Чтение онлайн

Лисил добрался до Магьер, ухватил ее сзади за ворот кожаного доспеха, но, потянувшись другой рукой за Мальцом, обнаружил, что пес лежит слишком далеко. Тогда он перевернул Магьер на спину, приложил ухо к ее приоткрытым губам и уловил едва слышное дыхание. Магьер была жива, но Малец все так же пронзительно кричал и скулил. Лисил двинулся было к нему, но тут чья-то рука ухватила его за плечо и рывком дернула назад.

— Я сам его понесу! — крикнул Сгэйль. — Возьми дары для Магьер и уведи ее отсюда!

— Что с Мальцом? — едва слышно прошептала Магьер.

Полуэльф стремительно обернулся и увидел, что ее глаза приоткрыты.

Плевать на то, что Сгэйль указывает ему, как поступать. И диковинные штуки, что валяются рядом с Магьер, нисколько ему не интересны. Главное сейчас — забрать из этого проклятого места ее и Мальца, прежде чем он сам свалится с ног от жары.

— Не знаю, — ответил он, подхватив с пола темно-золотой обруч и кинжал без рукояти. — Сгэйль понесет его.

Лисил продел руку сквозь обруч, протянув его до плеча, а потом зажал под мышкой этой же руки и кинжал, и свои новые клинки. Потом он поднял Магьер, перебросил ее руку себе на шею, а своей свободной рукой обхватил ее за талию. Ковыляя, они побрели к каменной лестнице и выходу, и ни один из них не оглянулся.

Сгэйль упал на колени рядом со скулящим Мальцом, больно ударившись о камни. И обхватил пса руками, жарко и лихорадочно шепча:

— Предки, сохраните его… молю вас… сохраните!

Малец неистово извивался в его руках, и к тому же он оказался куда тяжелее, чем ожидал Сгэйль. Эльфу дважды пришлось примериваться, прежде чем он наконец сумел ухватить пса. Нестерпимый жар отступил перед мукой терзавшей Сгэйля вины.

Это он привел к хейнасам чужаков. Это он привел сюда бледнокожую хищницу и бессильно смотрел на то, как ее «одарили» наравне с Лиишилом. А потом Малец — несущий в себе искру древнего Духа — рухнул, корчась в муках, на каменный пол. И как, почему все это могло произойти — Сгэйль понять не мог.

А все оттого, что он не смог отказать Бротандуиве.

Каждый день лишь усиливал смуту, которая царила в его душе, каждый день сызнова ставил лицом к лицу с невозможным — и в конце концов ему оставалось лишь одно: слепо цепляться за свою веру. Вот только если этот древний Дух умрет у него на руках — такого он не переживет.

— Тише, пожалуйста, тише, — прошептал Сгэйль на ухо Мальцу и, рывком подняв пса, побежал к выходу.

Кости Мальца превратились в раскаленные угли и изнутри выжигали тело. Огонь и прокаленный до белизны камень окружали его со всех сторон, слепили глаза. Пытка, терзавшая дух и разум Мальца, была порождена именно этим видением — воспоминанием, которое он похитил у черного гостя из огненной бездны.

Он видел сородичей черного малыша, которые рыскали и копошились между грудами дымящегося камня, с двух сторон подступавшими к огненной реке. Иные плавали в багрово-оранжевых струях лавы — угольно-черные крохи в широком тягучем потоке, который пылал так ярко, что больно смотреть.

Погруженный в это воспоминание, Малец увидел свои руки — с огрубевшей черной кожей, тонкие длинные пальцы завершались блестящими темными когтями, и эти когти ласково поглаживали раскаленный камень карниза, где он устроился, присев на корточки.

Тише, пожалуйста, тише…

Эти слова донеслись едва различимым шепотом в сознании Мальца — и боль, терзавшая его, стала уменьшаться, вскоре он чувствовал только приятный жар камня, которого касались его черные ладони и ноги.

А потом вспыхнул страх, потому что хейнасы разразились скрежещущим воем.

Угольно-черные тельца лихорадочно метались и подпрыгивали над бездной — так мечется стайка мышей в глухом закоулке, безуспешно пытаясь отыскать укрытие. Прокаленные дочерна дымящиеся стены расселины едва заметно дрожали. Непонятно, откуда появились пятна тусклого света. Но взгляд Мальца привлекло нечто иное.

Оно, точнее, он парил в раскаленном воздухе над лавовой рекой. Пустота вокруг плывущей вперед фигуры вихрилась белесо-серыми прядями.

Длинная мантия с капюшоном колыхалась, перекатываясь волнами, словно масло, и багровые блики мерцали на едва различимых знаках, которые были начертаны на ее полах. Верхняя часть лица была скрыта маской из потертой кожи, а ниже маски видны были только иссохшие бескровные губы да узкий подбородок.

Прорезей для глаз в маске не было, однако дряхлый пришелец поворачивал голову из стороны в сторону, следя за разбегавшимися в ужасе черными крохами.

На миг собственная память Мальца потеснила чужие воспоминания, и он ощутил во рту вкус плоти и крови.

Убад, безумный некромант и инициатор появления на свет Магьер, плыл по раскаленному воздуху в невесомом корабле, созданном из подвластных ему призраков. От этой белесо-серой вихрящейся сферы отслаивались клочья и, вытянувшись в длинные щупальца, преследовали бегущих хейнасов. И вот одно из щупалец нанесло прицельный удар.

Кроха-хейнас скорчился от боли, когда призрачный раб Убада пронзил его худосочную грудь. Некромант спустился ниже и ухватил беднягу за шею.

Малец прыгнул вперед.

Он отталкивался от камня черными руками и ногами и перепрыгивал вдоль реки с одного валуна на другой, пытаясь нагнать Убада. Призрачный кокон, заключавший в себе безумца в темной мантии, начал подниматься в раскаленный воздух. Цепляясь когтями, Малец вскарабкался выше по стене расселины и прыгнул в пустоту.

Нет, это хейнас, принесший дары Лисилу и Магьер, прыгнул к призрачному кокону, который уносил его сородича.

Заново проживая чужую жизнь, Малец руками черного крохи тянулся к хейнасу, схваченному Убадом, — к тому, которого зарезали в замке отца Магьер, чтобы обеспечить ее появление на свет. Черные когтистые пальцы вцепились в край мантии некроманта.

Убад обратил безглазое лицо вниз. Его призрачный кокон вихрем закрутился вокруг черных длинных рук хейнаса-Мальца.

И тотчас же леденящий холод обрушился на него, мгновенно вытянув из тела весь жар.

Черные пальцы разжались, и из груди Мальца исторгся скрежещущий вопль. И он начал падать… падать… падать…

Очнись… пожалуйста, не умирай… вернись ко мне!

Снова этот странный шепот. Малец услышал его за мгновение до того, как тощее черное тело рухнуло в раскаленный лавовый поток.

Малец судорожно дернулся и очнулся.

И встретился со взглядом янтарных глаз на смуглом, лоснящемся от пота лице.

Сгэйль прерывисто вздохнул. И на миг бессильно уронил голову на грудь.

— Он пришел в себя! — крикнул он.

Малец лежал на гладком каменном полу. Перед глазами все расплывалось, но он сумел разглядеть серебристо-тусклый металлический овал. Створки двери сомкнулись, надежно запечатав проход к пылающей бездне. Значит, они наверху, в пещере.

— Как там Магьер? — спросил Сгэйль.