Чтение онлайн

– Выпей еще виски.

Он ударил ее по лицу. Вскочил, повалил ее вместе с креслом, ударил еще:

– Майк!

Капитан дернул его к себе:

– Успокойся, Грек! Смотри на нее – она ничего не скажет!

Девушка лежала на полу, щека горела, губа припухла, но она торжествующе улыбалась. Александр, шатаясь, вернулся на место. Майк подал Жене руку, поставил ее кресло и сел между противниками.

– Мы же деловые люди, – сказала Женя, утираясь салфеткой. – Ты так ни цента не получишь.

– Что я должен делать? – Грек одну за другой принял две рюмки и уже не закусывал.

– Вот это самая интересная часть нашего фуршета. Я хочу сохранить то, что приобрела.

– Что же? – в ее взгляде он уловил что-то злое, отчаянное. – Извини, но с этим художником… Это не моя вина…

– Речь о другом, – оборвала девушка. – Сейчас мы заключаем новый договор, опять же на честном джентльменском слове. Ты позволишь, я приму на себя роль джентльмена? Так вот, с твоей стороны: счет в швейцарском банке – опять же на предъявителя (и заметь: никаких алиментов!) – плюс беспрепятственный выезд за границу. Меня устроит скромная сумма, небывало скромная, совершенный пустяк…

– Сколько?

– Согласись, я могла бы покуситься и на половину того, что имею сейчас, но я не попрошу даже того, что все вы – свиньи – мне задолжали! Триста тысяч.

Грек и не был особенно пьян, но после этих слов совсем протрезвел.

– Сколько? – не веря своим ушам, пропел он на высокой ноте.

– Ценишь мою щедрость?

Он усмехнулся:

– Так ты играешь в комиссионера. Спасибо. Твои два с половиной процента я обещаю.

– Улететь я должна завтра же.

– Вот это никак. Сначала мне надо все как следует проверить, потом уже заняться твоими документами и вызовом. Уйдет неделя.

– Если бы я не знала твоих возможностей, не говорила бы о завтрашнем дне. Ладно, к компромиссу я готова.

– Неделя.

– Ян приезжает в воскресенье. Поэтому я согласна на субботе. Ты меня понял?

– Я гарантирую твою безопасность.

– Троих из «твоей безопасности» я уже видела.

– Хорошо. Понедельник – самое раннее, – виски убавилось еще на рюмку.

– Воскресенье вечером. И чтобы Ян до моего отъезда не попал в свою квартиру на Невский.

– Идет.

– Вот и договорились.

– Когда я получу деньги?

– Перед тем, как сесть в самолет, я скажу, где лежит половина. А другую подождешь, пока я не обезналичу счет.

– Это несерьезно…

– Более чем серьезно, – оборвала Женя.

– Где гарантии?

– Мое честное слово.

– На тебя нельзя положиться.

– Другого расклада не жди. Завтра в Неве выловят мой молодой и красивый труп. Я иду на это с легкостью. А ты? Раскрой свои карты…

– Да-а, – протянул Гречишников. – Стерва еще та!

Женя покачала головой:

– Вспомни. Я тебя любила. А ты меня наказал, жестоко обидел, подставил. Ты меня продал, Грек, точно так же, как и все остальные покупали и продавали. Я злопамятна. Но сейчас… – она усмехнулась, – мне ничего не нужно, лишь бы не видеть ваши рожи. Я хочу исчезнуть, Грек. Это мое единственное настоящее желание.

– Нет.

– Рассуждай логически: эти миллионы мне с собой не увезти, они останутся здесь. Какой смысл тебя обманывать?

– Ты мстительная сучка – я знаю…

– Если и есть человек, которому я отомщу, то – не льсти себе – это Ян. Мой договор с тобой – сам по себе месть. Никакого удовольствия при этом я не испытываю.

– А почему ты не хочешь поверить моему слову? Ты же знаешь…

– Я знаю, что ты – бизнесмен. Ян – тоже бизнесмен. Между вами есть некое соглашение, о котором я могу только догадываться. Чем он там тебя за яйца держит – мне не интересно. У меня своя политика. Все движется по спирали. Я не хочу возвращаться в прошлое. Я должна родиться другой. Поэтому ты выполнишь мои требования.

– Куда ты летишь?

– Угадай с трех раз.

– Понятно.

– Я позвоню тебе в воскресенье утром.

– Не раньше полудня.

– Хорошо, в полдень.

Грек поднялся, следом за ним – потягиваясь и вращая лопатками – Майк. Женя вышла их проводить.

– Да, еще, Саша, – остановила она на пороге, – личная просьба – не играй больше в карты на людей.

Александр недовольно поморщился, тряхнул головой и выскочил на лестничную площадку.

Капитан обернулся, по-отечески глянул на «шантажистку» и поправил воротничок ее блузки, оттопырившийся после драки:

– Ты молодец.

Женя выглядела усталой: Александр теперь не видел ее, игра закончилась:

– Ты настоящий человек, Майк. Настоящий мужик. Жаль: я не свободна. И извини, если что не так.

– Квиты. Счастливо.

– Прощай.

Дверь закрылась. Майк догнал Грека на середине марша. Грек поежился:

– Что там еще?

– Призналась мне в любви, – ответил капитан.

– Чего?

– Сказала мне спасибо, что я тебя – болвана – вовремя остановил.

– Коза.

Они вышли на улицу.

– Война? – спросил Майк.

– Нет, братец, – зло засмеялся Гречишников, предвещая удивительные события (именно за такой смех и уважал его Майк), – войны не будет! Я не опущусь до бытовухи. У нас куча времени и прекрасная возможность отполировать эту немецкую задницу по Закону!.. Об одном сожалею: идея красивая! Сделку с господином Ташаном придется свернуть…

Хитроу. Тоже город. Город гигантских бесперых дюралевых птиц. Здесь их тьма. Здесь тьма всего: магазинов, гостиниц, машин, людей. Люди делятся на служащих и не служащих. Не служащих больше. В душе они говорят на разных языках, здесь – на английском, даже если его не знают. Вот академично одетая женщина с гамбургским акцентом. Вот молодая парочка из Брюсселя. Вот физик из Дании. Дипломированная (в смысле вооруженная дипломатами) делегация черных самураев, спокойных, словно у себя дома. Ирландский террорист, в спешке на родину. Джинсово-кожаный ковбой (почему-то с «Мальборо» в зубах), веселый и очень начитанный (кстати, по-английски говорит хуже всех выше перечисленных). Хитроу. Этот монстр пропускает их через себя ежедневно сотней тысяч и не давится. С чего бы? Переварит и забудется восьмичасовым сном: 11 Р.М. – баста, хорэ летать, спокойной ночи. Птицы спят. Птичий город в бриллиантовой цепи огней. За надежными звуконепробиваемыми окнами отелей – мирное ожидание рассветного часа. Хитроу. Отсюда начинается дорога в Лондон… Пардон: и отсюда тоже.