Чтение онлайн

Операторы «подвесили» команды боевых алгоритмов, пилоты засунули руки по локти в рукава управления или взялись за рукояти манипуляторов. А сенс-пилоты оглаживали пальцами пломбы сенс-режима и тихо что-то булькали... молились, чтобы ничего такого не происходило – мало кто любил «сенсорное похмелье» .

На расстоянии полутора астрономических единиц в горловине «червоточины» проявились два черных силуэта КСП с опознавательными сигнатурами Сияющих Звезд. Они чутко осматривались в течение двух минут. После этого один из них нырнул обратно, а оставшийся ощетинился активированными боевыми блоками, замерцал щитами и выпустил две семерки истребителей.

Спустя полчаса напряженного ожидания у «эльфа» появилось пополнение: девять КСП и одна белая «гражданская» яхта – светящаяся иллюминацией, как новогодняя елка. Вся группа «ушастых» резво отошла от «горловины» на такое же расстояние, что и русские, и стала незамедлительно выпускать малые суда – истребители, штурмовики, малые командные центры – быстро доведя численный и качественный состав своей группировки до такого же у русских.

– Запрос о переговорах получен. В международных кодах.

С подписью командующего появилось новое сообщение:

– Змей-четыре, – пять, – шесть, разведка. Остальные – «красный-один» ! Сенсы, разрешаю снять пломбы.

– Принято.

– Бля...

– Кто это родил? Вот кто это родил, а??

Эфир стыдливо промолчал.

Три семерки истребителей в стандартном построении «сенс + прикрытие» , осторожно двинулись к только что прибывшим «эльфам» . Те «отзеркалили» – выслали такое же количество «вынюхивальщиков» навстречу.

«Разведчики» замедлились на краю взаимного спурта, осторожно протиснулись и, пройдя дальше, приблизились к кораблям... оппонентов. Минута сканирования и – такой же осторожно-предупредительный отход на исходные позиции.

– Это Змей-четыре. У меня чисто!

Командующий флотилии дождался подтверждения от остальных двух звеньев и отдал приказ об открытии инфоканала к визитерам.

– Дмитрий Анатольевич, – Послышался в эфире новый голос, мерцание зеленого огонька на пульте говорило о том, что пришел он по защищенной линии с «зеркального огурца» . – Не хочу под руку..., но – как там?

– Пока нормально, Виктор Кириллович. Так что можете раскочегариваться.

– А чутье ваше как...? – Чувствовалось, что собеседник улыбается.

– Молчит, – Не удержался от ответной улыбки командующий.

– Эт хорошо. Завожусь. Жду сигнала. Отбой.

– Принял. Отбой.

«Нормальный мужик, без жлобства,» – Думал про себя командующий. – «Хотя начальник – ой, немаленький! И какие-то серьезные дела мы крутим с ушастыми, судя по всему. Ой, серьезные-е-е...»

*** «Зеркальный огурец» и «Белая елка» висели в пространстве на равном удалении от обеих группировок – «эльфийской» и русской. Не между, а чуть ниже от плоскости Млечного Пути. Или выше – пусть у астрофизиков головы болят.

Стыковочные рукава-шлюзы говорили о том, что встреча таки произошла.

Тонкоусый мужчина в строгом костюме стоял спиной к двум удобным креслам, в одно из которых с ногами забралась девушка в изумрудном длинном платье с черным широким поясом. Эльфийка. Ослепительно красивая. Смуглая кожа, длинные зеленые волосы, рассыпавшиеся по плечам, очень красивое тонкое лицо, большие зеленые глаза и полные губы – выглядела она потрясающе.

Между креслами стоял столик: чайнички, чашки, корзиночки с маленькими кулинарными вкусностями.

Он смотрел на космос на огромном экране во всю стену, а она – поверх чашки с чаем – на его силуэт на фоне полотна Млечного Пути. Корабли сопровождения отсюда были, конечно, не видны – две тысяч километров все-таки. Зато был Млечный Путь, широкой полосой проходящий через весь экран-иллюминатор.

Сейчас мужчина с тонкими усиками мало чем напоминал суетливого живчика в высоких ботинках и камуфляже, который наливал водку российскому императору на берегу реки. Сейчас это был пижон и франт – лев вечерних приемов, хищник раутов и званых ужинов.

«Мне б еще тросточку и котелочек... и белые перчаточки для полноты картины... Тем более, что условно обольщаемая дама на заднем плане уже имеется» .

– Ну и параноики ж мы с тобой, Чи-чан. Ну, что нам стоило встретиться на Лазоревой или на Рюкю? Я – в плавках с гавайским венком на шее, в широкополой шляпе и черных очках... Шлепанцы обязательно! И гавайку поцветастее... Ты – в бикини и палантине... или как там эта полупрозрачная штука называется, которую вы завязываете поверх купальника то так, то эдак?

– Парэо, неуч! – Расхохоталась красавица. – Представляю себя в шерстяном палантине под палящим солнцем! «В палантине и бикини» ! Ха-ха-ха! Поэт! А почему не в паланкине? Ха-ха-ха!

– Насмешил? Здорово! Ты хоть и хохотушка, но над старыми шутками не смеешься... Кстати, серьезный недостаток для женщины – мужчины не смогут развлечь тебя анекдотами...

– А вот про анекдоты – это одна из тех самых старых шуток, над которыми я не смеюсь, Витя-кун! – Фыркнула собеседница. – Но я должна сказать «спасибо» за минуту здорового смеха! Между прочим, на Рюкю тебе пришлось бы тяжело-о-о! Знаешь, какие там парни по пляжам ходят? Высокие, загорелые, мускулистые – шедевр генетической селекции Сияющих Звезд. М-м-м... Не то, что некоторые – низенькие, щупленькие и... ты когда последний раз под солнцем-то ходил, Вик-сан?

– Умеешь ты мужчине приятное сказать, Чи! – Покивал головой мужчина, не оборачиваясь. – Хоть один из этих... загорелых-мускулистых... ушастых... продержался рядом с тобой больше суток?

– А ви таки с какой целью интересуетесь, батенька?

– Узнать хочу, насколько не свезло парням напороться на настоящую эльфу – злую, язвительную и стервозную.

– Хи-хи-хи... Вик, я тебя обожаю! Не прошло и пяти минут, а ты уже ДВАЖДЫ меня рассмешил! Ах, прямо старыми временами повеяло!

– И то хлеб – значит, не зря сюда летела, Несмеяна ты наша!

Он подождал минуту и повторил:

– Но ведь параноики ж, Чи?

– Параноики. И чё? Непараноики, знаешь ли, сильно пожалели о своей доверчивости. Даже невзирая на изменение политики партии, как ты выразился. Сколько нас было первоначально, Ткачев? – Мужчина поморщился, как от лимона. – А сколько осталось сейчас? Этот мир слишком опасен! Невзирая на... Вот мы и... предохраняемся, хи-хи-хи...

– Откуда я знаю, сколько вас там осталось? Я за вами не слежу. А вы попрятались, как зайцы...