Чтение онлайн

– Неужели Вам не хочется отомстить?

Я задумался.

– Бад застрелился, Жен мертв, Мас ранен и арестован. Моя месть свершилась. Но честное слово, я бы многое отдал, чтобы никогда не приближаться к Дикому острову, чтобы все офицеры нашей морины сейчас были живы и здоровы.

Тар покачал головой.

– Я Вас не узнаю, господин супер-лейтенант. Вы стали жалеть своих врагов.

Сейчас мы не могли понять друг друга. Я мог бы многое сказать лейтенанту, но услышит ли он меня? Сколько нужно боли и крови, чтобы человек изменился, перестал ненавидеть и попытался простить.

– Я вернулся на Дикий остров не мстить, - сказал я.

Небо начинало светлеть, но дождь не прекращался. Вода заливала все вокруг, словно хотела смыть в океан разрушенный речной лагерь, мертвых десантников Пуи и наши следы.

– Я вернулся спасать.

Тар посмотрел на меня так словно увидел впервые, но ничего не сказал.

Десантники столпились на площадке перед храмом. Одни закуривали, пряча самокрутки в рукав, другие проверяли ранцы и оружие. Все понимали, что отдых закончился и впереди будет трудный переход. Несмотря на пережитый страх, на общую усталость и мокрую одежду, люди радовались. Пока все живы, берег близко, а командиры разберутся.

– Господа, - сказал я, когда подошли остальные офицеры, - часть заговорщиков сбежала из крепости. Сейчас они, предположительно, двигаются в сторону океана. Наша задача догнать их и уничтожить.

Офицеры угрюмо молчали и смотрели на меня. Почти все кутались в плащ-палатки, только Хот остался во френче, во время своей прогулки он так вымок, что теперь ему было все равно.

– А кого же я видел?
– удивленно спросил он.

– Их и видели, - ответил я, - времени нет. Уходим прямо сейчас.

– Мы не будем ждать Муки?
– спросил доктор, убирая револьвер в кобуру.

– Или он сбежал, или предал нас, - ответил я, - в любом случае отсюда надо уходить и чем быстрее, тем лучше.

Вещей у нас было немного, поэтому долго собираться не пришлось. Отряд вышел через пять минут. Меня тревожило исчезновение Муки и егерей. Просто так ночью люди не пропадают. Если лейтенант решил купить расположение дикарей, выдав нас врагу, над группой нависла серьезная опасность.

Было очень влажно и тепло. Вода падала с неба, с деревьев, с остро пахнущих незнакомых цветов, выливалась из приоткрытых бутонов. Крупные капли стучали по листьям лопухов и казалось, что под землей грохочут маленькие барабаны. На мокрую одежду уже никто не обращал внимания. Я стер правую ногу и отчаянно хромал, утешая себя тем, что мы с вардами движемся в одном направлении и надеялся, что гоняться за ними по лесу не придется. Следы были хорошо видны на раскисшей земле. Они очень торопились и даже не думали скрываться. Даже такие плохие следопыты, как мы, видели примятую траву и сломанные стебли.

Отряд спустился с холма и двинулся вдоль леса. Офицеры шли молча, тревожно оглядываясь по сторонам. Никто ничего мне не говорил, но я видел по глазам, что они не хотят воевать. Если бы я предложил закончить преследование и отправиться прямо на берег, никто бы не стал возражать. Но потом пройдет время и за стаканом горячего вина в кают-компании начнутся разговоры о том, что мы были в двух шагах от заговорщиков и могли выполнить задание. Они забудут о своей сегодняшней усталости и страхах, и начнут сожалеть о минутной слабости. Им станет стыдно. И тогда они поспешат оправдать себя и найдут виноватого. Думаю, не стоит объяснять, кто это будет. Я больше не хотел быть "селедкой отпущения". Хватит с меня офицеров "Великолепного", которые считают, что я виноват в провале прошлой экспедиции.

Мы успели отдохнуть и поесть, тогда как заговорщики вчера отражали одну атаку за другой, и провели последнюю ночь без сна. Очень скоро они устанут, объявят привал и тогда мы их догоним. Я не хотел думать о том, что будет потом.

– Мне кажется пора уходить с открытого места, - сказал Тар.

– Вы предлагаете пойти через лес? Боюсь, что это нас задержит, - проворчал я.

– Если предположить, что они идут к реке, то сейчас, после дождей, перейти ее можно только в одном месте, вброд. Им придется остановиться и наладить переправу.

– Зачем?
– не понял я.

– Вспомните во что превратился ручей в овраге. С рекой тоже самое. Придется организовать переправу, иначе людей может смыть потоком.

Об этом я не подумал. Я с благодарностью взглянул на лейтенанта. Если бы не он нам бы пришлось на много труднее.

– Командуйте, - сказал я.

Мы наткнулись на заговорщиков возле реки. По берегу сновали вардовские гвардейцы и моряки из отряда капитана Лоса. Я насчитал не больше тридцати человек. Несколько саперов уже переправились на другой берег и теперь протягивали веревки. Река, до этого спокойная, сейчас превратилась в бурный поток, разлилась и действительно могла унести всякого, кто рискнул бы ступить в воду. Как несколько человек сумели через нее перебраться, оставалось загадкой.

Заговорщики были видны, как на ладони. Дождь кончился, но небо все еще было затянуто тучами. Я мог отдать команду и через несколько минут все было бы кончено. Десантниками уже овладел настоящий охотничий азарт, дичь загнана, осталось только нажать на курок. Позиция отличная, практически никакого риска, один залп, несколько контрольных выстрелов и задание будет выполнено. Я представил, как подхожу к телу Лоса и стреляю ему в голову, чтобы убедиться наверняка. Меня передернуло. В чем различие между юными убийцами, добивавшими на наших глазах раненых всадников, и моим отрядом? Я видел ужас рядовых и офицеров при виде кровавой резни, свидетелями которой мы стали, но сейчас каждый из моих людей готов был сделать тоже самое.

Тем временем саперы закрепили одну веревку и перебросили конец на нашу сторону.

Ко мне подполз Тар.

– Не думаю, что нужно торопиться. Пусть сначала наладят переправу, нам она еще понадобится.

Он думал, что я специально выжидаю, давая нашим врагам сделать за нас сложную работу. Лейтенант лег рядом, поерзал устраиваясь, прицелился, повел стволом справа налево и опустил винтовку.

Почти двое суток я провел возле укрепленного лагеря и наблюдал за чужой войной. Я ничего не понимал. Неужели власть, которую получил сначала Толь, а потом Лос стоила всех этих смертей и лишений. Я вспомнил лицо адмирала, его необъятный желтый балахон, в котором он когда-то пришел ко мне в темницу. Во имя чего столько крови, лжи и предательства?

Адмирал мертв, а короткое правление и безграничная власть капитана Лоса заканчивались здесь, на берегу мутной реки. Я видел людей, которые словно муравьи еще занимались своими делами, не зная, что мальчишка уже занес ногу и собирается опустить на бестолковых, подбитый гвоздями башмак. На что они надеялись? Затеряться на побережье, ночевать в развалинах, месяцами скитаться по лесам, уходя от встречи со случайными отрядами дикарей, чтобы несколько оставшихся в живых, могли через полгода выйти к кораблю?

– Я не могу их просто так убить, - сказал я.

Тар повернул голову и удивленно уставился на меня.

– Что вы имеете в виду?

– Не могу стрелять в спину.

Лейтенант смотрел на меня во все глаза.

– Вы предлагаете..., - начал он и осекся.

– Я ничего не предлагаю. Я не могу отдать приказ убить ничего не подозревающих людей.

Тар отложил винтовку.

– Вы понимаете, что говорите?

– Да.

– Перед Вами враги, с которыми мы воевали два года и мерзкие предатели, из-за которых погибло столько хороших людей.