Чтение онлайн

— У них, конечно, свои методы, — протянул Дилано, — и всё же мне кажется, что для таких серьёзных работ, которые якобы проводятся под его началом, землицы явно маловато.

— Зиф упомянул об опытных участках. И ещё он сказал, что при Азуре их стало больше: он попросил королеву о выделении новых земель, и она, разумеется, не отказала. Вот только земли эти расположены неизвестно где.

— А вот это уже интересно, хотя может оказаться, что всё это только для отвода глаз, а на самом деле он занят чем-то совсем другим.

— Интересно, как он может контролировать работы на этих участках, если находятся они, как уверен Зиф, по меньшей мере в нескольких днях пути? Или там действительно ничего не происходит — бурьян один растёт?

— Может, и так… Однако он действительно не производит впечатления этакого легкомысленного мотылька, надеющегося на авось. Как бы далеко ни находились те участки, королева может пожелать осмотреть их в любой момент или же отправить кого-то вместо себя — это слишком важно для неё.

— Значит, либо ему есть что предъявить, либо он уверен, что она туда не доберётся — по тем или иным причинам.

— Сегодня мы больше ничего не придумаем и не узнаем, так что давай спать, — посоветовал Рэй.

Лора с ним согласилась, но решить и выполнить — не одно и то же. Она ещё долго ворочалась, воспринимая тревогу, которая расплескалась по покоям и коридорам замка — многим его обитателям не спалось этой ночью.

========== Глава 55. Спящий замок ==========

Мимо спящих служанок, мимо дремлющих стражей неслышно скользила младшая принцесса, не более заметная, чем лёгкая тень, плывущая в ночном сумраке.

Наконец её покои остались позади. В тёмном пустом коридоре, где гуляли лишь ночные сквозняки, шевеля лёгкие драпировки, Ззия перевела дух, плотнее закутываясь в длинный тёмный плащ.

Она накинула на голову капюшон, окончательно сливаясь с темнотой, и осторожно двинулась вперёд, выбирая самые тёмные коридоры и тайные переходы, известные далеко не всем обитателям дворца.

В некоторых из них не было ни одного цветка, а стены сходились так близко, что становилось страшно — казалось, что они готовы раздавить любого, кто осмелится сделать ещё несколько шагов.

Пыль, покрывавшая пол толстым белёсым ковром, говорила о том, что об этих коридорах не знают не только придворные, но даже слуги, многие из которых проводили здесь, в замке, всю жизнь — от рождения и до смерти — на протяжении нескольких поколений.

Ззия освещала свой извилистый путь маленьким масляным фонариком, приглушая свет всякий раз, прежде чем вступить в широкие и ухоженные обжитые коридоры, хотя вероятность встретить в них хоть кого-нибудь в такой час была ничтожно мала.

Даже стражи не попадались ей на пути. Поздней ночью они несли вахту лишь там, где было что охранять, и Ззия с трепетом думала о том, что в их силах сделать её вылазку бесполезной, ведь там, куда она направлялась, ей не избежать встречи с этими верными слугами королевы, похожими на немые изваяния и столь же непреклонными, как статуи.

Принцесса отыскала очередную потайную дверь. Резная деревянная панель едва слышно заскрипела, медленно, натужно отходя в сторону под напором тонких, изящных, но вместе с тем довольно сильных для женщины рук.

Проскользнув внутрь, Ззия на миг замерла, с опаской глядя в темноту тайного коридора, но потом ей показалось, что она слышит какой-то звук, будто кто-то, идущий за ней следом, неосторожно поставил ногу.

Возможно, ей это только показалось, но Ззия не стала испытывать судьбу и поспешно задвинула за собой дверную панель, которая на этот раз даже не заскрипела. Быстро повернувшись спиной к закрывшейся двери, Ззия напряжённо всматривалась в темноту.

Это было одно из самых таинственных мест замка - любопытная принцесса разыскала его в пору своего беззаботного детства. Иногда она думала, что, может статься, никто не знает замок лучше неё.

В сущности, он был очень стар, хотя по его виду это и было незаметно, но лишь потому, что за ним тщательно следили, да и построено было на совесть.

За многие века резиденцию королевского дома Аззы неоднократно перестраивали и достраивали. В старые планы вносились изменения, которые могли скорее запутать, чем что-то прояснить; появлялись новые планы, с которых постепенно исчезали забытые, давно заброшенные уголки и переходы внушительного строения.

Наконец старые планы просто терялись или же приходили в негодность, так как их судьба никого особенно не заботила.

Таким образом коридоры, лестницы и переходы, имевшие когда-то чисто практическое назначение, превратились в некую тайную и таинственную сеть, пронизывавшую замок и жившую, как часто казалось Ззие, своей тайной и таинственной жизнью.

Большинство обитателей дворца почти ничего не знало о них лишь потому, что никогда ими не интересовалось, а для маленькой любопытной принцессы исследование всех этих загадочных мест и забытых закоулков было увлекательнее любых игр.

Ззия хорошо помнила, как впервые очутилась именно в этом коридоре, по чистой случайности отыскав открывающуюся панель. Она была тогда подростком, переживавшим одно из первых разочарований, одну из первых утрат, которая тяжело даётся каждому подростку-жиззеа: крылья отказались служить ей.

Счастье полёта, которое знают дети — все, без исключения, без различия пола, знатные и безродные, богатые и бедные — все они были равны, когда поднимались в небо…

Это потом, когда они становились слишком тяжёлыми и крылья больше не могли поднять их над землёй, подарить прекрасное и незабываемое чувство полёта, свободы и счастья, они учились помнить о своём положении, учились повелевать, подчиняться, оценивать себя и других по тем критериям, которые кажутся такими смешными и жалкими, если у тебя есть крылья.

Пока у тебя есть крылья…

Ззие, однако, часто казалось, что она не лишилась их окончательно, но это не имело никакого отношения к двум тонким серебристым частям тела, покрывавшим её спину мерцающим плащом, которые давно стали совершенно бесполезными и вызывали у неё не гордость, а лишь приглушённую тоску по невозможному.

Она предпочла бы лишиться их совсем, как большинство её соплеменников: постепенно ткани крыла истончались и высыхали, становясь хрупкими, а потом просто обламывались, легко и безболезненно.

Чтобы предотвратить естественный исход, приходилось идти на множество ухищрений: принимать горькие порошки из семи трав и проходить длительные процедуры, смягчающие и укрепляющие эти изящные подтверждения знатности рода.

Крылья инкрустировали, украшая их россыпями драгоценных камней, в результате чего приходилось ухаживать за ними вдвое, а то и втрое больше.

Ззия была очень рада, что хотя бы это не вменялось ей в обязанность. Правда, принцессу без единой драгоценности на крыльях можно было назвать явлением небывалым, а её придворные дамы были недовольны, так как им приходилось сдерживать свои эстетические (как им казалось) порывы, но в конечном итоге все смирились с её скромным видом.