Чтение онлайн

Я открыл походный бар и достал початую бутылку коньяка, весь остальной алкоголь пропал, видимо Бад увез его с собой.

– За Коса, - сказал я и выпил прямо из горлышка.

Сразу после разговора с Солом, я отправился на берег. Хотелось повидать Гата и искупаться. От выпитого коньяка и сигары слегка кружилась голова. После моего разноса, все ворота оказались закрыты, часовые успели привести себя в порядок и у двоих я заметил в руках длинные палки, которые они держали на подобии копий. Все это было бы довольно смешно, если бы не было так грустно. Толь забрал всех, оставив мне несколько десятков человек, почти без оружия и припасов. Волноваться за десантников не стоило, ничего плохого он им не сделает, видимо они понадобились адмиралу для каких-то серьезных дел, возможно для усмирения враждебных племен или для дополнительной охраны.

Все равно, я не понимал зачем ему понадобился гарнизон в форте. Возможно адмирал еще не понял, как стоит поступить со мной и с офицерами, которые не выразили свою лояльность. Это что-то вроде исправительного лагеря, где заключенные сами себя охраняют, пока местный бог не решил их судьбу. Бесполезные мысли. Я жив и слава океану. Ответы на все вопросы обязательно появятся, но это случиться не сегодня. Я прошел мимо оставшихся на побережье сосен, срубить успели не все, и вышел к пристани. На самом конце деревянного пирса сидел Гат и ловил рыбу на самодельную удочку. На нем были только галифе и фуражка. Когда я подошел и поздоровался, лейтенант, не вставая, повернул ко мне совершенно опухшее лицо с темными мешками под глазами.

– - Здравствуйте, Бур, - задумчиво сказал артиллерист, - Это действительно Вы или у меня наконец началась белая горячка?

Гат был совершенно пьян. На досках стояла армейская фляга, видимо со спиртом, и пустая консервная банка, с торчащей из нее грязной ложкой. По заплывшим глазам и помятому лицу можно было предположить, что лейтенант пьет уже несколько дней.

– - Встать, - сказал я.

– - Что?
– удивленно спросил Гат.

– - Встать, - спокойно повторил я.

Лейтенант отложил удочку и медленно поднялся. Его слегка покачивало. На галифе спереди расплылось жирное пятно, видимо он пролил на себя масло из консервов, когда закусывал.

– - Вы пьяны. Приказываю привести себя в порядок и явиться в кают-компанию через час.

Гат отмахнулся от меня. Наверно я казался ему наваждением.

– - Какой порядок? Все кончилось. Нас всех предали, Коса убили. Все!
– вдруг выкрикнул он, присел и развел руками, - кончилась морина, конец.

Вместо ответа я толкнул его в грудь и артиллерист полетел в океан, подняв тучу соленых брызг. Он тут же вынырнул, безумно вращая глазами и отплевываясь. Я опустился на доски, поймал его за волосы и притопил еще раз. Лейтенант барахтался и размахивал руками, пока я его не отпустил. Когда он еще раз вынырнул, я помог ему вылезти и молча смотрел, как несчастный отплевывается, лежа на пристани.

– - Теперь Вы убедились, что это действительно я?

– - Чертова каракатица, Бур, - прохрипел Гат, - Вы меня чуть не убили.

Во время наших упражнений фляга со спиртом свалилась в воду и утонула, а удочка запуталась среди свай.

– - Выловите свою фуражку, приведите себя в порядок и через час я жду Вас в кают-компании.

Я оставил Гата приходить в себя на пристани, пошел на пляж, разделся и залез в океан. Светило солнце, ветра не было, жалобно кричали чайки. Я не много постоял на мелководье, потом окунулся, вылез, намылился и до красноты растер себя мочалкой. Вода была ледяной.

После купания я вернулся в форт. Егеря открыли ворота и молодцевато отдали честь. Они улыбались и уже выглядели по-другому. Появление старшего офицера и проявленная твердость сделали свое дело.

Я выбросил из кают-компании грязные пепельницы и пустые бутылки, и открыл дверь, чтобы проветрить. Надев чистое белье и сменив испачканные галифе и френч, я наконец почувствовал себя человеком. После нескольких дней, проведенных в плену, можно было вздохнуть спокойно. Пропало не только оружие, но и все секретные бумаги об экспедиции Толя. Представляю, с каким удовольствием, их сейчас читают в штабе адмирала. За утерю документов мне полагался трибунал, но думать об этом сейчас не хотелось. Слишком много всего случилось и еще может случиться, чтобы переживать о картонной папке. Я с тоской посмотрел на опустевший крюк вбитый в стену, на котором когда-то висел мой карабин. Есть вещи, к которым по-настоящему привязываешься. С одной стороны, Вы прекрасно понимаете, что сможете без них обойтись, но с другой, Вам их ужасно не хватает.

Приведя себя в порядок, я решил осмотреть территорию. Артиллерийские флеши опустели, все орудия, даже сломанные были вывезены из форта, в песке остались глубокие колеи. Полевая кухня исчезла. Двери в казарме десантников оказались распахнуты настежь. Моринеры собирались в спешке и явно не думали возвращаться, в комнатах было грязно, на разоренных лежаках не осталось даже одеял, видимо все забрали с собой. Я осмотрел казармы на предмет оставленных вещей, но все было вычищено и вывезено. Уходя, я аккуратно прикрыл за собой двери. Склад оказался закрыт на висячий замок. Ключа у меня не было.

Я еще немного походил, поднялся на стену, проверил посты и вернулся в штаб. Сол оказался уже там, Гат подошел через какое-то время. Приведенный доктором егерь, вымел из комнаты весь мусор и протер стол. Сол сам сварил кофе, принес консервы и галеты. Не могу сказать, что Гат окончательно протрезвел, но выглядел он уже посвежее и мог внятно изъясняться. Он сидел, нахохлившись в углу и курил папиросу. Мы пили кофе и молчали. Положение было скверным, я бы даже сказал безвыходным, без припасов и оружия мы полностью зависели от адмирала Толя. Противостоять ему мы не могли, уплыть домой тоже, фактически наша служба сводилась теперь к охране никому не нужного форта. Судя по тяжелым взглядам, которыми мы обменялись, все это понимали.

– - Что будем делать господа, - спросил я, - как будем жить дальше?

– - Будем форт охранять, - буркнул Гат.

Сол промолчал. Действительно обсуждать особенно было нечего, но во-первых я хотел узнать мнение офицеров, а во-вторых оставалось несколько вопросов, которые необходимо было решить.

– - Господа, - начал я, - понимаю, что мы с Вами оказались в тяжелой ситуации. Никто из нас не мог предположить, что случится на Диком острове. Мы оказались во власти адмирала Толя. Как человек, который провел у него в плену несколько дней, могу с уверенностью сказать, он узурпировал власть, сговорился с дикарями и больше не подчиняется адмиралтейству.

Доктор и артиллерист смотрели на меня во все глаза.

– - У адмирала под ружьем несколько тысяч местных воинов и около сотни хорошо вооруженных и подготовленных саперов, теперь к ним добавилась наша морина. Уверен, что все эти силы, рано или поздно, будут пущены в дело.

– - В какое дело?
– хрипло спросил Гат.

– - Я не понимаю зачем на Диком острове нужна такая большая армия. Могу только предположить, что, если завтра здесь высадится десант адмиралтейства, ему придется сражаться с войсками Толя.

Сол присвистнул и покачал головой.

– - Зачем ему все это?

– - Власть. Адмирал Толь назначил сам себя верховным богом здешних мест, - я в упор посмотрел на Сола, - он Босху.

Доктор стукнул ладонью по столу.

– - Ну, я так и думал.

Он резко встал и сделал несколько шагов по комнате.

– - Ну, что же, - Сол опять сел, - это многое объясняет.

Артиллерист налил себе кофе и теперь переводил удивленный взгляд с меня на доктора.

– - Что-то я не понимаю ничего, - начал Гат,- что за...