Чтение онлайн

— В лесу! — задыхаясь, выкрикнул он. — Дым! Горит что-то!

Мы бросились к окраине. Над дальним краем леса поднимался серый дым.

— Ветер на нас, — пробормотал Пётр. — Если разгорится…

Деревня могла сгореть дотла.

Я развернулся к мужикам:

— Вёдра, лопаты, топоры — всем, кто может держать! Пётр, остаёшься здесь, следи за порядком.

Люди бросились по дворам, хватая всё, что могло помочь против огня. Я забежал в усадьбу, чтобы предупредить всех домашних, чтобы со двора не выходили ни ногой, пока не вернусь. Никто возражать не стал, понимающе кивая.

После я поспешил в лес и скоро добрался до ближайшей опушки, где уже собрались мужики из ближайших дворов.

Огонь пока охватывал только дальнюю часть леса, но ветер гнал пламя в нашу сторону.

— Ройте канаву! — крикнул я. — Широкую, чтобы огонь не перекинулся!

Люди бросились к работе. Одни рубили молодые деревья, расчищая пространство, другие копали землю, создавая преграду. Женщины и подростки таскали воду из ближайшего ручья, поливая уже занявшиеся кусты.

Ванька с Федотом побежали вдоль кромки огня, сбивая пламя мешками, смоченными в воде. Я схватил лопату и присоединился к тем, кто рыл канаву. Земля была сухой, работа шла тяжело, но через час нам удалось создать достаточно широкий разрыв.

— Держитесь! — крикнул кто-то.

Огненный вал подобрался к нашей преграде. Яркое пламя лизало сухую траву, но, не найдя пути дальше, начало слабеть. Мы стояли, тяжело дыша, облитые потом, и смотрели, как огонь постепенно затихает, оставляя после себя чёрное, дымящееся поле.

— Удержали… — прошептал Ванька, вытирая сажу со лба.

— Пока что, — ответил я. — Нужно проверить, нет ли ещё очагов.

Мы разбились на группы и обошли лес по периметру. К счастью, больше пожаров не было. Но на обратном пути я заметил на земле следы — кто-то недавно прошёл здесь, причём не один.

— Это не звери, — нахмурился Федот, разглядывая отпечатки сапог.

— И вряд ли ожившие. Они боятся огня пуще гиены адской. Значит, поджигатели, — пробормотал я.

Ванька побледнел:

— Кому это нужно?

— Тем, кто хочет выкурить нас из деревни, — ответил я.

Мы вернулись к своим уже затемно. Люди, измождённые, но довольные тем, что огонь остановлен, расходились по домам. Я собрал самых надёжных мужиков в амбаре.

— Кто-то намеренно поджёг лес, — сказал я. — Возможно, это те же, кто убивает скот, потому что следы укусов, как мне известно, звериные. Возможно, волчьи или собачьи.

— Бандиты? — предположил Ермолай.

— Может быть. Или хан Байрак, что, в принципе, одно и то же. В любом случае, теперь они знают, что мы готовы обороняться.

— Что будем делать, ваше сиятельство? — спросил Пётр.

— Усилим дозоры. И подготовим засаду — если придут снова, встретим их как следует.

Мужики зашумели, предлагая свои варианты, но в итоге согласились с моим планом.

На следующее утро я отправил Ваньку в город — узнать новости и предупредить власти о поджоге. Сам же занялся распределением людей. Теперь дозоры ходили не только по деревне, но и вокруг неё.

К вечеру Ванька вернулся взволнованный:

— В городе говорят, что скоро могут ввести военное положение во всей империи. И если так… Нас либо заберут в ополчение, либо оставят без защиты.

— Как-будто до этого они нас сильно защищали, — злобно усмехнулся я. — Сами справимся!

Той же ночью мы расставили скрытые посты вдоль дорог. Если люди хана решат напасть на деревню, мы встретим их во всеоружии.

А утром пришла новая беда.

— Ваше сиятельство! — вбежал в усадьбу запыхавшийся подросток. — На мельнице… Трофим…

Я бросился туда.

Мельник лежал на земле у своих жерновов с проломленным черепом. А все запасы зерна были украдены.

Саботаж? Не исключён. Не спроста же Степана, охранника, никто не видел уже давно. Видимо, он прихватил зерно и свалил в закат. Но без доказательств обвинять никого я не спешил.

К тому же это с таким же успехом могли быть люди хана. Вот только как они проскочили мимо постов? Неужели кто из своих провёл?

Я осмотрел место преступления. Кровь Трофима уже засохла — значит, убийство произошло несколько часов назад, вероятно, до рассвета. Следов борьбы почти не было — мельника ударили сзади, скорее всего, когда он проверял жернова.

— Ванька, — позвал я. — Кто сегодня был в дозоре с этой стороны?

Парень замялся:

— Федот и Гришка.

— Где они сейчас?

— Федот у амбара, зерно пересчитывает. А Гришка… — Ванька оглянулся. — Не видел его с утра.

Я сжал зубы. Опять Гришка.

— Найти его. Сейчас же.

Пока мужики обыскивали деревню, я осмотрел мельницу. Зерно унесли не просто так — на земле остались следы телеги, свежие, глубокие. Значит, груз был тяжелый, и увозили его не тайком, а быстро и нагло.

Это не бандиты. Бандиты просто сожгли бы мельницу и ушли. Это кто-то, кому зерно было нужно срочно.

— Ваше сиятельство! — крикнул Ермолай, подбегая ко мне. — Гришку нашли!

— Где?

— В лесу, у старой дубравы. Мёртвого.

***

Тело Гришки лежало у подножия дуба. Шея была сломана, а лицо застыло в выражении ужаса. Рядом валялся окровавленный нож — тот самый, что он когда-то украл.

— Не сам же он себя прикончил, — проборчал Ермолай, бледнея.

Я осмотрел следы вокруг. Кто-то сильный схватил Гришку за горло и одним движением сломал ему шею. Но на земле не было следов борьбы — значит, убийца подкрался сзади.

Или Гришка его знал и не ожидал нападения.

— Ваше сиятельство… — Ванька указал на что-то в траве.

Я наклонился. Среди листьев лежал кусочек ткани — грубый, серый, с вышитым узором.

Кафтан сторожа Степана.

— Так вот куда он пропал, — прошептал я.

— Но… Степан же старик! Как он мог…

Возможно, он действовал вместе с кем-то еще, потому что самому ему сил не хватило бы.

Я оставил этот вопрос без ответа, ведь было очевидно, что он действовал один. Но пугать такими фактами сейчас никого не хотел.

Дольше оставаться в лесу смысла не было. Степан ушёл. А рисковать своими людьми почём зря я не хотел, потому велел всем возвращаться в деревню и следить вдвое внимательнее друг за другом. Не хотелось, чтобы сейчас среди нас оказался еще предатель, но и тотальное недоверие также не хотелось зарождать.