Чтение онлайн

— Итальянку казнил французский народ, — твердо отвечал алхимик. — Я же буду действовать исключительно в интересах французского народа…

— Значит, вы признаете, что в Люксембургском дворце что-то затевают, и вы нужны в Париже именно по этой причине?!

Бежар прикусил губу. Он понял, что ловушка захлопнулась.

— Я вам больше ничего не скажу. — Алхимик поднялся. — Если вы кардиналист, сударь, вы можете донести на меня, можете меня арестовать и предать пыткам. Но и под пытками я не произнесу ни слова.

— Отлично, мессир Бежар, вы держались превосходно, — одобрительно сказал Арамис, подходя к растерянному алхимику и пожимая его руку. — Приношу свои извинения за весь этот спектакль, но я не имел права нарушить данное мной слово и не выполнить приказ.

— Приказ?! — вскричал изумленный Бежар.

— Вот именно.

— Так вы испытывали меня?!

— Как видите.

— Но кто приказал вам?

— Тот, кто имеет на это право.

— А-а… понимаю…

— Тем лучше.

— Так я еду в Париж?

— Мы едем вместе.

— Когда?

— Как только все будет готово.

— У вас есть доказательства того, что вы говорите от имени… тех, кто ожидает меня в Париже?

Вместо ответа Арамис поднес к глазам алхимика некое письмо.

— Вы узнаете почерк? — спросил он.

— Да.

— Подпись?

— Да.

— Достаточно вам этого?

— Почерк можно подделать, письмо похитить…

— Вы правы. Это же самое я говорил одному человеку лишь несколько часов назад.

— Кому?

— Он неизвестен вам. Итак, письмо можно похитить?

— Несомненно!

— Что вас убедит?

— Пароль.

— Но пароль можно узнать!

— Слишком много совпадений. Вам известен пароль?

— Да.

— В таком случае — назовите его!

— «Охота на лису» и «Орлеан».

— Правильно. Но…

— Правильно. А к тому же — «Ларец Генриха» и «Четки королевы».

Алхимик облегченно вздохнул. После этого он опустился на стул и снова предложил сесть Арамису.

— Мы не первый день занимаемся нашими исследованиями, а я и не подозревал, с кем имею дело. Значит, вы интересовались «Золотым напитком» только для вида?

Арамис хитро улыбнулся:

— Почему же? Я надеюсь и впредь… по окончании охотничьего сезона… продолжить наши совместные опыты. Они очень поучительны. А пока…

— А пока?

— Я с вашего позволения прочитаю «Benedicite». [5]

— Почему?

— Потому что за вашей спиной я вижу милейшего Годо. Он принес нам ужин, а я, признаюсь, голоден.

Мессир Бежар должен был уладить некоторые дела и приготовиться к дальнему путешествию. Он вез в Париж целую лабораторию, упаковав в ящики несчетное количество химической посуды, переложенной соломой, и разместив все это на двух громоздких повозках. Когда-то мессир Бежар действительно изучал медицину в стенах Сорбонны, поэтому в Париж отправлялся в качестве лекаря.

Он должен был явиться к Марии Медичи в Люксембургский дворец. Алхимика сопровождали двое: горбун Годо и светловолосая девушка — племянница мессира. Предусмотрительный медик нанял двоих дюжих молодцов, которые подрядились совмещать роли грузчиков и охранников на протяжении следования до Парижа всего за несколько пистолей.

Арамис собирался проделать часть пути вместе с обозом мессира Бежара.

— Однако в Париж вам придется прибыть без меня, любезный Бежар, сказал он. — Ваши колымаги производят столько шума… Мне же полезнее передвигаться в тишине.

Пока повозки катили по земле Лотарингии, Арамис не проявлял особого беспокойства, но чем ближе к Парижу — тем более неузнаваемым становился спутник мессира Бежара. Алхимик дивился перемене во внешности своего недавнего напарника по поискам рецепта эликсира долголетия; тот располнел на глазах, стал меньше ростом и выглядел как самый обыкновенный лавочник, путешествующий в столицу по торговой надобности. Широкополая шляпа скрывала его красивое лицо и черные глаза, в которых время от времени загорались молнии.

Во время путешествия алхимик стал замечать, что его племянница все чаше посматривает в сторону переодетого монаха д'Эрбле с изумлением и затаенным страхом.

— Зачем мы едем в Париж? — спрашивала она.

— Ты же знаешь, Анна. Я уже говорил тебе…

— Нет-нет, это все не то! Мне страшно, я не хочу, чтобы ты становился придворным медиком. Я чувствую беду.

Бежар мрачно замолчал. Было видно, что он и сам едет в Париж с тяжелым сердцем.

— Так надо, Анна, поверь мне.

Девушка отворачивалась и часами не произносила ни слова. Невеселое это было путешествие.

Арамис, не обращая внимания на переживания алхимика и его племянницы, коротал время, беседуя с Бежаром, и было видно, что беседа доставляет ему удовольствие.

Но близ Корбея они распрощались.

— Теперь вы отправитесь в Париж, — приказал Арамис. — В мои же намерения не входит появляться там, тем более в такой приметной компании.

— В таком случае прощайте, — отвечал алхимик. — Но на прощание вы должны открыть мне: как вам это удается, черт побери?!

— Что вы имеете в виду, мессир Бежар?

— Все эти превращения. Сменить костюм легко, но комплекцию…

— Полно, почтенный Бежар. Разве не проще простого растолстеть, передвигаясь так медленно и питаясь в пути так основательно, как это делаем мы!

Бежар с подозрением посмотрел на улыбающегося Арамиса.

— Хорошо, положим вы набили костюм ватой, но изменить рост…

— Вы тоже можете изменить свой рост, если понадобится.

— Каким образом?

— При помощи высоких каблуков, например.

— Но тогда я стану казаться выше, чем я есть на самом деле, в то время как вы стали ниже!

— При помощи все тех же высоких каблуков, милейший Бежар.

— Но тогда я совсем ничего не понимаю!..

— Отказавшись от них.

— В самом деле! Все просто… Но ведь не на целую же голову.

— Я сутулюсь.

— Но это незаметно.

— Благодаря широкому плащу и свободной одежде, набитой, как вы изволили заметить, ватой. Незаметно — и хорошо. Так и надо.

— Так вот в чем дело!

— А вы уже были готовы подумать невесть что?

— Признаться — да.

— Стыдитесь, человек с вашими познаниями, любезный Бежар!