, но не была уверена.

— Да все они врут в этих своих фильмах. Наверняка на деле одни-два дома на всей улице делаю что-нибудь эдакое и то, в самых дорогущих районах: эти же украшения с ума сойти сколько стоят! – скептически настроено ответила Таня.

— Может, они руками половину создают, из подручных материалов, а не покупают? Сидит себе дома домохозяйка, да в ожидании мужа потихоньку лепит, шьёт — вот и декорации, — продолжала подруга.

— Ага, а дом себя убирает сам, ужин готовит. Ишь ты сказочно! Попробуй рассказать что-нибудь такое моей маме, которая только и крутится по хозяйству. Сомневаюсь, что у неё время на себя-то остаётся. Разве только перед сном.

— Ну у твоей-то матери ещё двое младших: пока из школы заберёшь, на секции развезёшь, в перерыве чем-нибудь покормишь. Домой возвращаешься, а там и мужу нужно внимание уделить. Таня только прыснула в ответ и мне было неясно, что именно из слов её подруги вызвало такую реакцию. Я слушала девушек и думала о собственной матери. Она много времени проводила за телефонными разговорами, согласуя с заказчиками референсы для будущих иллюстраций. Мама брала в работу всё, до чего могла дотянуться, начиная от портретов на заказ и заканчивая иллюстрациями для детских сказок. Дела пошли в гору, когда ей удалось наладить контакт с крупным московским издательством. Денег платили достаточно, чтобы мы жили если не безбедно, то, во всяком случае, не сильно нуждаясь: ни она, ни я, не следили за модными тенденциями, однако посильную часть зарплаты мама всё же выделяла на совместные развлечения, вроде боулинга или похода в кино.

Не сказать, что дома был всегда порядок. Честно говоря, всякие мелочи в квартире падали на мои плечи и это едва ли было в тягость. Я убиралась скорее ради собственного душевного спокойствия, раздражаясь грязной посуде на столе или намеченному слою пыли на книжной полке. Готовила мама плохо, поэтому в Ростове у нас от года к году появлялись новые излюбленные места, на замену надоевшим, где мы вместе ужинали, а случалось и обедали. Никогда мне не казалось, что это обязанность мамы – после полноценного рабочего дня, сгорбившись с чумазой кистью над акварельным листом, ещё и суетиться по хозяйству. В конце концов, нас было только двое. Женщины, которые умудрялись, как многорукие Шивы, содержать дома идеальный порядок, воспитывать нескольких детей, а также ходить на восьмичасовую работу, вызывали у меня только восхищение, но никак не осуждающий прыск, что позволила себе Таня.