Чтение онлайн

– Отец! Отец!

Генерал прерывисто дышал, не в состоянии ответить дочери.

Бай присел подле и осмотрел рану.

– Я вытащу стрелу, помогите мне, – сказал он, обращаясь к солдатам.

Ли держала отца за руку, с надеждой заглядывая ему в лицо. Майён был мертвенно-бледным, то и дело терял сознание.

Бай сделал все, что нужно, и перевязанного генерала положили на повозку.

– Он не доедет до столицы, – тихо проговорил Бай, обращаясь к Далиде. – Нам нужно возвращаться…

– Да, конечно. Я отдам распоряжение, – ответила девушка.

Она подала знак старшему командиру, чтобы тот подошел.

– Мы возвращаемся в крепость. Оставьте людей, чтобы захоронить тела, и пусть потом следуют за нами. Отправьте донесение его величеству о происшедшем.

Генерал умирал долго и мучительно. Далида дни и ночи просиживала около постели отца.

– Не покидай меня! Только не покидай меня!.. – шептала она то и дело.

Отец был для нее всем, что заполняло ее жизнь: папой, другом, исповедником, с которым можно разделить радость и печаль, жилеткой, в которую можно было поплакать, или собеседником, с которым можно было поспорить. И ради нее, Далиды, он должен был жить! Жить вечно! Он не имел права умирать!

Только рядом с отцом она всегда была самой собой, ей не нужно было притворяться или надевать на себя придуманные маски. Она не боялась ни его гнева, ни осуждения, потому как ни то, ни другое никогда не было присуще Маиру.

Но смерть не спрашивает разрешения или нужного времени. Через некоторое время генерал умер.

Ли, потрясенная его смертью, осунулась и озлобилась. Она никого не хотела видеть и слышать. Любое сочувствие сейчас казалось ей фальшивым и поддельным. И лишь один Бай мог быть рядом и, как мог, поддерживал ее.

Через месяц старый отряд все же отправили в столицу, но Далида решила остаться в крепости, одержимая жаждой мести.

Отобрав в свой отряд самых отчаянных и безбашенных парней, Ли день за днем устраивала охоту на кочевников.

Гонимая гневом и ненавистью, она не давала покоя ни себе, ни другим до тех пор, пока кровавая слава о ней не распространилась по всей реке Зур, и кочевники стали обходить эти места дальней дорогой.

Бай был рядом и старался хоть как-то вразумлять девушку, но Ли была упряма и настырна, и ему приходилось с грустью наблюдать за переменами в своей ученице.

Прошло чуть больше года после смерти отца. Далида стала все чаще думать о том, чтобы вернуться в Сирт.

– Как думаешь, – однажды спросила она Бая, – может, мне пора вернуться домой?

– Думаю, пора, – согласился он.

– Мне кажется, что там я буду еще больше тосковать по отцу…

– Но там он останется для тебя всегда живым… А здесь… Здесь ты упиваешься местью и кровью…

– Ты прав, – помолчав, ответила Далида, – порой мне кажется, что я озверела, это невыносимое и отвратительное чувство…

Криво улыбнувшись, девушка усмехнулась.

– Как думаешь, у меня есть шанс снова стать нормальным человеком?

– Шанс есть всегда, даже когда кажется, что его нет, – философски ответил Бай.

– Что ж… Тогда собираемся в столицу.

Аргир заглянул в библиотеку, где Амон сидел среди рукописей и разного рода манускриптов.

– Слышал новость? – спросил он у брата.

– Нет. Что за новость?

– Ли с отрядом возвращается в столицу, – улыбаясь, ответил принц, слегка стукнув брата по носу первым попавшимся под руку свитком.

– Врешь! – спокойно ответил Амон.

– Я же врать не умею! – искренне возмутился Аргир.

Амон вытаращил глаза.

– Правда? Когда?

– Через несколько дней. Отец только что получил весть от гонца.

Амон вскочил на ноги и растерянно зашагал по библиотеке.

– Что мне делать?.. Несколько дней… Как думаешь, она навсегда возвращается или снова уедет? Она сильно изменилась? Она нас узнает? Она вообще о нас помнит?

– Стой, стой, стой! – подняв руки вверх, запротестовал Аргир. – Столько вопросов за один раз! Вот приедет, ты сам у нее и спросишь.

– А если она со мной разговаривать не захочет? Ты же знаешь, какие сейчас о ней слухи ходят.

– Я не пойму, ты слухов испугался или встречи с девушкой? – смеясь, парировал Аргир.

– Я не испугался! – уличенный в робости, хмуро ответил Амон. – Наверно, я просто привык ждать, а теперь…

Аргир приобнял брата.

– Брат, ты же королевских кровей! Все в твоих руках! Отец обещал сделать пышный прием в честь твоего двадцатидвухлетия, вот и воспользуйся этим!

– Ты прав, брат, – немного подумав, ответил Амон. – Сейчас пусть все идет, как идет, а на приеме я сделаю ей предложение. Надеюсь, у меня все получится…

– Не робей! – слегка хлопнув его по плечу, вдохновлял брата Аргир. – Все должно получиться!

И, подшучивая друг над другом, принцы стали обсуждать предстоящее событие.

В день приезда Далиды на улицах было людно.

– Ты видишь ее? – Амон, то и дело приподнимаясь в стременах и елозя в седле, спрашивал в очередной раз брата.

– Не могу рассмотреть…

Братья встречали армейскую кавалькаду, выехав на середину центральной площади столицы. Аргиру удалось уговорить отца разрешить им встретить отряд Далиды. Это немного выходило за рамки дворцового этикета, но король, отдавая дань их детской дружбе и скорбя об ушедшем в вечность друге, позволил принцам поприветствовать Ли и ее отряд первыми.

– Кажется, это она! – наконец произнес Аргир.

– Где? Где?

– Третий всадник слева, сразу за двумя солдатами со знаменами.

– Вижу! – чуть не закричал Амон. – Боже, что это за мифическое создание?

Кавалькада приближалась, и братья могли рассмотреть как следует свою давнюю подругу.

Далида восседала на лошади, словно царица на троне – величественная и неприступная. Ветер, будто влюбленный, трепал ее длинные волосы, то и дело бросая их на невозмутимое лицо девушки. Ее загоревшая кожа слегка отливала бронзой, что делало взгляд больших карих глаз еще более пленительным. Солнце поблескивало на амуниции девушки, придавая этому воинственному образу особенный блеск и торжественность. Она уже не была той юной, немного задиристой, но прелестной нимфой, какой помнили ее братья. Теперь это была воительница с прямым и чуть горделивым взглядом; неприступная, как Великие горы.