Чтение онлайн

Ямаути-сю с нетерпением поглядывали на Оо-мон: ну, когда же, когда же?! А на посадочной площадке выстроились Рокон и подчиненные ему воины-монахи из Мэйкёина. Рядом с Нацукой, молитвенно сложив руки и глядя в небо, стоял Акэру, которому запретили следовать за молодым господином в священные земли.

И вот наконец, когда уже казалось, что ожидание длится вечность, занялся рассвет.

– Смотрите туда!

Нацука проследил, куда указывал один из Ямаути-сю, и ахнул. Тучи над горой исчезали, словно их кто-то стирал. С того самого дня, как случилось Великое землетрясение, они окутывали вершину, беспрестанно осыпая ее суровыми молниями. Но в эту секунду черные клубы, пронизанные бело-голубыми вспышками, разлетались в стороны, словно их рвал в клочья ребенок. Раскаты грома, ставшие уже такими привычными, тоже утихли. На некоторое время воцарилась необычная тишина.

Неизвестно, что там стряслось, однако пасмурное, почти черное после землетрясения небо постепенно приобретало спокойный серый цвет. Посветлело небо на востоке и начало проясняться. Очень быстро светло-голубой купол над головой окрасился неярким розовым светом.

Как же давно они не видели прозрачного неба? Ведь все это время оно было спрятано за тучами, неурожай случился ужасный, все высохло.

– Неужели им удалось? – прошептал Акэру, глядя в небо.

– Не знаю.

Понятно одно: что-то произошло. И видимо, что-то хорошее.

Вдруг где-то за воротами зашумели.

– Они вернулись!

Вся компания пронеслась между алыми колоннами и ворвалась на территорию дворца. С самого верха длинной лестницы от Оо-мон летел вниз ятагарасу в облике птицы. У земли он снова обернулся человеком и выпрямился перед Нацукой. Посыльным оказался Харума, один из Ямаути-сю.

– С Его Высочеством все в порядке! У остальных Ямаути-сю также нет ранений. Но покушение на Ямагами отменили.

– О чем ты говоришь?

Не успев даже вздохнуть с облегчением, все – Акэру, Нацука и остальные – снова напряглись и слушали Харуму, боясь пропустить хоть слово.

– Случилось непредвиденное. Посвященная вернулась.

– Что?!

– Сбежавшая девушка-посвященная сама вернулась на священную землю.

Никто из присутствующих не понял, что сказал Харума.

Нацука, чувствуя, как против его воли сдвигаются брови, простонал:

– Почему?..

– Я и сам не знаю. Но девушка по собственной воле ушла из дома тэнгу и вернулась – это совершенно точно.

Харума сам выглядел так, будто его околдовала лисица.

– Благодаря ей и гнев божества утих… Хотя не совсем, и все же пока обошлось без выволочки… В общем, похоже, что и чудище, и обезьяны недоумевают и не знают, как поступить. Поэтому молодой господин тоже колеблется и не решается действовать.

– Вот те раз! Бывают же на свете неожиданности! – из-за спины Нацуки удивленно высказался Рокон. – Но ведь если не поторопиться, мы лишимся сил Золотого Ворона, разве не так?

– Дело в том, что проклятие, наложенное на Его Высочество, перестало действовать, как только девушка вернулась. Поэтому молодой господин сказал, что ему нужно переговорить с посвященной, и остался там, а нам велел ждать.

Акэру и Нацука невольно переглянулись.

– Господин Нацука, что будем делать?

– А что нам остается? Если брат так решил, у нас нет другого выбора.

Нацука и молодой господин еще несколько раз обменялись посыльными, однако приказ ждать не изменился.

Наследник в сопровождении Юкии и других Ямаути-сю вернулся только после полудня. Его тут же с криками окружили гвардейцы.

– Надзукихико! Ты цел? – крикнул бежавший впереди всех Нацука, и лицо младшего брата чуть смягчилось.

– Прости, заставил тебя побеспокоиться.

– Как твоя рана?

– Пока не болит, – успокоил его молодой господин и обвел присутствующих взглядом. – Убийство Ямагами откладывается.

Его слова совершенно противоречили тому, что он сказал перед уходом. Ямаути-сю нетерпеливо зашумели.

– Но почему? Что там случилось? – Нацука, которому показалось, что он целую вечность ждал возвращения брата с его людьми, никак не мог поверить в такое внезапное изменение его намерений.

– Обстоятельства изменились. Эта девушка… – начал было наследник, потом запнулся и продолжил чуть по-другому: – Госпожа Сихо попросила меня.

– О чем попросила?!

– Попросила не убивать чудовище.

– Что за ерунда! – крикнул кто-то из Ямаути-сю. – Она ведь сама сбежала, так чего ж теперь болтает?!

– Ваше Высочество, вы что, согласились?!

– Зачем вы это сделали?! Если она пытается защитить чудище, так надо их вместе прикончить! – раздались гневные крики.

– Именно! Не стоит колебаться!

– Ваше Высочество, неужели вы испугались?!

Гвардейцы явно расслабились, но тут Юкия, до сих пор молчавший, схватил в руку меч, не вынимая его из ножен, и стукнул об пол наконечником. Ножны сухо звякнули, и этот звук заставил распалившихся Ямаути-сю прийти в себя.

– Его Высочество еще не закончил. Молча дослушайте до конца, – тихо произнес Юкия.

Его лицо выражало решимость. Ямаути-сю недовольно умолкли.

Молодой господин тихонько вздохнул и устало кивнул.

– Вы правы, она сбежала. Но… потом вернулась. И вот к чему это привело. – Он указал за ворота.

Нельзя сказать, что погода теперь прекрасная, но слой облаков стал тоньше, а иногда сквозь просветы даже проглядывало голубое небо и падали на землю солнечные лучи, которых ятагарасу лишились после землетрясения.

– С ее возвращением что-то изменилось. Моя рана не болит, на Ямаути светит солнце. Мы не можем не обращать внимания на это, – бесстрастно продолжал молодой господин. – Я не знаю, почему девушка защищает это чудовище. Однако нам неизвестно и что случилось в прошлом. Мы собирались уничтожить Ямагами и занять его место, так как считали, что предыдущего Ямагами сменило это существо. Но если мы не правы, все встает с ног на голову.

Разговор принимал угрожающий оборот, и Нацука заволновался:

– Надзукихико, что ты хочешь сказать?

– Что Ямагами, возможно, никто не сменял. Возможно, истинная форма этого чудовища и есть наш Ямагами-сама.

Тишина стояла такая, что ушам стало больно.

– Сто лет назад что-то произошло. И вполне вероятно, что тогда Ямагами и превратился в чудовище. Почему-то до сих пор мы совершенно не рассматривали этот вариант.

Нацука, который стоял с открытым ртом, захлопнул его с таким видом, будто ему наступили на больную мозоль. Надзукихико не придал этому значения и спокойно продолжил объяснять.