Чтение онлайн

Как только Кенрик увидел кресло, готовое принять того, кто вынужден будет сидеть в нем, его инструкция сработала: это было место, где оставляли привязанного оракула, чтобы он получал пророческий дар.

— Кенрик!

Руки пытались удержать его в плену. Это было похоже на пробуждение ото сна. Он стоял у стены, пытаясь вскарабкаться на выступ и сесть в ожидающее его кресло, в то время как девушка упорно цеплялась за него, удерживая внизу. Он лягался, вырываясь из ее рук. Вдруг власть инструктажа нарушилась. Он разжал руку, державшуюся за выступ, и упал, увлекая за собой и Николь.

— Я бы влез! — Он боялся взглянуть наверх, чтобы кресло опять не потянуло его.

— Нет, — у Николь была жесткая хватка. — Ты не оракул. Ты лорд Кор-Кенрик, и ты должен это помнить!

— Но инструкция...

— Да, — ее шепот действовал сильнее крика, — я знаю. Ты назначен сидеть там, наверху, однако передатчик ошибся, и ты должен играть вне правил в совершенно другой пьесе. Но что совершенно точно — мы уже не под пустыней! Мы в Храме Орма и, может быть, сумеем удрать.

Она была права, чем спасла его от помутнения разума. Он не был оракулом. И они, похоже, действительно достигли определенной точки.

Девушка хрипло рассмеялась.

— Удрать — да, но попробуй убеги, если нападут огненные черви! Это наиболее секретная часть Храма Орма, и наиболее охраняемая. Допустим, мы пойдем наверх по дороге, известной тебе по инструктажу, и наткнемся на оракула. Что тогда?

— Может, меня трансформируют?

По странному повороту судьбы он находился на расстоянии вытянутой руки от того места, где должен был быть по первоначальному плану. Если бы он мог трансформироваться, его миссия не пропала бы зря. Эта мысль дала ему новую энергию, и он еще раз осмотрел стены.

— Прекрасно! — Ее голос был таким же низким и грубым, как тогда, в пустыне. — Но до тех пор, пока ты не найдешь его, ты должен быть только Кенриком. Иначе стража быстро и легко сожрет тебя.

Кенрик услышал какие-то звуки впереди, схватил Николь за талию и оттащил к одному из туннелей. Они прижались к стене и стали ждать. Она спрятала шар, и хотя они стояли в темноте, слабого света здесь хватало, чтобы увидеть выплывающее из туннеля существо. Явно огненный червь, но гигант, именно такой, как они и предполагали. Маленькие черви пустыни были просто карликами по сравнению с этим чудовищем. Он был как раз такой, как на резьбе, на нем вполне можно было ехать.

Ногти Николь впились в его руку, но она молчала. На спине червя было привязано широкое сиденье или седло, слишком широкое для одного всадника, как прикинул Кенрик. К заостренному переднему концу сиденья были привязаны вожжи, другой конец которых терялся в бахроме щупальцев животного. Натягивая вожжи, всадник мог управлять им.

Червь полностью вышел из туннеля и остановился на открытом месте. Три его глаза тупо смотрели вперед. Видел ли он двух беглецов? Во всяком случае, интереса к ним он не проявлял, а стоял в задумчивости, и только двигающиеся щупальца, из которых тянулись нити слюны, показывали, что он жив.

Поскольку он стоял неподвижно, Кенрик шагнул вперед, стараясь получше разглядеть снаряжение червя. Перед седлом были прикреплены ножны, так чтобы всадник легко мог достать до них.

У Кенрика перехватило дух: он видел то, что просто не могло существовать в этом месте и времени. Там, в штабе, его тело, вернее тело Трапнела, было теперь упаковано в защитное устройство, сохраняющее его живым до возвращения разума Трапнела.

Но здесь он был человеком, носившим, если так можно выразиться, другую покрышку из костей и мяса.

В этих ножнах было оружие, знакомое ему по собственному времени — бластер. Неодушевленные предметы транспортировать через камеру нельзя, а здесь никто не мог сделать этот бластер. Его производство требует высокой технологии, а здесь не было таких факторов, для которых было бы нужно выслать целый отряд техников.

Вмешательство в мозг Кенрика проводил чужак, даже не знающий частоту. Нельзя ли предположить, что здесь действует другая Служба, развивающаяся параллельно его собственной, но сделавшая важное открытие в транспортировке? И действительно ли этот бластер был точно таким, какие он знал? Ему очень хотелось взять его в руки и удостовериться.

На этом огненном черве ездили верхом, но может ли Кенрик подойти к нему? Пока он раздумывал, огненный червь поднял голову, повернулся к туннелю, из которого вышел, и снова поплелся обратно в отверстие. Николь спросила:

— Ты видел, что в этих ножнах?

— Похоже на бластер.

— Если не принимать во внимание, что его нельзя передать и никакой кузнец в Вал леке не может его сделать. Возможно, мы ошибаемся, думая только о передаче: что, если он был доставлен из другого мира? Четыреста–пятьсот лет...

Кенрик хотел было сказать «назад», заканчивая ее фразу, но подумал, что они и сами сейчас в прошлом.

— Люди не пионеры в глубоком космосе, — продолжала Николь, — многие были на этих трассах до нас.

Все это так, но бластер! Он мог тут оказаться, если был привезен из мира, подобного нашему. Эта информация с Вал лека могла бы иметь для Службы большую ценность, чем всякая другая. Он готов был уже протянуть руку к этому оружию, но Николь, как бы угадав его мысли, подскочила к нему.

— Зверя послали с помощью ультразвука. Мы его не слышим, но можем почувствовать.

Он кивнул.

— Я ощущаю.

Она снова засмеялась.

— Ты не знаешь, есть ли в жилищах жрецов женщины? Если не знаешь, напряги воображение и представь себе их. Я предпочла бы покончить с собой, чем жить со жрецами, уверяю тебя. Кстати, защитные приспособления могли уже сигнализировать о нашем присутствии.

— Я не думаю, что охрана осмелится прийти к креслу оракула.

— Может, это всего лишь легенда и жрецы хотят, чтобы посторонние в нее верили. Кто тут подскажет оракулу, каково должно быть пророчество? Огненный червь? Нет, жрецы хорошо знают эти проходы.

И они пошли за огненным червем. Та часть Грида Трапнела, которая была Кенриком, шла мягко, неслышно. Руки сжимались и разжимались, тоскуя по оружию. Как тренированный боец, он чувствовал себя голым, если не имел оружия. И густой, терпкий запах червя говорил ему, что впереди опасность.

Пол постепенно пошел вверх, а далеко впереди, похоже, был дневной свет. Значит, они выходили на поверхность земли. Они шли медленно, держась ближе к стене и прислушиваясь...

Холод нижних коридоров отступал. И вот они дошли до конца туннеля.